Большая Медицинская Энциклопедия

Здравоохранение


ЗДРАВООХРАНЕНИЕ. I. Основные принципы организации здравоохранения. Здравоохранение—система мероприя-тий, направленных к поддержанию здоровья и трудоспособности населения. В понятие У. входят все мероприятия по оздоровлению среды (физической и социальной), напр.: условий труда, питания,жилища, благоустройства населенных мест, заботы по оказанию заболевшим всех видов помощи, организация научных учреждении здравоохранения и т. д. Однако объем и характер работы органов 3. различны в различных государствах. 3. является одной из тех идеологических «надстроек» (выражение К. Маркса), которые возвышаются на определенном социально-экономическом и культурном фундаменте. Соц.-эконом, строение общества и связанный с ним уровень культуры и научных знаний определяют собой как общее состояние дела охраны здоровья населения, так и его организационные формы. Основное положение марксизма, что «надстройки» определяются своим «фундаментом» (степенью развития производит, сил), целиком оправдывается и в деле организации здравоохранения. Низкая степень развития экономики и культуры у первобытных народов определяла собой низкую организацию у них 3. (почти полное отсутствие ее). Наоборот, подъем экономики и культуры у античных народов создает почву для развития мед. организации, в частности для закладывания сан. организации. Капиталистич. строй создает мед. организацию по своему образу и подобию. Советский строй порождает советскую медицину. Так каждому строю соответствует свойственная ему организация 3. С точки зрения учения исторического материализма такая связь бесспорна и неизбежна. Соц.-экономич. структура общества создает ту «среду», к-рая решающим образом влияет как на состояние здоровья населения и отдельных его классов, так и на организацию охраны здоровья их. Эта среда создает ту обстановку труда и быта, которая порождает и способствует проявлению многочисленных заболеваний, а следовательно в значительной мере влияет на организацию 3. Соотношение и положение классов также определяет характер мед. организации. В обществе, где имеются классы, строится классовая медицина; притом классы господствующие пользуются лучшей организацией охраны их здоровья; классы неимущие (трудящиеся) обслуживаются худшей мед. организацией. Итак, три основных фактора определяют характер мед. организации: 1) классовое строение общества и положение отдельных классов, 2) общая обстановка труда и быта и 3) общее социально-экономическое и культурное состояние общества (в частности степень развития науки). С этой точки зрения понятны будут различия двух ныне существующих систем 3.— капиталистической и советской. С этой точки зрения вырисовываются и контуры будущей коммунистической медицины. Капиталистическая медицина соответствует капиталистической организации общества, где господствующим классом является буржуазия, а громаднейшее большинство трудящихся находится в состоянии эксплоа-тации, бедности и нищеты. В соответствии с этим развивается и капиталистическая организация 3. Она вовсе не ставит своей задачей оздоровление трудящихся масс; общеоздоровительные мероприятия проводятся .лишь постольку, поскольку это выгодно и нужно правящей буржуазии; забота об охране здоровья пролетариата проводится постольку, поскольку нужно иметь рабочую силу; больного рабочего подлечивают, чтобы потом опять ввергнуть его в круговорот эксплоатации. Организация 3. населения, т. е. трудящихся, вовсе не ставится как полноценная гос. задача,— потому-то ни в одной буржуазной стране нет полноценного, равноценного со всеми другими министерства здравоохранения, которое объединяло бы в своих руках всю мед. организацию (даже там, где существуют министерства здравоохранения, они объединяют лишь часть мед. организации). Возможность получения леч. помощи определяется тем же законом купли-продажи: кто имеет средства, тот «покупает» лучшую мед. помощь; неимущий пользуется низкосортной мед. помощью или не имеет ее совсем. Буржуазная филантропия находит наиболее широкое приложение для своей деятельности именно в области 3.; лечебные мероприятия для трудящихся преобладают над профилактическими, находящимися в зачаточном состоянии; из соц.-гиг. мероприятий вырвано социальное «жало»; капиталистическая организация извращает социально-профилактическую работу(в борьбе с вен. болезнями, в охране материнства и младенчества и т. д.). Создание единого органа, управляющего всем мед.-сан. делом, дало возможность осуществить еще один принцип в построении дела 3.—плановость этого построения. Как плановое начало отличает строительство в Советском союзе от анархии, господствующей в любом капиталистическом государстве, точно так же плановое начало внесено и в строительство 3. Капиталистическая медицина, раздробившая мед.-сан. организацию по различным ведомствам и различным организациям (государственным, филантропическим, частным и т. д.), не может провести плановое начало в строительстве 3. и той мере, в какой это осуществляется советской медициной. Народный комиссариат здравоохранения, руководящий всем мед. делом, строит советскую медицину по плану, увязанному с общим планом хоз. и культурного строительства в стране Советов. Советское государство рассматривает охрану здоровья населения (трудящихся) как одну из главнейших своих задач, для осуществления к-рой создается равноправный с другими и самостоятельный Народный комиссариат здравоохранения, объединяющий в своих руках все мед. дело в стране; задача 3.—не только подлечивание больных, но и общеоздоровительные мероприятия [в программе ВКП(б) сказано: «В основу своей деятельности в области охраны здоровья населения ВКП(б) полагает прежде всего проведение широких оздоровительных и санитарных мер, имеющих целью предупреждение развития заболеваний»]. Мед. помощь трудящимся построена на принципе общедоступности и бесплатности; почти вся (за исключением Красного креста, кооперации и др. и очень небольшого частного сектора) сеть лечебно-профилактических учреждений находится в руках государственных и местных органов. Социально - профилактические учреждения так широко развертывают свою работу, как ни в одной буржуазной стране; пролетариат в городе, беднейшее крестьянство в деревне (особенно колхозы и совхозы, батрачество) подлежат первоочередному и лучшему обслуживанию. Так различны принципы организации капиталистической и советской медицины. Однако ошибочно было бы думать, что огосударствление мед. организации является самоцелью и означает всегда при всяких условиях лучшее обслуживание трудящегося населения. При решении воцроса о целесообразности огосударствления дела мед. помощи всегда нужно ставить вопрос; в руках какого государства сосредоточивается мед. дело? Интересы какого класса представляет собой данная государственная власть? С этой точки зрения реакционной представлялась попытка царского пра^ вительства сосредоточить в своих руках всю мед. помощь, вырвав ее из рук тогдашних городских и земских «самоуправлений» или подчинив их еще большему влиянию центрального правительства (законопроект Рейна, внесенный в IV Госуд. думу). Поэтому правы были земские врачи-пироговцы, решительно протестовавшие против этого проекта. С этой точки зрения, наоборот, неправы были те страховики, которые, по аналогии с прошлым, возражали против слияния страховой медицины (больничных касс) с советской государственной организацией: противопоставление «государственной» и «рабочей» медицины, законное в царское время, теряет всякий смысл и делается политически вредным, когда хотят противопоставить «рабочую» медицину больничных касс советской медицине советов рабочих и крестьянских депутатов. Насколько велико различие в принципах организации советской и капиталистической медицины, настолько же велико различие и в методах работы. В странах диктатуры буржуазии правящие классы «заботятся» о здоровьи трудящихся, «опекают» их. В советском государстве сами трудящиеся, «своею собственной рукой» строят социализм. И хозяйственное и культурное строительство ведется при непосредственном и активном участии в строительстве самих народных масс. Таков же метод строительства дела 3. «Охрана здоровья трудящихся есть дело самих трудящихся»,—-таков лозунг, под которым родилась советская медицина. Это участие самого населения в деле охраны его здоровья выражается в работе здравячеек и комиссий охраны труда на предприятиях; в деятельности секций 3. советов в городах и в деревнях; в работе КОТИБ 'ов (комиссий но оздоровлению труда и быта) при леч.-профилактич. учреждениях; в проводимых кампаниях по здравоохранению (недели борьбы с tbc, борьбы с проституцией, недели чистоты и т. п.). На организацию 3. влияют также и находят в ней свое отражение основные политические задачи, ставящиеся в тот или иной момент в стране. Так, военные интересы внесли решительные изменения в организацию 3. во всех воевавших странах в минувшую империалистскую войну: диктатура военной медицины, перестройка всей лечебной сети для нужд войны, кризис гражданской организации,—все это было следствием военных действии. Но и в мирное время проведение определенных политических задач также находит свое отражение в мед .-сан. структуре.Так, коллективизация сельского хозяйства, проводимая в наст, время ВКП(б) и советской властью, ставит новые задачи перед органами 3.—создать из колхозов и совхозов опорные пункты оздоровления дерев- ни. В этих целях необходимо пересмотреть и планировать на будущее время сельскую сеть лечебно-профилактических учреждений, к этому приспособить организационные формы самодеятельности населения и т. д. «Надстройка» здравоохранения не только определяется своим «фундаментом», но и чутко изменяется в зависимости от перестройки основания.—Исходя из этих принципов и методов работы, советская медицина имеет другую установку по сравнению с капиталистической медициной. Как сказано, основная установка последней в отношении трудящихся—лечение заболеваний. Установка советской медицины—не только лечить, но и (главным образом) предупреждать болезни. Из сказанного ясны те контуры коммунистической медицины, которые уже вырисовываются в наст, время. Это будет—профилактика par excellence.                    H. Семашко. П. История здравоохранения. Связной и тщательно изученной истории 3. ни на Западе ни в СССР до сих пор не имеется, ряд работ посвящен только отдельным этапам или эпизодам в организации 3. в разных странах. Эти разрозненные факты обнаруживают однако несомненную зависимость организационных форм 3. той или иной эпохи от характера эконом, запросов, ей соответствующих, интересов господствующего класса. Вместе с тем содержание мероприятий по 3. находится также в тесной зависимости от уровня представлений о сущности б-ни, знаний о человеческом организме и законах его жизни. В этом отношении 3. является практическим претворением в жизнь открытий, достижений технического прогресса. Победное шествие науки делает более прочными и уверенными мероприятия по 3., обеспечивает их эффективность. Прогресс в развитии благоустройства городов, борьбы с эпидемиями в XIX в. если и обязан в значительной степени работам Пастера, Коха, Петтенкофера, Вирхова, то на первом плане стоит тот факт, что именно только промышленный новый город оказался в состоянии претворить в жизнь научные открытия, и эпидемии XIX в. оказались «счастливой звездой» здравоохранения, в то время как «черная смерть» средних веков дала лишь первые проблески организации 3. в Европе. Несмотря на всю важность точных научных показаний для тех или иных начинаний по охране здоровья, государство не всегда может ожидать окончательного разрешения теоретических споров в области 3., а очень часто основывает его на чисто эмпирических данных, вытекающих из практических наблюдений и опыта. История 3. вплоть до новейших времен представляет целый ряд убедительных примеров, из к-рых видно, что и при таких условиях достигались большие и длительные успехи в области 3. В развитии 3. можно почти во все периоды найти, наравне с мероприятиями по сохранению и ограждению здоровья господствующего класса, и систему мероприятий по, организации помощи обездоленным людям, потерявшим трудоспособность из-за б-ни, старости и т. п. Очень рано обращают внимание на то, что подобные массы пред ста- 673                                                                          ЗДРАВООХРАНЕНИЕ                                                                          874 вляют очаги б-ней и для состоятельных классов, а потому власти стремятся обезвредить их. Государственная власть как организация господствующего класса обращает внимание и создает те или иные учреждения по охране здоровья в меру собственных интересов и идет настолько далеко в этом направлении, насколько диктует необходимость сегодняшнего дня, и только под соответствующим революционным давлением вынуждается итти на бблыние уступки. Можно проследить закономерность, в каком последовательном порядке идет развертывание мед.-сан. организации, обеспечивающей, не говоря уже о представителях господствующего класса, сначала войско,затем аппарат служилых людей, далее—в зависимости от эпохи—купцов, ремесленников и наконец рабочих. При первом же ослаблении давления угнетенных слоев населения, по миновании острых эконом, и политических ситуаций правительство берет назад свои обязательства в области охраны здоровья за исключением крайнего минимума. Эта основная тенденция проявляется у всех народов во все времена. Древнейшие памятники сохранили сведения о том, что наряду с оказанием помощи при внезапном несчастном случае, ранении, при родах—имелись и заботы о сохранении здоровья всего коллектива, особенно на сравнительно высоком уровне скотоводче-ско-земледельческого хозяйства. В первобытном общинном строе встречаются предписания о поддержании здоровья всех членов коллектива, физ. сила к-рых обеспечивает успехи хозяйственного развития племени, его мощь в борьбе с враждебными племенами. По мере же хода экономического развития, усложнения форм хозяйствования и вызываемого им общественного разделения труда и классового расслоения, гиг. предписания относятся лишь к господствующим классам. Эти предписания базировались очевидно на эмпирическом внимательном изучении взаимодействия человека с окружающими явлениями природы. Хранителями этих сведений и дальнейшими их исследователями являются старейшины рода, которые кладут начало жреческой касте, в руках которой и сосредоточивается искусство исцеления от болезней и продления жизни. Жрецы являются первыми носителями функций 3., а храмы стали местами оказания помощи больным и страждущим. Примером кодекса гиг. предписаний является учение о здоровьи у индусов (Pathapathya), вошедшее в состав законов Ману. В нем излагается довольно подробно влияние климата и времен года на здоровье, при чем умеренный климат считается самым здоровым и благоприятным для долгой жизни. Придавая внешности и опрятности особое значение, это учение предписывает вставать рано, чистить зубы, массаж тела, купание, опрятную одежду, употребление зонтика, чистые, проветриваемые жилища, стрижку волос, обрезывание ногтей, гимнастические упражнения, здоровую пищу и питье, соответствующие временам года, как напр. зимой животная и маслянистая пища, летом— прохлаждающие плоды, рис, ячмень. Т. о. открывается целая система строгих требований, предъявляемых в повседневной жизни и носящих характер предохранительных мероприятий против возможных заболеваний, а по наступлении таковых—усугубление тех же диететических и общих гиг. предписаний. Другой иллюстрацией такой системы 3. может служить т. н. Моисеево законодательство, в котором даны правила диететического и профилактического характера, касающиеся опрятности, половой жизни, браков между родственниками, изолирования не только больных, но даже подозреваемых в б-ни, пользования посудой, устройства кладбищ, о дозволенных в пищу животных и т. д. Особенное место уделено в связи с местными условиями накожным б-ням и борьбе с проказой. Надзор за этими правилами, осуществление изоляции, помощь заболевшим находились в руках священнического колена левитов. Все эти предписания очевидно были заимствованы из Египта, страны,ушедшей дальше по пути экономического развития и классового расслоения. Ко времени Моисеева законодательства гигиенические предписания в Египте являлись уже повидимому достоянием только жреческой касты и богатых египтян. Жрецы подчинялись строгому ритуальному образу жизни, предписывающему обрезание, умеренность, крайнюю опрятность, правильное омовение днем и ночью. Имеются впрочем указания, что и гиг. правила индусов были обязательны только для браминов. Еще определеннее классовый характер системы охраны здоровья выявляется в спартанском законодательстве Ликурга. Здесь прославленная спартанская система распространялась только на спартиатов, завоевавших долину Лакедемона, благосостояние к-рых покоилось на труде илотов, покоренных туземцев, принадлежавших в качестве общей собственности государству как целому. Чтобы небольшому народу-победителю сохранить свое могущество среди моря покоренных, была создана система дрессировки и разводки властелинов и воинов. Физическая мощь и здоровье были важнейшим орудием превосходства спартанцев над вымирающими и вырождающимися илотами-рабами. И действительно Ликург до деталей разработал эту цепь мероприятии по «организации здоровья» военной аристократии. Прежде всего обращено было внимание на браки и деторождение. Девушки телесно развивались и закаливались гимнастикой, бегом, борьбой, бросанием диска и копья. Для преодоления женственной мягкости и изнеженности юноши и девушки нагишом присутствовали на празднествах. Здоровые новорожденные дети предназначались к общественному воспитанию, слабосильные же истреблялись. Из быта изгонялась всякая роскошь, пища употреблялась простая, без излишеств, но питательная. Все воспитание было направлено к тому, чтобы доставлять господствующему классу сильных, ловких и неустрашимых воинов, и находилось в руках специальных эфоров. Те же представления о важности укрепления и сохранения здоровья, начиная с раннего детства, лишь для благороднейших и сильнейших, как залог их будущего главенства, находятся в «Республике» («Политея»), произведении Платона, жившего в период крушения Афин, достигших как торгово-капиталистическое государство высокого развития накануне Пелопонесской войны. Платон того мнения, что только знать со своей политической, научной и эстетической культурой может давать таланты, к-рые после тщательного воспитания пригодны для занятия высших должностей. Поэтому хорошее гимнастическое воспитание должны получить только будущие правители и стражи, воины—защитники страны от внешних врагов. Только на них должна распространяться забота об охране здоровья, начиная от выбора супругов, ухода за ребенком, вплоть до гигиены окружающей обстановки, выбора пищи; остальные же классы—ремесленники и рабы—обречены на низменные занятия, и их удел быть изможденными физически и изуродованными духовно; Платон -совершенно обходит молчанием регулирование жизни этих классов, предоставляя ей итти своим путем. В лучшем случае необходимо заботиться о том, чтобы доставлять им лечение в случае б-ни. Так намечались две медицины, в соответствии с классовым рас--слоением общества и интересами правящих классов. В таком мощном политическом организме, как Римское государство, завоевавшем мировое господство благодаря военному могуществу, в котором кипел антагонизм между народами и классами, созданная •система 3. носила тот же двойственный характер. Рим создает для своего свободного населения учреждения, оздоровляющие окружающую среду, и заботится о здоровьи своих легионов. С раннего периода (499 г. до хр. э.) санитария, заботы о 3. делаются предметом ведения специальных городских чиновников, эдилов, не имевших медицинского образования. Они должны были наблюдать за продажей пищевых продуктов, за постройкой зданий, за водоснабжением. Позже была проведена дальнейшая специализация эдилов и выделены «curatores olvei et riparum Tiberis», «curatores aquarum», «aediles cereales», надзиратели за проституцией. Еще в VI веке до хр. э., во времена Тарквиния устраивается система богато разветвленных подземных водосточных труб. Cloaca maxima—главная водосточная труба Рима, к-рой пользуются и теперь,—ведет начало с того же времени. Развалины 40 акведуков, снабжавших город 300 млн. галлонов годной для питья воды ежедневно, остались и до наст, времени как самый знаменитый памятник городского благоустройства у римлян. Однако великолепная канализация, замечательная доставка воды—все это преследует цель обеспечить лучшими условиями существования лишь правящие классы—те местности, где проживает аристократия. В тех же кварталах, где живет беднота, многоэтажные дома представляют в полном смысле клоаки. Достижением римской системы организации 3. было и сооружение госпиталей, что стоит в непосредственной связи с постановкой врачебной помощи в армии. Врачи при .легионах оказывали только хир. помощь и имели небольшие лазареты для легких б-ных. Заболевшие на длительный срок отправлялись домой для лечения. Т. к. со временем римские границы раздвигались все шире, то это стало невозможным, и на важнейших стратегических пунктах были основаны военные б-цы. От военных б-ц (валетудинарии") был один шаг до сооружения б-ц для обслуживания многочисленных имперских чиновников и их семей, заброшенных в отдаленные провинции и подвергавшихся вредному влиянию климат, условий. Политика императорского Рима и войны привели к ухудшению положения народных масс, при чем особенно тяжелой была участь заболевших и потерявших трудоспособность. Опасность распространения эпидемий заставляла правительство принимать меры к организации врачебной помощи. Для привлечения врачей в Рим еще Юлий Цезарь (102—44 до хр. э.) предоставил права гражданства в Риме всем изучающим медицину. Во времена чумной эпидемии при Антонине Пие были назначены в различные города и прикреплены к определенным учреждениям народные врачи, archiateri populares, главной обязанностью к-рых было оказание помощи бедным. Им предписано было брать па себя обучение учеников врачебному искусству. Жалование им уплачивалось муниципалитетами (городскими советами). Позднейшие авторы упоминают о распространении б-ц для бедных. Такими б-цами пользовались даже свободные римляне. По всей вероятности частные учреждения такого рода, раньше чем в другом месте, развились в общественные б-цы, получающие субсидию от правительства. Народные врачи также очевидно более склонялись с течением времени к обслуживанию состоятельных за приличное вознаграждение, и в кодексе Юстиниана, в царствование к-рого снова была сильная чума (533 г. хр. э.), вновь напоминается народным врачам о том, что надо «помогать от чистого сердца, отдавая предпочтение бедным перед зажиточными». Возникшее во время первых императоров христианское движение, к которому примкнул простой народ, рабы, жаждавшие социальной справедливости, не могло не принять на себя функции помощи обездоленным и страждущим и прежде всего— членам своей общины. Примерно до середины II века христианские общины были построены на уравнительных принципах. Первыми должностями в христианских общинах были диаконские, в компетенцию которых входило прежде всего призрение бедных и больных. Юлиан Отступник в борьбе с христианством должен был прибегнуть к оружию христиан и культивировать благотворительность. Само собой разумеется, что пока общины христианские складывались из бедных, рабов и пр., благотворительная деятельность общин была сравнительно ограничена, но по мере того как христиане завладевали храмами, богатствами, достоянием язычников,—больше стало устраиваться учреждений для бедных б-ных. Однако по мере превращения христианства в господствующую религию из него начали улетучиваться элементы социального дви- жения и принципы уравнительности. Церковь, доходы к-рой складывались из десятины, даров и отказов по завещаниям, экономически сильно укреплялась. С развитием средневековых укладов церковь стала владельцем огромных земельных пространств. К концу VII века она владела в Галлии третью всех земель, а в VIII в. церковная земельная собственность во Франкском королевстве была уже столь значительна, что Каролинги провели отчуждение значительной части ее для гос. и военных целей. Однако такое перерождение церкви не могло не породить оппозиции среди рядовых христиан, особенно из трудящихся классов (рабы, вольноотпущенники, крестьяне, ремесленники). Тем самым дан был толчок организации монашеских поселений, к-рые переняли и в течение ряда веков осуществляли функции лечения бедных и призрения неимущих. Многочисленные, образовавшиеся в средние века ордена, как францисканский, бенедиктинский, доминиканский, отводили в своих монастырях помещения для б-ных. По мере того как и монастыри становились составной частью официальной церкви и монахи мало-по-малу перестали быть членами производственных общин и стали господами чужого труда, отмирали и их соц. функции. В соответствии с характером происхождения этих функций их должны были взять на себя еретические секты, из к-рых делу призрения и помощи б-ным в особенности посвятили себя бегины и бегарды (Фландрия, XI—XII вв.) и лолларды (Англия, XIV в.). В первое время распространения христианства еще никаких специальных госпиталей не было. Лишь с течением времени духовенство стало обращать «ксенодохии», постоялые дворы Во стока, в убежища под тем же названием для б-ных, дряхлых, вдов и сирот. Средства на содержание их получались из добровольных пожертвований. В 370 г. хр. э., очевидно в связи с последствиями голода 368 г., у ворот Кесарии епископом Василием была основана ксенодохия Базилла. Она состояла из благоустроенных домов рядом с церковью, занимавших целую улицу; в них были ложа для больных и слабых всякого рода, уход за которыми был поручен врачам и служителям. Несколько позднее появились такие госпитали в Галлии. К 500 году возникла ксенодохия в Лионе, позднее в Париже и еще до сих пор существующий, переустроенный в XVIII веке «H6tel de Dieu». В подобных зданиях сосредоточивались помещения как для больных, так и для ухода за сиротами, стариками, слепыми и др. обездоленными людьми. Так складывалась средневековая система больниц-богаделен под эгидой церкви, стремившейся упрочить- таким образом свое влияние и значение среди народных масс. В связи с тем, что средневековье характеризуется отсутствием централизованной гос. власти, и функция организации 3. не принадлежала государству в целом, а осуществлялась отдельными феодалами; в этот период получает особое развитие придворная медицина у пап, королей, владетельных князей и система «домашних врачей» вельмож, знати и богачей. Обязанность этих вра- 1 чей заключалась в надзоре за пищей, диетой, предохранении от б-ней. В интересах придворной медицины работала мысль преимущественно арабских и еврейских врачей раннего средневековья. Эти стремления особенно рельефно выражены напр. у египетского еврея Исаака бен-Соломона Иль-Израеля (около 900 г.), учившего, что самая главная задача врачей—предупреждать б-ни и что если б-нь может быть одинаково излечена и пищевыми и лекарственными средствами, то всегда следует выбирать первые. Авиценна в своем «Каноне» посвящает гигиене и диететике книгу I третьего раздела, в к-рой излагает гигиену и диететику различных возрастов, особенно—детского организма. Феодалы озабочены привлечением лекарей, в первую очередь хирургов, для своих дружин, что особенно выявляется в эпоху крестовых походов. По мере роста городов с XII века функция 3. начинает входить в круг их деятельности и сводится прежде всего к постройке б-ц, при чем устраиваются уже для всех граждан, а не только для нищих приюты на случай болезни. Так в зачатках гражданской медицины помощь больным объединялась с задачами призрения. Зажиточные горожане могли обеспечить себе к старости или в связи с несчастным случаем место в госпитале, купив его. Другие круги городского населения вносили определенные взносы, создавая своеобразный вид страхования от б-ни, несчастного случая, старости. Каждый платил по своим силам и получал соответственно взносам. Появление светских властей в управлении больничным делом, привлечение знающих свое дело врачей, а не тупых монахов, приводит к дальнейшему шагу вперед в самом устройстве госпиталей и постановке лечебн. дела в них. Управление госпиталями осуществлялось 2 лицами магистрата (Spitalmeister), к-рые должны были контролировать госпитали, расширявшиеся постепенно в объеме, с принадлежавшими им мельницами, бойнями, пекарнями. Позднее управление было передано городским чиновникам. В XIII в. в Германии было пололсено начало больничному делу, связанному с заносом и распространением проказы. Эти лазареты (Lazarus-Krankenhauser), как госпиталь Иоахима в Лейпциге, Бартоломеевский госпиталь в Дрездене и др., не были б-цами в современном понимании этого слова, т. к. их задачей было не столько лечить, сколько изолировать б-ных. Когда в XVI в. проказа стала исчезать, эти Lazarus-Hauser стали приютом для дряхлых людей, а также сирот. Заложенная в деле борьбы с проказой идея изоляции б-ного благотворно отразилась на выработке мероприятий по борьбе с эпидемиями. Эта система так завладела умами средневековых врачей, что они выдвинули необходимость борьбы тем же оружием со всеми сходными болезненными состояниями. Поэтому-то в XIII в. были признаны инфекционными кроме проказы еще нек-рые б-нй, как-то: оспа, лихорадки с очевидной сыпью, чахотка, гранулематозный конъюнктивит, чесотка и рожистое воспаление. Борьба с ними толкнула города, помимо устройства госпиталей, издавать и обязательные поста- б. ж. э. т. х. 58» новления о предупреждении б-ней. Городские власти время от времени приказывали б-ных какой-нибудь из этих б-ней высылать за пределы города; им запрещалась торговле съестными припасами. Толчком для этих предписаний явились медицинские эдикты Фридриха II Гогенштауфена, императора Священной римской империи, начавшего борьбу с феодалами и папой за упрочение королевской власти, борьбу, возникшую в связи с ростом новых экономических отношений, диктовавших преодоление границ отдельных сеньорий, препятствовавших развитию торгового капитала. В связи с задачами государственной власти (по понятиям того времени) стоять на страже собственности и благосостояния, а также охраны безопасности, эдикты Фридриха II стремятся прежде всего обезопасить население от невежественных врачей, от опасных и недоброкачественных лекарств. К XIII в. уже имеется ряд университетов; наиболее знаменитой была Салернская школа; сам Фридрих основал несколько университетов. Эдиктом 1232 г. и были предусмотрены специальные правила испытания врачей, хирургов, аптекарей и т. д. Врачебная практика допускалась только после государственного испытания (это требование имелось еще в постановлении 1140 г. короля Рожера Сицилийского) и после обязательной практики в течение года у известного опытного врача. Фридрихом II был издан ряд сан. постановлений, заключавших в себе правила содержания в чистоте городских улиц, устройства кладбищ, запрещение загрязнять реки, запрещение нек-рых грязных и пыльных производств в черте города и т. д. В самом характере этого законодательства следует подозревать влияние Салернской школы, обратившей внимание на неблагоустройство средневековых городов, очагов эпидемий, и пытавшейся даже в известном произведении в стихах «Regimen sanitatis» преподать популярно правила гигиены (см. Санитарное просвещение). Однако эти постановления получили самый слабый отклик в городах и странах средневековой Европы. Лишь сто-летиеспустя, после страшной «черной смерти» XIV в., наметился, нек-рый сдвиг в области организации 3. Внимание сан. мероприятиям уделили гл. обр. итальянские города, в к-рых торговый капитал достиг высокого развития, а широкая международная торговля делала их особенно заинтересованными в скорейшем преодолении эпидемий. Милан и Венеция в 1370—74 гг. принимали самые решительные меры, чтобы не допустить в города зараженных, особенно—прибывавших из подозрительных местностей. Система карантина постепенно распространилась по всей Европе. Карантины сопровождались полным истреблением огнем всех вещей, принадлежавших зараженному. После того как чума унесла в Европе 25 млн. человек, решились на законодательные мероприятия. Так, в 1385 году в Нюрнберге было запрещено спускать нечистоты в реки, мочить в них кожи и стирать белье на берегу рек. В 1388 г. в Англии было запрещено загрязнять реки и пруды отбросами и нечистотами. Однако эти меры оставались безуспешными, так как в основе они были недостаточны, разрозненны и издавались без всякой системы, а главное не было никакой организации для осуществления надзора. Только в Италии создана была стройная система. Уже в 1348 г. Венеция вызвала к жизни специальный институт «Proveditori di sanita» и образовала подобные сан. советы во всех других венецианских городах. Когда в 1423 г. чума снова появилась в Венеции, она не оказалась столь страшной, т. к. благодаря существующей организации уже имелись врачи, лекарства, уход, и были быстро развернуты карантины, учреждены госпитали для чумных больных. Эта организация стала авторитетом для всей Европы в деле охраны здоровья, и этот период можно считать исходным для дальнейшего развития системы медицинской полиции. Под влиянием уроков эпидемий германский император Си-гизмунд II указом 1426 г. предписал всем имперским городам приглашать за свой счет городских врачей—«физиков». Их деятельность должна была протекать в направлении принятия мер по борьбе с эпидемиями, преимущественно же в направлении обеспечения б-цами.Им же были присвоены суд.-мед. функции и наблюдение за практикующими врачами, аптекарями, повивальными бабками, борьба со знахарями и пр. Однако потребовалось повторение вновь этого указа сеймом 1512 г., чтобы города начали приглашать «физиков», ставших таким образом органами мед. полиции. С середины XVI в. участилось издание сан. постановлений отдельными городами, но в связи со слабым еще влиянием их на жизнь государства эти предписания не имели большого реального значения в смысле оздоровления городов. И в течение XVI века Италия продолжала стоять впереди всех других стран по развитию идей сан. деятельности в городах, особенно в Ломбардии. Упадок экономич. значения Италии, потеря ею политического влияния повлекли за собой и падение деятельности в области 3. Характерно для оздоровительных идей итальянских деятелей той эпохи, что на грани XVI и XVII вв. Кам-панелла попытался дать в своем утопическом романе «Город болнца» систему оздоровления нации—«соляриев». Он прежде всего подробно останавливается на моментах тщательного подбора супругов для обеспечения здорового потомства. Дети являются достоянием всего общества, и потому воспитание их должно быть общественным. Кампанелла подробно освещает задачи физ. воспитания и трудовой деятельности всех граждан, дает указания относительно гиг. образа жизни, смены труда и отдыха, пищевого режима и т. д. В результате всего этого «солярии» (дети солнца) не знают таких б-ней, как подагра,ревматизм, катары, боли суставов, колики, вспучивание и ветры: ведь эти б-ни возникают от плохого отделения соков и от развития газов в теле, а «солярии» разгоняют эти скопления жидкостей и газов строга регулированным физ. трудом. Ветры и рвота считаются у них позором; по мнению «соляриев» они являются следствием недостатка движений, ленивой неподвижности, неумеренности и перепоя. От чахотки они лечатся теплыми ваннами, молоком, пребыванием в деревне, в хорошей местности и умеренным физ. трудом. Страдают «солярии» только от перемежающейся лихорадки. Это исключительное по широте взглядов и силе убеждения описание принципов сохранения здоровья на фоне жизни идеального государства особенно подчеркивает значение, к-рое должно получить в государственной деятельности 3. Конкретная же действительность представляла резкий контраст идеям Кампанеллы. Непрерывные войны XV, XVI и половины XVII вв. двинули вперед развитие дела помощи раненым воинам и в первую очередь повлекли за собой успехи военной хирургии. Знаменитым франц. хирургом Амбруазом Паре во время осады Меца в 1575 г. был построен первый военный госпиталь. Под Аугсбургом во время 30-летней войны Густавом Адольфом был выстроен известный в Германии военный госпиталь. Тридцатилетняя война (1618 — 48) истощила Германию. Население ее частью погибло, частью было разорено. Восстановление страны потребовало забот о поднятии земледелия, ремесл, торговли, и вместе с тем было оценено значение забот по охране здоровья, особенно в Бранденбургском курфюршестве, к-рое начало играть выдающуюся роль в Германии с XVII в. В целях привлечения населения на новые места, заселения болот нужно было подумать об осушении их, о мерах борьбы с распространением б-ней. Бранденбургский курфюрст Фридрих Вильгельм, известный в истории под именем «Великий курфюрст», под давлением этих политически-хозяйственных требований основал в 1685 г. центр, мед. управление— Collegium medicum. Этой коллегии принадлежало наблюдение за деятельностью всего мед. персонала, испытание врачей и аптекарей, контроль за продажей медикаментов. Впоследствии в 1719 г. была создана для руководства и организации борьбы с эпидемиями другая коллегия—Collegium sanitatis. Соответствующие органы были созданы и в низовых инстанциях — каждому провинциальному совету был придан врач, или Land-physicus. В 1794 г. 'обе коллегии были объединены в одну под названием Ober-Colle-gium и на местах соответственно Provincial-Collegium medicum et sanitatis. Эта организация явилась образцом для устройства органов 3. и в других германских странах. Во многих мелких государствах обязанности Landphy&icus'a были объединены с обязанностями лейб-медика того или иного герцога или владетельного князя. Из среды araxLand-physicus'oB и вышел знаменитый Иоганн Петер Франк, к-рый в процессе своих наблюдений за эпидемиями, за детской смертностью, в своей деятельности по подготовке акушерок пришел к построению целой системы мероприятий по 3., которые должно взять на себя государство. Они изложены в его многотомном труде «Система совершенной мед. полиции». В нем Франк набросал тщательно разработанный план организаций помощи беременным, грудным детям. Далее он указывает меры по охране здоровья школьников, подрастающей молодежи и осо- бенно—значение физич. воспитания. Целый том посвящен выяснению значения условий питания и жилища для здоровья. Наконец много внимания уделено организации дела 3. и постановке мед. образования. Этот первый теоретический труд, положивший начало гигиене как науке и вышедший на рубеже XVIII и XIX вв., уже охватывал задачи, выходившие за рамки внутреннего управления полицейски-бюрократического государства, к-рые выполняла мед. полиция, и превращал 3. в самостоятельную отрасль соц. политики. Новое промышленное общество начало осуществлять эти задачи, прежде всего продиктованные интересами буржуазии, и именно в Англии. С XVII в. ключи экономического развития переходят к островному государству, Британскому королевству, где раньше, чем где бы то ни было, буржуазия в процессе своего развития дала толчок развитию техники, промышленности. После гражданских войн эпохи Кромвеля разруха в стране повела к невиданным эпидемиям 70-х годов. XVII века, описанным Сиденгамом. Были приведены в действие все противоэпидемические средства—мероприятия, данные опытом прошлых веков, но мысль английских деятелей в поисках положительных мероприятий пошла гораздо дальше предыдущей эпохи. Здесь сказались новые условия. Нельзя осуществлять никакой рациональной, правильной деятельности в определенном направлении, не имея точных данных относительно той или другой сферы явлений. Такие данные могут и должны быть выражены цифрами, — вот основной вывод известного английского врача и исследователя Вильяма Петти(1623—87), отца «политической экономии» и основателя статистики, провозгласившего, что «благо страны нужно искать в производительной силе самого человека». В выпущенном им в 1662 году труде «Натуральный и политический обзоры сведений о смертности в Лондоне» он пытается подвергнуть анализу и установить закономерности движения населения, причины смерти, влияние б-ней и других причин на производительную силу населения. Разрозненные, случайные цифры дают ему возможность только осторожных неполных выводов, и Петти настаивает на установлении системы и организации гос. учреждения для систематического собирания достоверных данных. Буржуазия подходит по-деловому к разрешению ставших перед ней задач оздоровления государства. Несколько друзей Петти, членов Королевского общества, во главе с астрономом Эдмундом Галлеем, заинтересовываются статистикой, и в конце XVII в. этот последний опубликовывает целый ряд систематически накопленных за много лет сведений о рождаемости и о смертности в различных возрастах. Под влиянием английских авторов в течение XVIII в. появляется ряд аналогичных исследований, из которых особенно замечателен труд прусского пастора Зюсмильха. Города XVIII в. поражали своей высокой смертностью: в Дрездене, Лейпциге, Гарлеме смертность значительно превышала рождаемость. В первой половине XVIII в. Петербург по высоте детской смертности был наиболее благополучным из европейских столиц: в то время как в нем на 1.000 родившихся умирало 184, в Берлине—276, а в Лондоне даже 320 младенцев. Эта неблагоприятная санит. обстановка продиктовала английским деятелям новые принципы 3.: изучение окружающей обстановки путем накопления фактов, регистрацию их, обеспечение достаточным мед. персоналом и организованное воздействие на окружающую среду.—Англия, ведшая непрерывно войны в XVIII в., особенно была заинтересована в охране здоровья своей армии и флота. Здесь впервые были применены формулированные выше принципы, т. к. только в армии и флоте б-ные находились под компетентным контролем и наблюдением и только там возможен был настоящий учет б-ней и здоровья. Целая плеяда военно-морских врачей во главе с Принглем и Линдом начала осуществлять профилактическую медицину на научных началах. Шотландец Джон Прингль (1707—82), ученик Бургава, занимал видный пост в британской армии и благодаря этому имел возможность проводить новые реформы. Он разработал чрезвычайно важные правила по гигиене лагерей, похода, разрабатывал вопросы профилактики гнилостных заражений в госпиталях и борьбы с тифом—«тюремной лихорадкой». Его современник, также шотландец, Джемс Линд (1716—94) сделал чрезвычайно много для оздоровления флота и в области морской гигиены. Он разработал вопросы борьбы с цынгой, неизбежной тогда и обычной б-ни в море, путем введения в матросский рацион достаточного количества свежих овощей или, за неимением их, лимонного сока. Он ввел правила для предупреждения тифа на судах. Его труд (1757) о наиболее успешных средствах охраны здоровья моряков явился классическим произведением, оказавшим большое влияние на устройство санитарно-морской части в других странах. Таковы были пионеры нового профилактического направления. Английская буржуазия, находясь в периоде своей восходящей общественной деятельности, завоевывая городские управления, выдвинула целый ряд последователей и приверженцев Линда, реформаторов в той или иной области 3. Необходимо упомянуть Говарда (1726—90), гуманитарного деятеля, произведшего переворот в тюремном деле, и особенно Томаса Персиваля (1720—1804), манчестерского деятеля, к-рый начал энергично проводить реформы в духе Прингля и Линда в области гражданской жизни и прежде всего благоустройства населенных мест. В течение XVIII в. стал изменяться облик Англии. Благодаря промышленной революции, фактору, оказавшему мировое влияние, начался рост городов. Приток населения в города, начавшийся уже в начале XVIII века, увеличился во второй половине XVIII в., и с этого времени прогрессивно и бурно шла урбанизация страны. В этом отношении Англия типична, и все остальные страны только повторяли этот процесс по мере захватывания и их новым экономическим переворотом. Буржуазия на смену грязной, темной деревне создала благоустроенный город. Улучшение гиг. условий в городах Англии началось со второй половины XVIII в. Первым издал «Акт улучшения города» Вестминстер (1762), затем Бирмингам (1765), Лондон (1766), Манчестер (1776). Вскоре за ними последовало большинство провинциальных городов. В результате этого акта вонючие ручьи были закрыты, улицы были вымощены и освещены и самые водосточные трубы улучшены. Вместе с этими первыми сан. мероприятиями шло развитие и противоэпидемических учреждений путем установления прежде всего гос. контроля. Портовая противоэпидемическая организация, особенно против чумы, уже настолько окрепла, что вспыхнувшая в 1709 г. эпидемия чумы в России, распространившаяся в 1719 г. в центральной Европе и опустошившая чрезвычайно в 1720 г. Марсель и Тулон, уже не дошла до берегов Англии. Но особенно важны достижения в деле борьбы с оспой, к-рая в течение XVIII века никогда не исчезала в Англии. Начавшие господствовать в то время идеи предупреждения б-ней толкнули исследователей изучить широко применявшуюся на Востоке прививку оспы здоровому от б-ного легкой формой. В течение следующей половины XVIII в. применение прививки широко распространилось, и ею стали заниматься лица, не всегда имевшие отношение к медицине. В такой обстановке происходили дальнейшие наблюдения Джен-нера над коровьей оспой, приведшие к открытию оспопрививания. Эпоха первоначального капиталистич. накопления сопровождалась ростом промышленности, развитием городов, что влекло за собой и быструю пролетаризацию "населения. Нищета и болезни шли по пятам промышленной революции в течение ряда десятилетий. Удлинение рабочего дня, огромное вовлечение женщин и детей в фабричный труд оказали самое резкое ухудшающее влияние на здоровье пролетариата. «Капитал правил свои оргии» (Маркс). По мере развития капитализма, появления крупной промышленности росла концентрация и организация рабочего класса, к-рый получает в свои руки могучее орудие—революционную теорию марксизма. Разрозненные стихийные вспышки, в которые выливался протест против нечеловеческой эксплоата-ции, направляются в русло организованного рабочего движения, руководимого революционной партией пролетариата. Под давлением этого движения правительства капиталистических государств вынуждены были пойти на провозглашение ряда мероприятий по улучшению условий труда и быта пролетариата. Вся же система организации 3. в течение XIX в. была направлена для создания здоровых условий существования буржуазии. Если первая реформа организации 3., заключавшаяся в его введении в государственную систему, проведена была во Франции, то родоначальником сан. реформ явилась Англия. Во Франции в 1802 году был создан в Париже первый Conseil d'hygiene; декретом 1805 года было предписано вводить в каждом округе противоэпидемических врачей; в 1822 г. был утвержден при министерстве внутренних дел высший мед. совет. Все медико-полицейские и сан. обязанности были возложены на администрацию; при префектах были созданы департаментные сан. комиссии, при субпрефектах—окружные, при мэрах—кантональные. В Англии первые мероприятия по оздоровлению городов , начатые еще в конце XVIII в., получили особенное развитие после того, как буржуазия добилась в 1832 году парламентской реформы в свою пользу и издания положения о городских самоуправлениях 1835 г. Задачей вновь созданных и создававшихся в течение XIX в. в Англии и в других государствах органов 3., преимущественно в составе министерств внутренних дел, явился в дополнение к обязанностям мед. полиции (см. выше) гл. обр. надзор по мероприятиям и благоустройству населенных мест, оздоровлению почвы, охране вод, воздуха, рынков пищевых продуктов и т. п. Достигши благодаря накоплению капиталов высокого лшзненного уровня, обеспечивающего ей хорошее жилище, обильное питание, возможность пригласить в случае заболевания частнопрактикующего врача, буржуазия тем самым получила условия индивидуального разрешения задач охраны своего здоровья. Единственно чего не в состоянии был обеспечить индивидуально каждый буржуа в области 3.—это защитить себя от вспышки эпидемий, от занесения заразы, и здесь он вынужден был призвать на помощь государство, его средства и законодательное вмешательство. «Один страх заразных болезней, не дающих пощады и „чистой публике", с 1847  г. по 1864 г. вызвал не менее 10 сан. полицейских парламентских актов, а перепуганная буржуазия нек-рых городов, как Ливерпуль, Глазго и т. д., вмешалась в эту область посредством своих муниципалитетов» (Маркс). Холера 1831 г., а затем 1848 г., особенно поразившая Англию, показала, что эпидемия захватывает и поражает с особенной силой перенаселенные, беспорядочно застроенные города с плохим водоснабжением, несовершенным удалением нечистот, с загрязненными реками. Благодаря урокам эпидемий с одной стороны и под влиянием чартизма, «сила к-рого была не столько в теории, сколько в движении масс», с другой, в 40-х гг. XIX в. была создана особая комиссия для изучения сан. состояния густо населенных городов и местечек, нездоровых последствий загрязнения почвы, воздуха и воды, причин огромной смертности рабочего класса, с поручением на основе собранных материалов разработать ряд конкретных предложений по устранению обнаруженных недочетов и наметить план .систематических оздоровительных мероприятий. Деятельность этой комиссии привела к изданию в 1848   г. «Nuisances Removal and Diseases Prevent Act» («Устранение антисанитарных условий и предупреждение б-ней»). В силу этого закона в больших и населенных местностях, если смертность превышала 23 на 1.000, учреждалось по требованию у10 плательщиков прямых налогов местное вра- чебное управление (Local Board of Health). Созданное в 1848 году Главное ведомство общественного здравия (General Board of Health) назначало инспекторов,, пользовавшихся обширными полномочиями, напр. правом повышать налоги на расходы но водоснабжению, канализации и на другие оздоровительные мероприятия. Однако все эти улучшения касались только буржуазных кварталов и повели к созданию новых предпринимателей, взявших в свои руки экспло-атацию водоснабжения, канализации и пр. Спустя 20 лет после издания закона 1848 г. Маркс в I томе «Капитала» мог констатировать: «Сопровождающие прогресс богатства „улучшения" и усовершенствования городов, посредством сноса плохо застроенных кварталов, устройства дворцов для банков, универсальных магазинов и т. д., посредством проложения улиц для деловых сношений и роскошных экипажей, проведения городских железных дорог и т. д., быстро вытесняют бедноту во все худшие и худшие, все более перенаселенные трущобы». Улучшение жилищных условий рабочего класса не предусмотрено было сан. законодательством... Буржуазия спокойно проводила сан. реформы, будучи уверена, что рабочие слишком невежественны для того, чтобы знать свои права на здоровье, и что «ни самые отвратительные жилища ни самая гнилая вода никогда не послужат поводом для стачки» (Маркс). Тем менее была склонна буржуазия к возложению на государство и местные самоуправления обязанностей по оказанию мед. помощи заболевшим рабочим, по борьбе с детской смертностью, по заботам о здоровьи детей рабочих и т. д. Теория Мальтуса, подсказанная интересами крупного землевладения, вполне подошла и к стремлениям промышленной буржуазии не чувствовать себя связанной никакими заботами о благе пролетаризирующихся масс. Раз под действием естественных законов на земле имеется всегда избыток населения и поэтому на ней всегда должны царить нужда, нищета, бедность и бесправие, то заботы о благосостоянии и здоровьи бедных лишены всякого основания, т. к. они служат лишь для сохранения избыточного населения и для его увеличения и вместо помощи бедным могут лишь ухудшить их положение (Мальтус). Поэтому принцип экономической свободы «laissez faire, laissez passer» должен наитии в области 3. свое применение: пусть всякий заботится о самом себе, пусть сам себе помогает в минуту несчастья и б-ни—все это является частным делом частного лица. Буржуазия не хочет потерпеть никакого налога, никакого принуждения со стороны государства. В этом отношении помощь заболевшему предоставляется делу частной филантропии и церкви всех исповеданий. Ничтожность этой помощи сама собой очевидна. «Верно то, что этой беде старается помочь множество благотворительных учреждений, что например Манчестерская б-ца о называет-помощь 22.000 б-ных в год, но какое это может иметь значение в городе, где 8/4 населения нуждается в течение года во врачебной помощи. Англ. врачи требуют больших денег за визит, а рабочие столько платить не в со- стоянии. Они вынуждены поэтому или совсем отказаться от врача или прибегать к помощи дешевых шарлатанов или шарлатанских средств» (Энгельс). Более квалифицированные рабочие с высокой заработной платой, торговые служащие и отчасти мелкая буржуазия в целях обеспечения себе мед. помощи, по образцу средневековых товариществ, прибегают в течение первой половины XIX в. к добровольной взаимопомощи на случай б-ни путем определенных взносов. Так получают, особенно во Франции, широкое развитие так наз. «общества взаимного вспомоществования», в Англии— «дружеские общества» и. «рабочие клубы», в Германии—«свободные вспомогательные кассы» и т. п. Революция 1848 г. в Германии дала нек-рый толчок к укреплению этих организаций, т. к. по декрету 1849 г. местные органы получили право облагать взносами в эти кассы и предпринимателей. Т. о. значительная часть свободно-вспомогательных касс превратилась в местно-обязательные. Англ. тред-юнионы после поражения чартизма переключили свою энергию на взаимопомощь своим членам в трудных случаях жизни и в частности на выдачу пособий в случае б-ни. Объединяя только квалифицированных рабочих с высокой зарплатой, тред-юнионы попали под влияние взглядов либеральной буржуазии относительно полной свободы договоров между предпринимателями и рабочими и невмешательства государства в эти отношения, тем более, что почти 25-летний период (после 1848 г.) расцвета англ. капитализма как бы подтверждал правильность либерального принципа административного нигилизма и «свободной игры» общественных сил. Спенсер в своем труде «Основания этики» проповедывал теорию, что «государство не имеет права нарушать тот закон, что каждый должен пользоваться хорошими и худыми последствиями своего собственного поведения», и не может быть допущен порядок, при к-ром «заработок высшего будет насильственно отниматься у него для помощи низшему, и худые последствия, накликаемые на себя низшими, будут сваливаться на высшие». Спенсер предостерегает буржуазию, что в случае принятия на себя государством глубоких соц. функций «более высокий заработок, доставляемый высшим их более успешной деятельностью, не только не будет предоставлен в их распоряжение, но часть от него будет отобрана каким-либо косвенным способом для того, чтобы увеличить меньший заработок менее прилежных или менее способных, и, насколько это достигается, закон равной свободы оказывается нарушенным». Тем самым отрицалось вмешательство государства и в область здравоохранения. Ход капиталистического развития опрокинул все эти теории, как и доктрины о свободной торговле как основе благоденствия Англии. С 70-х гг. намечается приостановка темпов промышленного развития Англии; совершенно явственной становится конкуренция САСШ и растущей индустрии Германии. В 1873—74 годах разражается промышленный кризис. Пришедшие к власти консерваторы во главе с Дизраели, предста- вителем тяжелой индустрии, с протекционистскими тенденциями, вносят новое направление в смысле усиления Voc. вмешательства в различные области общественной жизни. Предвидя неизбежные столкновения между капиталистическими государствами; правительство консерваторов уделяет особое внимание укреплению безопасности страны, в частности путем нек-рого улучшения положения рабочего класса. Дизраели принадлежит известная речь: «Общественное здоровье—основа, на к-рой зиждется счастье народа, мощь государства. Прекраснейшая страна с культурным и трудолюбивым населением, с непрерывно дымящимися фабриками и плодородным сельским хозяйством, в к-рой процветают искусства, где архитектора возводят бесчисленные храмы и дворцы, где на защите ее стоят могучая армия и флот,—эта нация неминуемо должна погибнуть, если остановится в росте ее население, если каждый год будет падать ее запас живой силы. Вот почему забота об общественном здоровьи есть первейший долг государственного деятеля». Министерство Дизраели и явилось автором Public Health Act (1875), учреждения сан. советов в городах, городских и сельских общинах (см. Великобритания), а также законов о рабочих жилищах, к-'рыми обеспечивалось в известной мере оздоровление и рабочих кварталов и их жилищных условий. Последующие законы 90-х гг. проходили уже на фоне оживления рабочего движения, вливания в него неорганизованных ранее рабочих. 70-е гг. на континенте ознаменовались учреждением специальных органов по 3. и изданием сан. кодексов в разных странах: Германии (1871), -Австрии (1876), Венгрии (1877), Швеции (1879). До империалистской войны почти во всех европейских странах гос. руководство делом 3.находилось в ведении органов внутреннего управления, т. е. министерств внутренних дел, при чем отдельные отрасли 3. находились и в других министерствах. Обычно делом 3. ведает специальный отдел, департамент, секция. Во главе их стоит назначенный правительством чиновник, при чем в германских государствах это обычно не врач; в тех же странах, где организация общественного 3. ознаменовалась значительными успехами и охватывает ряд социально-гигиенических начинаний, во главе управления 3. стоит врач. Во всех странах за редким исключением при центральном органе состоит коллегиальный совещательный орган из представителей научных деятелей различных отраслей мед. практики и деятелей по-граничныхсоздравоохранением областей. Во главе этого совета почти повсюду стоит врач, даже и в тех странах, где мед. ведомство возглавляется не врачом. Во многих странах при центральном органе существует в качестве вспомогательного учреждения научно-исследовательский ин-т для производства исследований, испытания научных открытий, а также научной разработки отдельных вопросов практической деятельности органов здравоохранения. Местные органы 3. (средняя инстанция), к-рьгм принадлежит надзор за деятельно- стью низших, находящихся на крайней периферии учреждений по 3., включены преимущественно в состав органов внутреннего управления даже там, где центральная инстанция находится в составе другого министерства. И в этой инстанции очень часто имеется коллегиальный совещательный орган, который преимущественно состоит из врачей, находящихся на правительственной службе, но в который нередко входят и архитекторы, инженеры, фармацевты и др. Председательство в таком совете принадлежит лицу с врачебным образованием. В то время как в центральном органе представительство местных самоуправлений почти повсюду отсутствует, в средней инстанции их участие более или менее заметно, при чем в некоторых странах, как напр. в Великобритании, где вовсе не существует промежуточной правительственной инстанции управления 3., последнее находится в ведении т. н. советов графств (County council). Ближайшее участие местных органов самоуправления обеспечивается зато почти полностью в периферической низовой организации 3. Здесь дело 3. находится в нек-рых странах, преимущественно англо-саксонских, непосредственно в руках комиссий по охране здоровья, к-рые состоят из представителей населения и имеют права не только инициативы, но и проведения в жизнь мероприятий по охране здоровья. В этих целях они имеют право вводить спец. налоги или временные обложения для сан. мероприятий и учреждений, а также наблюдает за выполнением обязательных постановлений и взимает штрафы. Эти комиссии принимают на службу мед. персонал. И на уровне этой инстанции имеется правительственный надзор, обеспечивающий проведение мероприятий по охране здоровья широкого масштаба. Это по большей части городской, общинный врач (Gemeinde-, Bezirks-arzt), к-рый создает при себе комиссию по охране здоровья из представителей различных групп населения. Вместе с тем в области охраны здоровья более, чем в какой-либо др. области, необходимо активное участие населения, достигаемое в значительной степени широкой сан. пропагандой среди него. (Организацию здравоохранения в отдельных государствах—см. соответствующие страны, напр. Бельгия, Болгария, Великобритания, Германия и т. д.) В соответствии с многообразными задачами 3., соприкасающимися с различными отраслями управления, законодательные акты, обеспечивающие их, чрезвычайно разнообразны и почти нигде не сведены в общий и единственный закон. Даже в таких странах, как Англия, Италия, Венгрия, где создан самостоятельный сан. кодекс, рядом с ним существуют и др. законы, имеющие непосредственное отношение к 3"., как законы о труде, строительный устав, уголовный кодекс и т. п. В большинстве же стран законодательство по охране здоровья покоится на большом числе отдельных постановлений и пунктов,рассыпанных в различных кодексах и уставах, что чрезвычайно затрудняет их использование и применение. В Германии, в Швейцарии, в САСШ, кроме того в от- дельных составных частях этих государств законодательные нормы по охране здоровья значительно отличаются друг от друга. В последние годы растут тенденции унифицировать основные санитарные требования и создавать единые санитарные кодексы. (О содержании и разграничении санитарного законодательства между общегосударственными и местными органами, а также затрагивающего международные отношения,—см. Санитарное законодательство.) Развитие промышленности, рост городов и в особенности появление рабочих партий толкают капиталистические правительства на соц.-гиг. мероприятия. С этого времени деятельность в области 3. начинает опираться на научную базу. В течение XIX в. наука, получив социальный заказ буржуазии на оздоровление города, созданного ростом индустрии, обогатилась успехами в экспериментальной гигиене, бактериологии (Пет-тенкофер, Флюгге.Кох и др.), выяснившими пути оздоровления физич. среды. С другой стороны еще большее значение имели работы Маркса и Энгельса, к-рые своим изучением законов капиталистического развития, положения рабочего класса установили, что естественная среда воздействует на человека не непосредственно, а через посредство общественной среды, и при этом степень и направление этого взаимодействия не остаются постоянными, а изменяются вместе с тем, как изменяются хозяйственный уклад и хозяйственные формы с развитием производительных сил. Тем самым устанавливается роль изменения соц. условий в развитии дела 3. Революционные рабочие партии получили программу практических действий в отношении борьбы за улучшение положения рабочего класса и следовательно его оздоровление. В борьбе с еще революционной тогда германской социал-демократией «железный канцлер» Бисмарк, когда, не удались его попытки победить социал-демократию путем исключительного закона, вынужден был предпринять ряд соц. реформ. В императорском послании рейхстагу 1881 года указывалось, что «исцеления общественных бедствий нужно искать не исключительно на пути подавления соц.-дем. проявлений, но равным образом и на пути положительного споспешествования благу рабочих», имеющего создать «для нуждающихся в помощи большую безопасность и прочность положения». Так родились законы о страховании на случай б-ни (1883) и т. д. Вильгельм II, поведший еще более откровенную милитаристскую политику, торжественно объявил, что намерен заняться улучшением быта рабочих и созвать международную конференцию на предмет удовлетворения жалоб и пожеланий рабочих вообще, а не только по отношению к б-ным, хилым и увечным. Так капиталистическое государство вынуждено было прибегнуть к вмешательству в дело обеспечения мед. помощью рабочих, правда за счет последних и только отчасти за счет предпринимателей (см. Социальное страхование). Германское законодательство 1890 г. и последующих годов, вызванное давлением рабочего класса, повлекло за собой по тем же причинам аналогичные начинания в дру- тих странах. При чем до войны 1914 года наиболее далеко ушла в смысле привлечения государственных средств к делу мед. помощи рабочим именно Англия. В ней с начала XX века начинается известное оживление в деятельности тред-юнионов; на смену временного национального угара во время бурской войны, в конце первого десятилетия происходит резкое обострение классовой борьбы. Уступая этому давлению, либералы (Ллойд-Джордж) проводят ряд законов, стремящихся улучшить положение рабочего класса, осуществляют гос. страхование на случай болезни, старости, безработицы, при чем во взносах участвуют гос. казначейство, предприниматели и сами рабочие. В начале XX в. здравоохранение т. о. значительно расширяет свое содержание, сочетаясь с другими соц. мероприятиями (см. Труд, Социальное страхование), и занимает видное место в гос. деятельности, при чем преимущественно выливается в форму предупредительных мероприятий.Этому способствует еще и то обстоятельство, что целый ряд крупнейших начинаний в области техники и строительства обнаруживает крупное экономическое значение сан. мероприятий. Прорытие Сен-Готардского туннеля, сопровождавшееся огромными жертвами рабочих, погибших от анкилостомиаза, толкнуло к отысканию таких средств, к-рые при прорытии спустя 15 лет Симплонского туннеля свели заболеваемость к ничтожным Цифрам. Аналогичные результаты получились при прорытии Панамского канала, когда открыли меры борьбы с желтой лихорадкой. Оживленные торговые сношения между европейскими странами и др. частями света повлекли за собой в целях борьбы с заносом эпидемий целый .ряд международных сан. конференций, создавших сан. законодательство международного характера (см. Конвенции, Бюро общественной гигиены международное). Наконец мероприятия по 3. получили и политическое значение, способствуя расширению влияния той или иной страны и проникновению ее капитала в полуколониальные страны. Такую цель преследует например деятельность Рокфеллеровской комиссии, усердно насаждавшей с войны 1914 г. в Китае б-цы, мед. колледжи, ун-ты. Особенно живую деятельность развернули в этом направлении американцы после империалистской войны в ряде европейских стран, особенно во Франции, Чехословакии. Мировая война произвела значительные сдвиги как в деле организации 3., так и особенно в смысле расширения круга обязанностей и прав органов 3.27/VII1918 г. было создано министерство народного здравия в Австрийской империи. Уже после заключения Версальского мира были созданы аналогичные министерства в Чехо-Словакии (ноябрь 1918), в Югославии (декабрь 1919). В 1919 году на этот путь встали также Англия, Польша и Венгрия (в последней объединенное с вопросами труда и благоустройства). В 1920 г. было создано франц. министерство 3., в Канаде и в Союзе Южной Африки. В 1921 г. учреждено федеральное министерство в Австралийском союзе; в декабре 1921 г. в Бельгии министерство вну- ] тренних дел превращено в министерство внутренних дел и гигиены. Такая же реформа была проведена и в Болгарии. В Китае также было создано самостоятельное министерство 3., в Японии и Британской Индии созданы специальные мед. департаменты. За короткий срок с 1918 г. по 1922 г. были созданы в 30 странах министерства 3. или соответствующие мед. департаменты. В 18 из этих стран в круг ведения этих министерств вошли только функции 3. или пограничных областей, как труд, социальное призрение, в остальных они сочетались и с другими отраслями управления (структура и деятельность организации 3.—см. отдельные страны). Возникновение этих министерств явилось неизбежным следствием потрясений мировой войны. Падение рождаемости, резкое повышение смертности,, огромное развитие заразных болезней, особенно в аграрных славянских странах, внушавшие опасения и индустриальным странам, где в угрожающих размерах происходил рост tbc, вен. б-ней,— все это не могло не поставить во всю ширь вопроса об охране здоровья населения. Все достигнутые успехи за предыдущие десятилетия XIX в. были сведены почти на-нет. С другой стороны колоссальные требования, предъявленные войной к живым ресурсам страны, к-рые она физически истребила, в связи еще с тем фактом, что при призывах в армию было обнаружено, какое значительное количество имеется непригодных к военной службе, не могли не тревожить правящие классы капиталистических стран. Ллойд-Джордж в одной из своих речей заявил: «Если бы мы больше заботились о здоровья нации, мы могли бы увеличить наши военные силы по крайней мере на лишний миллион людей». Еще в большей степени однако такое внимание буржуазии к вопросам охраны здоровья нация было продиктовано той революционной обстановкой, к-рая сложилась в период непосредственно за Версальским миром во всех странах, как победительницах, так и побежденных. Трудящиеся массы, обескровленные миллионами потерь на полях сражений, сотнями тысяч инвалидов, потрясенные в условиях своего существования (жилища, питания), бросившие в производство миллионы женщин и подростков, грозно поднялись против истинных виновников мировой бойни, буржуазии своих стран. В этой обстановке капиталистические правительства и нашли выход в создании министерств 3., провозглашении соц. законодательства в области охраны труда, жилищного строительства, охраны материнства и младенчества, охраны здоровья детей, борьбы с tbc и вен. б-нями. В такие потрясенные до основания страны, как Польша, Бельгия и отчасти Югославия, были брошены крупные материальные средства Американским красным крестом, Рокфеллеровской комиссией. Однако по мере того как буржуазия оправлялась и с помощью социал-демократии укрепила свою государственную власть, она свертывает свою соц. деятельность в области охраны здоровья. Очень быстро пало министерство 3. во Франции; переворот Пилсудского сводит министерство | здоровья к роли простого департамента—из S93 соображения экономии средств. Германское правительство отпускает миллионные средства на международные выставки, на гиг. музеи, чтобы импонировать другим капиталистическим государствам своими успехами в области гигиены, и безжалостно вычеркивает из своего бюджета ассигнования на летние колонии для пролетарских детей, на борьбу с tbc среди них. Такая же политика снижения ассигнований на мероприятия по охране социального здоровья проводится и местными самоуправлениями. Капиталистическое правительство пользуется новым гос. аппаратом здравоохранения для давления на рабочий класс в своих интересах. Англ. министерство 3., в ведении к-рого находится призрение б-ных, осуществляет систематический нажим на попечительства о бедных, стремясь ограничить размер пособий и круг лиц, обслуживаемых ими, чтобы обессилить рабочий класс в его экономических и политических боях с буржуазией, как это было во время забастовки горняков в 1926 г. Гос.участие в деле жилищного строительства для рабочих постепенно свертывается, уступая давлению интересов частного капитала. Вновь воскресают среди буржуазных политиков и даже буржуазных гигиенистов теории, наиболее красноречивым выразителем к-рых явился в 1910 г., во времена реформы Ллойд-Джорджа, вице-президент British Medical Association Джемс Барр, сводившиеся к следующему: «Только выродившийся народ может допустить, чтобы правительство заботилось о нем от колыбели до могилы. Деньги достаются менялам, мотам и хроническим б-ным. Свободный народ не должен допустить посягательства на свою свободу. Закон вводит лечение tbc. Но чахоточных, а в особенности бедных нельзя поддерживать в интересах естественного отбора. Государство не должно помогать б-ным. Это не его дело. Б-ной представляет интерес только для своих родных, доктора и аптекаря. Если у государства есть лишние деньги, их следует затрачивать на то, чтобы сильным, здоровым и смелым (т. е. буржуазии) жилось лучше». Наметившиеся прогрессивные сдвиги в деле соц. профилактики (см. Диспансер) отступают назад и дают место распространению методов предупредительной медицины, понимаемой в виде индивидуальной профилактики, всевозможных прививок, пересадок и т. п. На совершенно иных началах построена система охраны здоровья в стране диктатуры пролетариата,—она исходит прежде всего из основной предпосылки, что здоровье трудящихся является производным социально-экономических условий, т. е. зависит от уровня производительных сил и обществен. отношений. Подлинное оздоровление трудящихся возможно только при таком изменении общественных отношений, к-рое обеспечивает беспрерывное повышение жизненного уровня (понимаемого в широком смысле слова) трудящихся. Задача 3.—добиться того, чтобы человек находился все время под влиянием благоприятных условий, при которых взаимодействие организма и среды нейтрализовало бы или ослабляло патологические отклонения индивидуальных организмов и создавало бы предпосылки для повышения качества расы в будущем. Вот почему система медицины в эпоху диктатуры пролетариата предусматривает непрерывную и единую цепь учреждений и мероприятий,к-рые последовательно обеспечивают своей заботой беременную, роженицу, мать и грудного ребенка. Далее следуют за-ботыодошкольнике,школьнике,рабочем подростке, допризывнике, красноармейце .Проф. отбор, борьба с проф. вредностями и проф. б-нями составляют следующий концентр мероприятий. Поскольку советской медицине приходится считаться с конкретным фактом высокой болезненности среди трудящихся как последствием предшествующей эпохи, она должна сочетать заботы о новом поколении с борьбой против возникающих и имеющихся в силу еще неблагоприятных условий болезней. И в том и в другом случае соц. терапия не ограничивается только воздействием на индивидуума, а распространяется и на обстановку труда и быта. Советская медицина (см. ниже) предварительно изучает уровень и динамику здоровья трудящихся, пользуясь диспансерными методами работы, и организует свои мероприятия вокруг центрального мед.-санитарного узла, диференцированного* и специализированного врачебного участка, получившего название «единого диспансера», амбулаторного объединения, поликлиники (см. Диспансер, Диспансеризация). Рядом со всеми этими мероприятиями и как бы вынесенная за скобки стоит система оздоровительных воздействий на окружающую среду в интересах всего коллектива. Сюда относится сан. охрана жилищ, пищевой надзор, благоустройство населенных мест, заботы о водоснабжении, канализации и т. п. Единство организации способствует цельности проводимых мероприятий, избежанию параллелизма и экономии сил и средств. С другой стороны в условиях развития планового хозяйства и социалистического строительства единство дела 3. обеспечивается путем систематического планирования. Эффективность мероприятий советской медицины может сказаться с большой силой только при условии широкого понимания их и дальнейшего разветвленного проведения в жизнь самими трудящимися. Вот почему органы советской медицины неразрывно связаны с секциями 3. советов, медико-санит. учреждения окружаются комиссиями оздоровления труда и быта из представителей фабрик, заводов, школ, селений, обслуживаемых данным учреждением, а вынесенные в самую гущу жизни первичные мед. учреждения погружаются в целую сеть низовых органов самодеятельности трудящихся (комиссии по охране труда, здравячеики в общежитиях и домах, школьные здравячеики, пионерские сан. звенья и т. д.). Самодеятельность трудящихся достигается непрерывным развитием эпизодической и систематической сан.-про-свет. работы (см. Санитарное просвещение). Ш. История здравоохранения в России. Период до петровской эпохш Первые более или менее определенные данные об организации помощи больным относятся к пе- риоду Киевской Руси после принятия христианства. Если отдельные славянские племена, еще сохранившие родовой уклад, прибегали в случае болезней к помощи своих старцев, кудесников и волхвов, лечивших травами, заговорами, заклинаниями и простыми средствами из арсенала народной медицины (см. Знахарство, Медицина), то иначе дело складывалось в таких центрах, как Киев и др. торговые города. Здесь закладываются монастыри (Киево-Печерский) со всеми присущими им функциями раннего христианства, т. е. лечением и призрением вдов, сирот, стариков и нищих. То обстоятельство, что первые кадры монахов Киево-Печерского монастыря были командированы с Афона, где со времени Афанасия особенно процветало искусство лечения, наложило и резкий отпечаток на деятельность киевского монашества. Под влиянием этого последнего великий князь Владимир в своем уставе 996 г. определяет: «Бабы вдовицы, нищие, монастыри и бани их, больницы и врачи их..., та вся даны святым церквам, патриарху или митрополиту или епископу в коем ждо аще пределе будут да ведает их той и управу дает и рассуждает». По церковному уставу того же времени врачи являются свободными людьми и изымаются от действия общих законов и ведения светской власти и подлежат высшему церковному суду. Ярослав Мудрый (1096) еще более упрочивает влияние церкви в области организации 3. и кладет основание церковной медицине. С XIв. начинают систематически устраиваться при церквах и монастырях различные богадельни, больницы, кельи, где находили приют всевозможные убогие, странники, больные, прокаженные и пр. всякого рода нищие. Одним из крупных деятелей, построившим первую больницу, нужно считать епископа Ефрема Переславского. Церковь, ставшая к тому времени уже существенным элементом гос. аппарата, приняла на себя помощь выбившемуся из общественной колеи люду и выполняла функции призрения. В области врачебной помощи она не особенно далеко уходила от народной медицины. Церковная медицина предназначается только для нищих и «подлого люда», к-рые получают здесь бесплатную помощь и призрение. «И строение бани и врачеве и больницы—всем приходящим безмездно врачевание». Средства же для этой деятельности церковь получала в виде специальной десятины («Русская правда»), назначенной в пользу бедных, сирот и б-ных. Князья же для себя и для обслуживания своей дружины пользуются привлекаемыми из-за границы (Греция, Зап. Европа) светскими врачами, которые появляются при войске. Так образуются «домашняя», придворная медицина для нужд феодалов— удельных князьков, о деятельности которой не имеется никаких сколько-нибудь подробных сведений, и церковная медицина для нищих и обездоленных, которая существует весь период удельно-вечевой и татарского ига, вплоть до образования Московского царства.—Эта эпоха изобилует непрерывными моровыми поветриями, голодовками, повторяющимися регулярно каждое десяти- летие, но история не сохранила ни одного памятника, свидетельствующего о сан. мероприятиях широкого характера. Только по мере выдвижения на первый план московских князей, свергших татарское иго, а затем в лице московских царей и в особенности Ивана IV (Грозного), поведших решительную борьбу с феодальным боярством, наметились сдвиги в области 3. Иван IV опирался на земщину, подчиняясь политике торгового капитала, интересам посадских людей и купцов, вел завоевательную политику и, пробиваясь к морским берегам (Белое и Балтийское моря), вступил в торговые связи с Англией. Эти связи с одной стороны потребовали заботы о благоустройстве гаваней, борьбы против заноса эпидемий. С другой стороны—непрерывные войны выдвинули необходимость иметь врачебную помощь при войсках. Стремясь упрочить свою верховную власть и подорвать влияние церкви, Иван Грозный принимает меры к привлечению к себе на службу врачей-иностранцев, в первую очередь из Англии, а отчасти из Франции. На Стоглавом соборе он отклоняет стремление церкви удержать и дальше за собой дело призрения больных и вдов путем получения средств для открытия новых богаделен и больниц при церквах и монастырях. Наоборот, к 1550 году относится намерение Ивана IV открыть уже государственные б-цы, в чем сказывается дальнейшее стремление сломить старые институты. Но если в направлении обслуживания городского населения эти планы остались только планами, то для обслуживания двора, приближенных царя и войска была создана первая царская аптека в Москве. В 1588 г. появилась в рукописи первая русская леч. книга. В 1592 г. в первый раз учреждена в России пограничная станция для предохранения от заразных болезней. Внимание, уделяемое в это царствование вопросам организации медицины, объясняется также в значительной степени вспыхнувшими моровыми поветриями в Новгороде, Пскове, Смоленске. Борис Годунов под влиянием тех же причин и необходимости заботиться о здоровьи войска, в значительной степени наемного, делал дальнейшие шаги по увеличению числа врачей в России. По свидетельству Мар-жерета, служившего у Бориса Годунова, последним был создан Аптекарский приказ, ведавший врачами и аптеками. Однако в виду единичности этого утверждения и смутного периода, к-рый заглушил начинания Аптекарского приказа, если он и был создан, развитие деятельности Аптекарского приказа следует отнести уже к царствованию царя Михаила Федоровича. При нем Аптекарский приказ имел своей задачей, помимо обеспечения в первую очередь здоровья царской семьи и ближайших бояр, еще и организацию мед. помощи войску, для чего заведены были полевые аптеки, регулярно направлялись в армию полковые лекари. В материалах Аптекарского приказа встречается много предписаний в области попечения о раненых на поле брани воинах, «о доставлении некоторым заслуженным гражданским чиновникам средств к возвра- щеншо и продолжению здравия» (Рихтер). Аптекарский приказ посылал даже в отдаленные провинции специальных врачей для лечения заслуженных бояр. Встречаются отдельные мероприятия и в области призрения, но оно все еще остается в руках церкви. Аптекарский приказ ставил своей задачей и подготовку мед. персонала. Правительство обязывало иностранных лекарей обучать русских учеников врачебному делу «со всяким тщанием и ничего не тая». После пятилетнего обучения и успешной сдачи экзамена в Аптекарском приказе выдавался диплом лекаря. Приглашаемые из-за границы иноземные врачи хотя и назначались на места Аптекарским приказом, но сдавали предварительно испытание в Посольском приказе. Этому последнему были подчинены и аптеки, очевидно в виду того, что медикаменты были по преимуществу привозные. Т. о. в течение XVI в. было три центра, ведавших организацией 3.: церковь, Посольский и Аптекарский приказы. При царе Алексее Михайловиче (1670) Аптекарскому приказу вменено было уже в обязанность «прилагать старание о всеобщем здоровьи граждан и о воспрепятствовании распространения прилипчивых болезней». Эти мероприятия явились результатом развития эпидемий в стране в связи с ведшимися войнами (с Польшей). К этому времени сильно развились также торговые связи с Западом, особенно с Англией, и интересы торговли требовали, по образцу Западной Европы, решительных мер борьбы с опасностью заноса эпидемий в другие страны. Такие вспышки, с одной стороны, были в 1654 г. в Москве, а в 1665 г. пришлось «запретить торговлю с Англией» из-за страшной чумной эпидемии 1665—66 гг. в Лондоне. Были введены жестокие карантины, закрыта для торговли архангельская гавань. Даны указы архангельскому и новгородскому воеводам, о досмотре приезжающих иностранцев, не только англичан, но и голландцев, гамбургцев, любекцев, снятии с них допроса и задержании товаров. Т. о. впервые были осуществлены в России противоэпидемические мероприятия в гос. масштабе и гос. органом. Однако вся забота о «всеобщем здоровьи граждан» ограничилась только дозорами и карантинами. Попытка, начало к-рой относится еще ко времени Ивана IV, взять в свои руки строительство б-ц и призрение бедных и противопоставить светскую власть власти церкви была сделана преемником Алексея Михайловича Федором Алексеевичем. К этому времени в итоге долголетних войн (с Польшей, Швецией, Турцией) уже образовалась большая группа инвалидов и престарелых солдат, о призрении к-рых необходимо было уже позаботиться самому правительству, все более и более нуждавшемуся в войске. Неудивительно поэтому, что в 1682 г. Аптекарскому приказу предписано царским указом обсудить вопрос о создании госпиталя и богадельни. Госпиталь имел задачей «доставить истинно бедному больному средство исцелить' недуг свой в больнице, страждущего же болезнью неизлечимой и снискивающего пропитание от сострадания подоб- ных себе определять по смерть в богадельню». Однако предназначались богадельни гл. обр. «для бедных и отставных солдат, кои, будучи изуродованы на службе царской, не могли уже пропитать себя. Богадельни сии должны были служить пожизненным и тихим для раненых воинов пристанищем». В б-це «истинно нищие б-ные» пользовались бесплатным лечением и пропитанием, крепостные же и дворовые люди не могли пользоваться казенным содержанием. Впрочем Аптекарскому приказу было поручено выработать условия приема в б-цу и этого люда с платой за лечение и пищу. Создание госпиталя мотивировалось необходимостью также получить возможность предоставлять молодым врачам практическое поприще для совершенствования во врачебном искусстве. Характерны для наступления царской власти на патриарха не только передача этих учреждений в ведение Аптекарского приказа, но и назначение для их финансирования средств, принадлежавших и собиравшихся церковью, именно: имение бывших архиепископов архангельских в Московском, Каширском, Клинском и Боровском округах, а также «все деньги, которые по внушению человеколюбия кладутся по церквам московским в кружки». Московское государство испытывало и крупную нужду в мастеровых, ремесленниках, приглашение которых из-за границы стоило очень дорого; вынужденное прибегать к укреплению крепостничества путем раздачи вотчин и поместий, оно делает попытку создать кадры этих мастеровых из подкидышей и нищих детей. Этим объясняется указ о плане Воспитательного дома, куда должны были приниматься молодые бедные люди, «особливо дети нищих, кои просили по улицам милостыню», и обучаться ремеслам. С этой целью в училище при Воспитательном доме должна была преподаваться арифметика, архитектура, живопись, геометрия, артиллерия и мастерства: суконное, золотых дел, часовое и оружейное. Таковы были требования эпохи, и Аптекарский приказ как специальный полномочный орган расширял круг своей деятельности в связи с текущими потребностями гос. власти. Период до падения крепостного права. Петр I, упорно и смело проводивший свои реформы, непрерывно пробивавшийся в войнах к морям, к свободному выходу в Европу сырьевых богатств страны, имел прежде всего своей опорой «новое войско», молодой флот с иноземными офицерами. Поэтому он прежде всего углубил начинания своих предшественников в отношении забот о здоровьи солдат и матросов. В его Воинском и Морском уставах, заимствованных от голландцев, уделено много внимания мерам поддержания и предохранения здоровья войск как в мирное время, так и в походе, в казармах и в лагерях. Интересно наставление, написанное самим Петром I армии, отправившейся в поход в Персию (1722), в отношении предохранения от б-ней. В этом наставлении он указывает, как нуж-но беречь солдат в жарком климате и каких плодов не употреблять в пищу; во избежание удара от солнечных лучей запрещено было солдатам выходить днем без шляпы и оставаться в тех местах, где ничто не защищает ют солнца. Офицерам приказано было подавать пример солдатам; нарушение закона угрожало им лишением чинов и жестоким наказанием. Те же потребности военных нужд диктовали организацию благоустроенных лечебных учреждений для армии. В 1706 г. основан военный госпиталь в Москве при главном враче Бидлоо. В 1712 г. поведено было создать' инвалидные госпитали для престарелых воинов и богадельни для увечных в Москве, Петербурге, Киеве, Екатеринбурге и Ревеле, при чем самые богадельни из рук духовенства были переданы полиции. В 1718 г. учреждены в Петербурге госпитали: Сухопутный и Морской, на Выборгской стороне. Все эти начинания были продиктованы, по словам самого Петра, необходимостью, чтобы «всякий изнеможенный служивший нашел себе помощь и успокоение, коих ему доселе не было». При этих госпиталях и в Москве учреждены были хирургические училища для изучения медицины, к-рые потом были преобразованы в Медико-хирургическую академию. Таким образом при Петре осязательно определилась и получила организацию военно-врачебная часть, однако не в недрах Военной коллегии, а внутри единого органа, того же Аптекарского приказа, переименованного в 1707 году в Медицинскую канцелярию, к-рая в 1712 г. была переведена в Петербург. Этот новый орган, объединивший в себе все отрасли мед .-сан. дела (ему были переданы из Посольского приказа аптеки), развернул самую широкую деятельность в тесном соответствии со всеми преобразованиями Петра. Особенный размах приняли мероприятия Мед. канцелярии,. когда во главе ее стал лейб-медик Петра I, талантливый шотландец Арескин, который первый был возведен в звание архи-атера. Должность его состояла в управлении всей врачебной частью в России, в начальстве и наблюдении за докторами, хирургами, и аптекарями. Одним из первых шагов Медицинской канцелярии была забота о приискании в России минеральных источников, что и было возложено на д-раШобера. В 1718—19 гг. вспыхнувшая на юге России в Киевской и Азовской губ. чума потребовала чрезвычайных противоэпидемических мер. Были отправлены специально уполномоченные лица с диктаторскими полномочиями. Вместе с тем были приняты меры к насаждению сети мед. учреждений, в первую очередь аптек. Указом 1721 г. дозволено учреждать вольные аптеки в Петербурге и др. губернских городах, при чем само аптечное дело было регламентировано таким образом, что все госпитали и публичные и частные аптеки подчиняются Мед. канцелярии. В целях ослабления необходимости в выписке и покупке за границей лекарственных средств, Мед. канцелярия проявила инициативу в изучении отечественных лекарственных растений, и губернаторы и пр. наместники получили высочайший указ об оказании содействия этому начинанию Медицинской канцелярии. Регламент 1721 года обязывал магистраты строить «земским иждивением гошпитали ради призрения сирых, больных и увечных и для самых престарелых людей обоего пола». ■ Однако недостаток средств в стране, истощенной Северной войной, а главное недостаток медицинского персонала оставлял эти предписания только на бумаге. В стране развивалось благодаря возраставшему спросу на мед. помощь знахарство, появилось много бродячих, не получивших никакого образования врачевателей, «цесарцев», или «венгерцев», как их тогда называли. Медицинская канцелярия в 1721 г. разработала указ, по которому не позволялосышкакому доктору или лекарю производить вольную практику, не подвергнувшись испытанию в мед. науках от Медицинской канцелярии и не получив от нее аттестата. В связи с ростом населения столиц и необходимости заботы о доброкачественности продовольствия для них, было положено первое начало сан. мерам: так, в инструкции 1722 г. московской полицмейстерской канцелярии, было указано, чтобы мясо содержать в чистоте и покрывать чистой холстиной. К 1712 г. относится и чрезвычайно важный акт, родоначальник сан. статистики. В прибавлении к церковному уставу поведено было, чтобы духовенство через каждые 4 месяца подавало отчет о числе родившихся и умерших. Петр I стремился, как указано было выше, строить и дело призрения под руководством Медицинской канцелярии. Начиная с 1697 года, суммы, поступавшие церкви на дела благотворительные, были направляемы на иные гос. нужды. Однако в конце своего царствования, после Нейштадт-ского мира, при обнаружившемся финансовом кризисе и падении внимания общественности к делу призрения, Петр I снова пытался возложить это дело на духовенство, и Духовный регламент 1721 г. предписывал монастырям «...построити странноприемни-цы и лазареты и в них собрать престарелых и здравия весьма лишенных». Указом 1722-г. велено «старых отсылать для определения в гошпиталь в Синод». Еще раньше Петр I привлекал церковь к обязанности устраивать приюты и воспитательные дома для подкидышей. Указом 1715 г. было предписано: «в Москве и др. городах при церквах, у к-рых пристойно при оградах сделать гошпитали... и избрать искусных жен для сохранения зазорных младенцев, к-рых жены и девки рождают беззаконно; объяснить указом, чтобы таких младенцев в непристойные места не отметывали, но приносили бы к вышеозначенным гошпиталям и клали тайно в окно через такое закрытие, дабы прино-шенных лиц не было видно». Насколько эта мера вытекала из жесткой потребности новой императорской завоевательной власти в увеличении населения, видно по тем суровым мерам, к-рые обрушивались на голову нарушавших сей указ: «наказывать смертью тех, кои дерзали отклонять помощь сию, прибегая к детоубийствам». Выдвигая на авансцену гос. деятельности новое служилое дворянство, подымавшееся часто из низов, и борясь с вырождающимся поколением боярских родов вотчинников, Петр I поручает Медицинской канцелярии составить любопытный для своего времени евгенический указ (1722—23), к-рым запрещено было слабоумным жениться и управлять имением. Само собой понятно, что об оказании мед. помощи сельскому населению—крепостному крестьянству—не могло быть и речи. Она обращалась только на солдат и матросов. Однако приПетре зародилась и медицинская помощь на фабрично-заводских предприятиях. Непрерывные походы и войны требовали золота, металла для орудий и снарядов, сукон для армии. Развившиеся навстречу этим требованиям казенные и посессионные мануфактуры учреждались в глухих и отдаленных углах Урала, Сибири. Для обслуживания привлекавшихся сюда иностранных инженеров, мастеров и даже квалифицированных рабочих необходимо было иметь мед. персонал, аптеки. Впрочем дальнейшее оформление этому виду мед. помощи было дано уже преемниками Петра. При ближайших преемниках Петра I не прекращались войны, развивалась промышленность, росли города, особенно—столичные. Прочие возникавшие в это время города являлись преимущественно административными центрами, привлекавшими большое количество служилого люда, отчасти—мастеровых. Камнем преткновения на путях к постановке в них надлежащей мед. помощи стал недостаток врачей. Интересно отметить из области попыток к увеличению числа таковых находящийся в Госпитальном регламенте 1733 г. пункт, к-рым главному врачу госпиталя вменено в обязанность заниматься наставлением молодых людей в ме-дико-хирургич. училищах. Постановлено было также, между прочим, престарелых, отслуживших свой срок в военном ведомстве лекарей, определять на городскую службу. Для устроения врачебной службы в столицах были учреждены должности штатс-физи-ков, подчиненных Медицинской канцелярии. Они имели право входить с представлением к правительству обо всех предметах вообще «до здравия жителей касающихся». Они подвергали испытанию всех желающих поступить на гос. службу новоприез-жающих врачей, наблюдали за аптеками, следили за недопущением к практике лиц, на получивших врачебного образования. Они должны были свидетельствовать инвалидов и заботиться о своевременной помощи б-ным. Наконец физикам было доверено дело разбирать судебные жалобы мед. чиновников между собой и заботиться о продвижении по службе врачей, делая о них представления правительству. Т. о. в лице штатс-физиков, к-рые были врачами, можно отметить родоначальников местных органов 3. В 1738 г. был определен указом Анны Ио-анновны специальный врач для бедных, который обязан был ежедневно-находиться при главной аптеке (Петербург), «прописывать бедным и беспомощным лекарства и раздавать оные безденежно». Позднейшие деятели Медико-филантропического комитета в александровское время готовы были видеть в этом акте предвосхищение идей, положенных созданием диспенсариев в Лондоне в середине XVIII в. Указом же 1737 г. было предписано магистратам ряда городов, и в первую очередь близлежащих к столице (как Псков, Новгород, Тверь, Ярославль и пр.), завести у себя городовых врачей с окладом жалования от ратуши по 12 руб. в месяц и со свободной квартирой. Однако в 1756 г. вместо 56 узаконенных указом Сената лекарей их оказалось лишь 26. Новый указ 1756 г. подтвердил требование введения этого института врачей в городах с обязательством предоставления квартир, выдачи жалования по третям года и без малейшего задержания, под опасением взыскания с магистратов вдвое за нескорую выдачу. Городовые врачи предназначались для пользования обывателей. Более точную характеристику круга обслуживаемых этими врачами лиц дает тот же указ 1756 г., предписывающий отдельно завести трех врачей, двух докторов и одного лекаря для Москвы и Московской губ. «по великости города и многолюдству». Один доктор и лекарь должны были быть при московской губернской канцелярии, а другой доктор—при магистратуре. Они должны были свидетельствовать заболевших или битых, также внезапно умерших и пользовать больных: губернский—дворянство, магистратский—купечество. Впрочем главные функции губернских лекаря и доктора сводились к борьбе с эпидемиями: «повет-ривающими и прилипчивыми болезнями, паче во время иногда умножающихся, как бывает весной или осенью». При этих случаях они уже пользовали обывателей всякого чина й обязаны были делать выезды и в губернию. Для борьбы со знахарями были предприняты меры по лишению их возможности пользования медикаментами из аптек и введены ограничения по «ручной продаже». Однако архиатеры елисаветинского времени не только боролись суровыми наказаниями с лицами, «не учившимися медицине и не имеющими в том свидетельства от Медицинской канцелярии», но и заботились об увеличении кадра медицинских работников, при чем архиатер Кондоиди особенно много внимания обратил на подготовку достаточного количества повивальных бабок. В 1748 г., для увеличения числа воспитанников в медико-хир. училищах при госпиталях, последовал указ Московской духовной академии отправить достаточное количество ее питомцев, имеющих подготовку в знании языков, для пополнения хир. училищ. Любопытна такая героическая мера создать «династии врачей», как приказ 1758 г. о том, чтобы вдовам докторов, лекарей и аптекарей выдавать вдовью пенсию только в том случае, когда они письменно обязуются воспитать детей своих для служения по медицинской части. Без такой подписки они лишались права на пенсию и на другой какой-либо вдовий оклад. Однако наиболее важным мероприятием по созданию кадров отечественных лекарей было открытие Московского ун-та в 1756 году, с открытием первого мед. факультета в 1764 г., относящимся уже ко времени Екатерины II. Эта последняя преобразовала Медицинскую канцелярию в Медицинскую коллегию, во главе к-рой стоял президент, при чем это уже были не врачи, а видные са- воз новники. Медицинская коллегия была разделена на два департамента, из к-рых первый управлял делами учеными, а второй, под названием Канцелярии, заведывал административными и финансово-хозяйственными делами. Присутствие коллегии составляло шесть членов мед. звания под председательством президента. Комиссия имела в Москве отделение—Контору, состоявшую из двух чиновников под председательством штатс-физика. Деятельность этой Мед. коллегии протекала под знаком борьбы с непрекращающимися заразными б-нями, к к-рым добавилось распространение сифилиса. Медицинская канцелярия разработала проект и смету на сооружение и содержание специальных госпиталей—«нарочных домов» в Московской, Санктпетербургской и Новгородской губерниях и приглашение дополнит. персонала с тем, чтобы в случае удачного опыта распространить устройство госпиталей и на другие города. По мысли авторов доклада этими «нарочными домами» «пользоваться могут неимущие, между коими, так как и в семьях их, заразительные и прилипчивые б-ни и продолжительные б-ни более распространяются, нежели у имущих, к-рые для исцеления своего отовсюду принадлежащих способов изыскать себе могут, а неимущие теми болезнями страждут без всякого призрения и помощи». В проекте намечалось бесплатное пользование и довольствование пищей за счет казны и по исцелении. Однако сенатский указ 1,763 г. отклонил постройку новых домов и приглашение специального персонала, а лишь предписывал имеющимся городовым врачам и лекарям пользовать тех б-ных, которые явятся к ним за пособиями или пригласят лекарей к себе на дом. Медикаменты и пищу казенную дозволялось употреблять только для самых бедных людей. Лишь в случае крайней необходимости, очевидно на время вспышки эпидемий, «к скорейшему таковых болезней пресечению» разрешалось приглашать временный дополнительный персонал, устраивать госпиталь, приискивая для этого дома в удобных местах, не в самом городе, «но вне оного, и в стороне от больших дорог». Небезынтересно, что этот же указ в целях преодоления ложной стыдливости, отвращающей больных заразными б-нями от мед. помощи, предписывает врачам отнюдь не спрашивать б-ных, «кто какого ранга и фамилию». Напротив, в военных госпиталях поведено расспрашивать солдат, заболевших «франц. венерией», от кого они заразились, с тем, чтобы последующими розысками источника заражения остановить распространение этой б-ни между воинскими чинами. Спустя 20 лет после издания вышеприведенного указа была устроена в Петербурге секретная б-ца на 30 мужчин и 30 женщин, одержимых вен. б-ныо. Относительно этих больных поведено было соблюдать строгую молчаливость, чем объясняется самое название б-цы, куда был воспрещен вход для посторонних посетителей. Как одно из мероприятий в целях борьбы с заразными б-нями следует привести запрещение в 1782 г. хоронить умерших внутри городов на церковных погостах, при чем при- казано было отводить места для кладбищ в отдалении от городов. Из других мероприятий по улучшению врачебной помощи необходимо отметить улучшение преподавания в мед. училищах: введено преподавание повивального искусства (созданы повивальные ин-ты), увеличено число профессоров и добавлены адъюнкты к ним, учреждены первые клиники—клинические палаты. При врачебных училищах заведены кабинеты физический и минералогический и увеличены кабинеты анатомический, хирургический и физический.—Для печатания мед. книг была учреждена особая типография при Медицинской коллегии. В 1793 г. начали выходить первые в России «Врачебные ведомости», в которых помещались статьи с наставлениями сохранения здоровья. Ведомости издавались только год. Начатая еще во времена Петра гигиеническая просветительная деятельность , направленная к обслуживанию поместного дворянства и высших слоев города, получила особенное развитие во второй половине XVIII в. Появилось огромное количество как оригинальных, так и переводных книжек по вопросам особенно диететики, гигиены зубов, личной гигиены, «любострастных б-ней», первой помощи в несчастных случаях, и особенно усердно пропагандировались вопросы ухода за детьми и идеи грудного вскармливания. Ряд брошюр освещает вопросы борьбы с заразными болезнями, особенно—бешенством, горячками, моровой язвой, а также посвящен пропаганде оспопрививания. Наравне с такой литературой, провозглашавшей принцип: «важнее предупредить, чем излечить болезнь», гораздо большим спросом и интересом пользовались раскупавшиеся нарасхват всевозможные домашние лечебники. Затрагивались в литературе тех годов и вопросы увеличения народонаселения и борьбы с детской смертностью. Наиболее полную программу деятельности правительства в этой области намечают речи московского профессора Зыбелина («Слово о способе как предупредить молено немаловажную между прочих медленного умножения народа причину», Москва, 1789). Откликом этих течений следует считать указ 1785 г. о том, чтобы свидетельствовать девок, подозреваемых в беременности, и не принуждать их до времени родов к тяжким работам. Екатерина II завершила также и поднятый еще в конце XVII в. вопрос о призрении подкидышей, создав воспитательные дома в Москве и Петербурге. Инициатор их Бецкой руководствовался также мыслью о создании «третьего сословия», свободного и обученного мастерству и ремеслам. Развивавшаяся городская буржуазия искала для открывающихся фабрик и заводов свободные руки. Потребность же в призрении инвалидов и помощи обездоленным росла по мере затягивания турецкой войны и истощения казны. В поисках общественных средств и для привлечения интереса всех слоев населения к делу призрения при издании закона «Учреждения для управления губерний» (1775) были введены приказы обществ, призрения. Им вменено было в обязанность ус- траивать сиротские дома, больницы, аптеки, богадельни, дома для неизлечимо больных, дома для сумасшедших. Приказы были учреждены во всех губерниях, и для осуществления всех намеченных целей каждому приказу пожаловано было «в капитал» по 1.5.000 руб. и разрешен целый ряд коммерческих операций, вплоть до ссудного дела, для изыскания и увеличения дальнейших средств. В состав приказов входили гражданский губернатор—в качестве председателя, два заседателя верхнего земского суда, избираемые из дворян, два заседателя губернского магистрата как представители купеческого и мещанского сословия и наконец два заседателя от верхней расправы, т. е. представители от крестьянства. Кроме того приказам было предоставлено право приглашать на свои заседания в случае надобности предводителя дворянства и городского голову. Таким составом очевидно имелось в виду создать в приказах представительство «нужд и польз» всех сословий, несомненно заинтересованных в постановке дела призрения.Правда,представительство это было не выборное и не подотчетное перед выборщиками. Никакое дело не могло решаться без участия сословных представителей, т. к. по закону «все предметы, относящиеся до заведения приказа», должны обсуждаться «общим оного присутствием». Впрочем спустя несколько лет после издания учреждения о губерниях было установлено, что журналы своих заседаний приказ прежде исполнения должен отсылать на просмотр губернского прокурора. В б-цах приказов пользовать надлежало «всякого звания бедных и неимущих безденежно, прочих же больных и господских служителей тогда только принимать, когда порожние места случатся, и класть особо, а плату за излечение сих установить умеренную». Кроме того безденежно разрешалось принимать в петербургских б-цах приказных служителей и нижних канцелярских чиновников, присылаемых присутственными местами, не имеющими у себя особых лекарей, «отставных людей казенного ведомства», жен и детей солдатских, матросских и других команд, не имеющих особых госпиталей, купцов и мещан Петербургской губернии, вносящих в Приказ общественного призрения на содержание больниц определенную сумму, крестьян казенного ведомства и отпущенных вечно на волю людей обоего пола. Чиновники, купцы и мещане других губерний, помещичьи крестьяне и служители должны вносить плату за пребывание свое в больнице (7 рублей 50 коп. в месяц). Таким образом «приказная медицина» была предназначена для обслуживания нужд чиновного и торгового слоев города XVIII в. Дворянство к этому времени уже стало пользоваться преимущественно помощью частнопрактикующих врачей. Об обслуживании сельского населения кое-какие намеки имеются еще в указе 1765 г., когда в целях борьбы с эпидемиями предписывалось городовым лекарям для истребления разных б-ней и «в деревни, ближние от городов ездить». Б-цами приказов общественного призрения сельское население пользовалось разве в случаях сильного увечья, отравления и т. п., тем более, что указанная выше месячная плата, взимавшаяся целиком даже и в случае пребывания в б-це в течение нескольких дней, была для них высока. Одновременно с приказами были учреждены должности уездных врачей, а "при Павле I в 1797 г.—врачебные управы во всех губернских городах (кроме обеих столиц), к-рым также вменена была обязанность заботиться об устроении подачи населению врачебной помощи. Т. о. было вновь положено начало распылению дела организации 3. Все же XVIII век сделал значительные сдвиги в деле обеспечения страны медиц. помощью. Если в начале XVIII в. было всего до 150 иноземных докторов и лекарей, то к 1802 г. всего врачей было 1.519. Из них: в армии— 422, во флоте—218, во врачебных управах, карантинах, госпиталях—879. Сколько кроме того было вольнопрактикующих врачей и были ли таковые, в отчете министерства указаний не имеется. Б-ц в конце XVII в. не было ни одной, в конце XVIII в. одних военных госпиталей—13 сухопутных и 7 морских. Число гражданских леч. учреждений было уже значительным. Аптек в конце XVII в. было 2, а в конце XVIII в.—14. Некоторое понимание государств, значения дела 3. и необходимости придать ему соответствующее место в общей системе управления намечается в начале царствования Александра I, которым в 1803 году был утвержден доклад министра внутренних дел «О новом образовании медиц. управления». Указав на «две существенные связи медиц. науки с общим государственным управлением, именно: 1) в отношении к народному здравию и 2) в затруднительных случаях по делам гражданским и уголовным», министр внутренних дел приводил в заключение, что «во всяком благоустроенном государстве надлежит быть мед. управлению и что поэтому вместо Мед. коллегии, подлежащей упразднению, должно образовать государственную медицинскую управу, которая состояла бы из медицинского совета и из экспедиции, ведающей дела текущие и экономические по медицинской части. В медицинский совет должны быть назначены лица, приобретшие свою известность своими заслугами в науке, так как только такие лица могут быть истинными судьями во врачебных вопросах государственного значения». В проработке этого проекта сказалось и влияние известного «отца медицинской полиции» Иоганна Петера Франка. Наполеоновские войны, расшатавшие экономически страну, реакция правительства—сказались и на деле 3. Вместо самостоятельного главного управления мы находим мед. департамент в составе Министерства полиции, при чем директором департамента был не врач. В 1819 г. Министерство полиции было в полном составе присоединено к Министерству внутренних дел. В 1829 г. к этому министерству были присоединены все предметы по мед. части, состоявшие дотоле в ведомстве духовных дел и народного просвещения. По положению 1836 года мед. департамент состоял из трех отделений и секретарского стола, и функции его сводились 60S к правительственному врачебному и санитарному надзору, превратившемуся со временем в бюрократическую опеку. Полицейски-крепостнический строй николаевской эпохи отмел все' широкие цели организации врачебного дела и свел их к упрощенной функции обеспечения леч. помощью тех или иных слоев населения старанием соответствующего ведомства. Вот почему в 40-х гг. организация 3. представляется еще более распыленной. Врач, часть помимо Военного министерства находится и в Министерстве финансов, и в Министерстве народного просвещения, и в Главном управлении путей сообщения и публичных зданий^ в Министерстве государственных иму-ществ. В этом последнем сосредоточивалась организация медицинской помощи государственным и удельным крестьянам, а также башкирам б. Уфимской и Оренбургской губерний. Ко времени падения крепостного права эта организация составляла около 900 фельдшерских пунктов с сотней (приблизительно) приемных покоев, имевших в общей сложности около 300 кроватей. На •один фельдшерский пункт приходилось от одной до трех и больше волостей. Имелось также небольшое число повивальных бабок и немало оспопрививателей из крестьян. Фельдшера находились под чисто формальным контролем окружных врачей,, по одному на 3—5 уездов. В губернском городе находился старший врач, наблюдавший за мед. частью в губернии. Незначительность сети, примитивная подготовка фельдшеров определяли чрезвычайно низкое качество оказываемой гос. крестьянам врачебной помощи. Не лучше была организована мед. помощь в ведомствах военных поселений, иностранных колонистов и евреев-земледельцев Херсонской губ. Что же касается крепостных крестьян, то для них лишь в исключительных случаях немногие помещики содержали фельдшеров и. еще реже—врачей с больницами. Деревня была всецело предоставлена знахарям и бабкам. На фабриках и заводах мед. помощь встреч чалась чрезвычайно редко. Законом она предусмотрена была только Горным уложением 1806 г. и была сосредоточена в горном ведомстве Министерства финансов, которое только в Пермской губ. организовало относительно удовлетворительные больницы. Начало обслуживания мед. помощью рабочих положено было, как выше указано, с развитием казенной промышленности при Петре I, когда указом 1724 г. предписано было учредить лекаря с медикаментами при Сестрорецком заводе. При преемниках его дело получило дальнейшее развитие и известную регламентацию. При Екатерине I по инициативе начальника уральских заводов Генинга в Екатеринбурге был устроен госпиталь для лечения мастеровых и рабочих, являющийся повидимому старейшим из заводских госпиталей. В 1734 г. по просьбе оружейной конторы Мед. канцелярия назначила лекарей на тульские заводы. Заводской устав 1735 года, составленный Татищевым, уже определенно предписывает «больных лечить, для чего доктора медицины, лекарей, аптекаря и потребных служи- телей из нашей заводской казны содержать». Вместе с тем за время пользования госпиталем у мастеровых и урочников удерживались половина жалованья и провиант, не считая постоянного вычета на медикаменты в размере 1%. Однако устройство госпиталей было чрезвычайно примитивным, а сеть ничтожна по своим размерам. В пору «конституционных» проектов Александра I заметна новая струя и в области обеспечения медиц. помощью рабочих. В объяснительной записке Министерства финансов к проекту Горного уложения (1806) отмечается, что «госпитали прежде были учреждены при одних только главных заводах, и переезд в них больных из отдаленных заводов причинял имобычно смерть». В виду столь неудовлетворительного состояния врачебной помощи Горное уложение предписывало учредить госпитали и лекарей при них на каждом заводе как казенном, так и частном, в расчете, что сами предприниматели «в интересах человеколюбия и своих собственных» пойдут навстречу попечениям гос. власти. «Все заводчики обязаны иметь госпиталь при каждом заводе на том основании, как такие учреждены при заводах казенных». В отношении же последних Горное уложение 1806 года требовало, чтобы при каждом госпитале было не менее одного лекаря и несколько лекарских учеников в зависимости от количества рабочих, чтобы каждый госпиталь был снабжен хир. инструментами, содержался в чистоте и опрятности; состоящий при госпитале лекарь обязывался два раза в день осматривать б-ных и т. д. По Горному же уложению должны были быть учреждены богадельни в каждом заводе или одна для двух и более заводов, лежащих в недальних расстояниях один от другого (см. Социальное обеспечение). Если на казенных заводах эти требования исполнялись с грехом пополам, так что к 60-м гг. XIX в. при 13 б-цах было 18 врачей, то частные заводы вовсе пренебрегали правительственными обращениями к их человеколюбию. Николаевское правительство, находившееся в зависимости в своих финансовых начинаниях укрепления денежной системы от владельцев заводов и фабрик, начавших широко развиваться в первой половине XIX в., равнодушно смотрело на ту невероятную эксплоатацию, к-рую развивали эти промышленники. Особенно плачевно было положение на предприятиях обрабатывающей промышленности. Только в немногих крупнейших заведениях имелись б-цы, к содержанию к-рых привлекались сами рабочие путем удержания из жалованья 1—2% или ежемесячных взносов по 10 коп. серебром. Николаевское правительство вынуждено было заняться этим вопросом лишь под давлением рабочих волнений и прямых бунтов в 30-х гг., особенно — уральского восстания 1841 г. Была наскоро создана комиссия Буксгевдена для рассмотрения быта рабочих людей и изыскания средств к улучшению их положения. «Милостивый» монарх Николай I в конце 1840 г., посещая городские б-цы в Петербурге, обратил внимание, что б-ные из рабочего класса имеют изнуренный вид. Комиссия, предположив, что это происходит от дурного помещения их на квартирах и замедления в подаче мед. помощи, признала желательным образование особого попечительного комитета. Но меры воздействия этого комитета ушли не дальше Горного уложения 1806 г. и сводились к тому, чтобы «убеждать фабрикантов, заводчиков, мастеров и подрядчиков к человеколюбивому и совестливому обращению с рабочими и мастеровыми во всех отношениях и •особенно в случае б-ни». Впрочем высочайшим повелением была возложена на подрядчиков обязанность иметь для рабочих квартиры «не сырые и вредные для здоровья», а чиновникам полиции предписывалось строго «ледить, чтобы рабочие были размещены •сколько возможно просторнее и в сухих квартирах и чтобы б-ные не оставались долго без надлежащей помощи по той простой причине, что они не имели возможности вносить установленную в б-ницах приказов плату. Было поведено выделить для рабочих специальные отделения, а средства на это были определены с самих рабочих. Положением 16/IV 1842 г. был введен особый сбор с чернорабочих по 60 коп. серебром в год, за каковой взнос рабочий приобретал право на пользование б-цей без всякой платы. На первых порах в Петербурге было создано только одно отделение на 240 коек, но к концу 40-х гг. число последних было доведено до 4500. Вслед затем на подобных же основаниях была открыта б-ца для чернорабочих в Москве (б. Яузская), а в 1860 г.—в Ивано-во-Вознесенске. Мысль об обязательствах владельцев по отношению к своим рабочим в случае заболевания или потери трудоспособности была высказана в проекте положения о посессионных фабриках (1845), но даже и в такой общей форме она не была утверждена. Правительство было занято осуществлением других требований как владельцев посессионных фабрик, так и крупных землевладельцев-фабрикантов и даже владельцев огромных имений с барщинной обработкой. Это было требование свободного вольного рабочего, так как крепостной и барщинный «подневольный труд в силу своей низкой производительности стал камнем преткновения на путях промышленного развития страны». Журнал мануфактур и торговли, начиная с 1830 г., неустанно убеждал своих читателей,что «всякая работа, в к-рой принуждение есть единственная пружина, никогда не будет производиться успешно». Труд вольнонаемных рабочих оказывался гораздо продуктивнее и приносил больше пользы. Однако заводчикам была невыгодна высокая заработная плата, к-рую приходилось платить этим вольнонаемным рабочим, т. к. это были не вольные крестьяне, а оброчные, и фабрикант косвенным образом обязан был выплачивать помещику под видом 'заработной платы рабочим часть его поземельной ренты. Поперек дороги развитию обрабатывающей промышленности стояло крепостное право. Секретные комитеты Николая I под давлением требования промышленников начали подготавливать реформу. Осуществление ее ускорила катастрофа Крымской войны, обнажившая всю гнилость крепостного строя. Однако Александровская реформа прошла с одной стороны под знаком компромисса между требованиями промышленной буржуазии и либеральных южных помещиков, владельцев барщинных имений, и с другой— требованиями пользовавшихся наибольшим влиянием крупных землевладельцев оброчных имений. Период до Октябрьской революции. Промышленность не сразу получила вольного, безземельного пролетария-батрака, крестьянам оставили урезанный надел с ви-димостями самостоятельного земледельца, а фактически обреченного на аренду земель дворянства. Это последнее выиграло и в том отношении, что, освободившись от всяких обязательств по отношению к свободным крестьянам, оно получило в свои руки управление на местах, распоряжение финансами и местными повинностями, получив по своему имущественному цензу руководящее влияние в земствах. Они оказывались вершителями судеб местного населения, и им была передана и функция заботы о народном здравии (см. ниже—земская медицина), продиктованная потребностями жизни и в известной степени стремлениями на крестьянский счет обеспечить мед.помощью свои поместья, а впоследствии оздоровить округи их. Вся реальная деятельность земской медицины окрашена в цвет интересов этой поземельной аристократии, лишь постольку благодетельствующей крестьянам, поскольку это сочетается с интересами помещиков. Так же как в деревне, так и в городе бюрократическая монархия распределила свои функции по заботе о населении между торговым капиталом и промышленниками. В руки купечества, домовладельцев была передана забота о благоустройстве городов (см. ниже—городская медицина), в руки промышленников с 1866 г., перед угрозой холерного нашествия, по ходатайству московского губернатора была передана забота об организации мед. помощи рабочим. Начавшиеся с эпохи реформ многочисленные сан. описания земских врачей рисовали неприглядную обстановку страны как сплошной вулкан эпидемий. Финансово-податная система правительства, падавшая всей тяжестью на крестьянство, оскудение среднего дворянства, особенно—центральных губерний, обезземеление крестьянства и его пролетаризация подрывали последние ресурсы возможностей оздоровления страны. Между тем жел.-дор. строительство, усилившиеся связи с Зап. Европой благодаря росту хлебного вывоза, а с течением времени и проникновению иностранного капитала, не могли не отразиться и на внимании правительства к вопросам сан. состояния страны. Россия с ее невероятной эпидемичностью была опасным соседом. Другой, не менее важной причиной было то, что развитие промышленного капитала сделало серьезные успехи в 80-е годы, несмотря на кризис 1884—85 гг. Неизбежным следствием этого явилось развитие рабочих стачек, к-рые в 80-х гг. перестают быть случайными, а становятся постоянным явлением русской жизни. Знаменитая Морозовская стачка 1885 г. начала новый фазис в развитии рабочего движения. Под влиянием начавшихся массовых стачек правительство, начиная с 1882 г., издает целый ряд законов, касающихся охраны труда малолетних, женщин и т. д. Намечается некоторый сдвиг и в деле реформы организации 3., и рождается любопытный проект создания самостоятельного Главного управления здравоохранения. Дело в том, что сан. законодательство зап .-европейских стран в 80-х гг. достигло, как указано было выше, значительного развития, и случайная встреча русских врачей с иностранными коллегами получила некоторый отклик и в правительственных кругах. В 1885 г. в Риме состоялась международная сан. конференция. Центральным пунктом ее был доклад англ. делегата Торн-Торна об успехах оздоровления страны на путях развития единого плана широких сан. мероприятий. Три вопроса подверглись на ней обсуждению: 1) сан.уведомление, 2) предупреждение холеры и 3) меры против желтой горячки. Представителями России были посол в Риме Икскуль-Гильдебранд и д-р Николай Экк. Доклад последнего в Медицинском совете, а особенно—ноты Итальянской и Нидерландской миссий по поводу взятых на себя обязательств по реализации постановлений конференции, произвели впечатление на правящие круги, и была создана (1886) под председательством Боткина (см.) комиссия для изыскания мер к повсеместному оздоровлению России. Образованию этой комиссии предшествовал доклад того же Экка 5/XII 1885 г. на тему: «О чрезвычайной смертности в России и необходимости оздоровления» в Об-ве русских врачей в С.-Петербурге. Общество единогласно приняло положения докладчика: «1) Смерть от большинства б-ней есть смерть насильственная, а не естественная, и зависит от непринятия соответственных предупредительных мер, указанных наукой и польза к-рых доказана опытом многочисленных городов и стран; 2) чрезмерная смертность среди российского населения низводит его рабочую способность и доводит народное хозяйство до убыточности; 3) повышение рабочей способности населения, а с тем вместе благосостояния и просвещения в нашем отечестве, невозможно без уменьшения смертности, а потому уменьшение смертности и ближайшее к тому средство—оздоровление составляет нашу первую государственную потребность; 4) довести настоящее постановление до сведения господина министра внутренних дел».—В своем докладе комиссии Боткина Медицинский департамент констатировал, что «со времени основания его, наука общественной гигиены далеко ушла вперед, и в других странах существуют уже целые законодательства по охранению народного здравия и возводятся разного рода обширные общественные учреждения. С того времени пределы Российского государства значительно расширились, а население увеличилось более чем втрое; жизнь выдвинула множество новых вопросов и нужд по делам врач.-больничной и сан. части. Между тем Медицинский департамент, который должен был бы ведать разросшимися, изменившимися новыми делами по охранению народного здравия, никаким существенным изменениям не подвергался и так же, как и врачебный устав, уже оказывается позади требования науки и нужд населения..". Необходимо учреждение Главного управления по делам здравия, в ведении к-рого сосредоточивались бы все сан. дела, к-рое было бы полномочным расходовать предназначенные для этого рода дел кредиты, производить действительный надзор за местными сан. учреждениями, принимать собственной властью все вообще распорядительные меры, необходимые для действия существующих и имеющих быть законов по охране народного здравия. Если правительство не имеет такого органа, то оно не может ни знать сан. нужд ни управлять сан. делом. Общество в своих начинаниях по улучшению сан. условий шло до сих пор вразброд, и оно будет продолжать ит-ти в том же направлении, пока не будет существовать объединяющего компетентного центра. Только тогда общество перестанет быть равнодушным к повальной заболеваемости и чрезмерной смертности, перестанет действовать вразброд и напрасно тратить свои средства на бесплодную борьбу с многочисленными болезнями. Все подчиненные Главному управлению по делам здравия или имеющие быть поставленными в определенные к нему отношения местные сан. органы должны будут не ограничиваться одними только донесениями о сан. недостатках и бессилии надзора, как это наблюдается ныне, а они должны быть полномочны принять сан. меры и постоянно из года в год констатировать не отрицательные, а положительные факты улучшения сан. условий. Тогда только население убедится в возможности понижения заболеваемости и уменьшения смертности. Губернские и областные правительственные сан. инспекторы и их помощники должны быть подчинены непосредственно Главному управлению и должны быть совершенно независимы от многочисленных местных администраций различных ведомств: полицейских, фабрично-заводских, учебных, духовных, железнодорожных, пароходных, городских и других». Если представитель Министерства внутренних дел сводил все мероприятия по оздоровлению России к созданию влиятельного центрального бюрократического органа—Главного управления по делам здравия, то в недрах самой комиссии один из наиболее компетентных членов ее—-Доброславин расширял эти мероприятия дальше. Он также считал, что «без реорганизации врач.-сан. учреждений в России невозможно что-либо сделать для улучшения сан. положения населения, невозможно и рассуждать о том за полным отсутствием данных, на кои таковые рассуждения могли бы опираться». Доброславин, рисуя своим идеалом создание органа, аналогичного германскому Reichs-gesundheitsamt, выдвигает следующие, подлежащие изменению причины тяжелого сан. состояния страны: 1) недостаток врачей вообще; 2) отсутствие правильной организации сбора сведений о здоровьи населения; 3) ненормальная организация сан. строя администрации; 4) отсутствие средств для выполнения мер, возможных даже при суще- ствующих условиях; 5) шаткость убеждений относительно пути, по к-рому и при обладании средствами следует направлять сан. меры.—Комиссия Боткина решила получить заключения целого ряда деятелей общественной медицины (земской, городской, фабричной, участковой), разослав им свое постановление. Из ряда поступивших с мест отзывов особенно любопытны два: один—знаменитого деятеля по гигиене труда Погон-сева и другой, подписанный Эрисманом и Осиповым, но отражавший мнение целой группы земских врачей московского губернского земства. Погожев в общем согласился с мнением комиссии. В определении компетенции центрального органа он шел даже дальше мнения ее, заявляя, что Главному управлению по делам здравия, в силу чрезвычайной важности его административно-государственных задач, следовало бы присвоить права и наименование самостоятельного министерства нар. здравия как высшего сан. органа, руководящего общим ходом всего сан.-врач. дела в империи. Оно не должно быть стесняемо какими-либо узкими рамками в своей деятельности, а, напротив, должно всеми силами содействовать успешному и необременительному для населения выполнению различного рода оздоровительных работ, правильной организации и ведению мед.-статистических записей, строгому повсеместному сан. надзору, доставлять гос. кредит для сан. мероприятий наиболее нуждающимся местностям, созывать и разрешать местные и областные съезды врачей, организовывать совещательно-технические комиссии по специальным сан. вопросам, назначать премии и конкурсы на составление наиболее дешевых и целесообразных проектов и чертежей для сан. и общественных учреждений и т. д. Погожев ставил также вопрос об общем улучшении всей врач, организации, как напр. об увеличении численности мед. персонала, нормировании районов деятельности земских, правительственных и др. врачей, в пространственном отношении и по числу жителей, ослаблении самостоятельной бесконтрольной практики фельдшеров, обеспечении быта врачей и др. мед. служащих, удешевлении медикаментов, уничтожении аптечной монополии. Зато в отношении круга обязанностей и сферы влияния местных правительственных органов Погожев отводил им узкую роль лишь посредствующего звена между высшей сан. инстанцией в империи и местными органами самоуправления по всем делам, касающимся охранения народного здравия. Вся же организация врач .-санитарного дела должна быть отдана местному самоуправлению, при чем земским и городским сан. учреждениям, имеющим в различных местностях России (московское губернское земство и многие др.) б; или м. установившуюся организацию, должно быть присвоено в пределах данной губернии вполне самостоятельное значение, не стесняемое никакими внешними формальностями. Неудивительно после этого, что представители самой московской земской сан. организации стали в резкую оппозицию к проекту комиссии Боткина. Их возражения инте- ресны как credo идеологов земской медицины. Эрисман и Осипов в своем длинном письме прежде всего справедливо указывали, что улучшение сан. состояния России ни в коем случае не может быть сведено к голым санитарно-техническим мероприятиям, а тем более только к перелицовке фасада нежизнеспособного бюрократического органа—Медицинского департамента. В плохом санит. состоянии России повинны общие условия страны, ее экономическая отсталость, невежественность населения. Земские врачи своими многочисленными исследованиями установили зависимость здоровья населения от экономического его положения. Следовательно реформы по оздоровлению России должны быть более глубокого и органического свойства. Вне и без них положение не изменится, будут ли чиновники самодержавного правительства действовать от лица департамента или Главного управления. В последнем случае даже будет хуже, если увеличится число надзирающих и контролирующих правительственных чиновников-врачей, когда, наоборот, необходимо большое число врачей-общественников, непосредственных исполнителей и творцов, свободных от пут формальностей и казенной опеки. Московские земцы поэтому просили ограничить компетенцию уже существующих низовых правительственных агентов, мешающих зачастую борьбе с эпидемиями и проведению оздоровительных мероприятий. Они указывали, что напр. уездным врачам следует оставить только судебно-мед. экспертизу. Без особенного восторга Осипов и Эрисман относятся к тому, что при организации Главного управления по делам здравия все дело охраны народного здравия будет находиться в единственно компетентных руках, т. е. врачей. Они указывают, опираясь на опыт земской работы, что даже земские врачи—далеко не всегда на уровне понимания задач общественного здоровья, предупреждения б-ней, а наоборот—земские представители помогают осуществлять оздоровительные мероприятия. Поэтому выход не в новом чиновном врачебном ведомстве, а в расширении прав земства и земских врачей. Эрисман и Осипов подчеркивают только, что и в настоящее время без реформы Мед. департамент при желании мог бы справиться с задачами оказания содействия делу земской сан. организации. Первоочередным они считают, чтобы департамент озаботился о реформе мед. образования, знакомя уже в университете будущих врачей с характером и сущностью оздоровительных мероприятий. Необходима также правильная и научная организация санит.-статистического дела, на чем настаивали впрочем в своих мнениях и Доброславин и Погожев. Проекты комиссии Боткина остались на бумаге: были собраны отзывы, напечатаны, и дело заглохло. Иностранный нажим ослабел, реакция Александра III достигла своего апогея. Здесь сказалась крайняя противоречивость и своеобразие 80-х гг. Вершителем судеб стало крупное землевладельческое дворянство с послушным ему бюрократическим аппаратом. Вдохновителем этого последнего явился мракобес Победоносцев со своей теорией пользы народного невежества. На охране устоев «самодержавие, православие, народность» соединились вновь монархия с церковью. Народовольческое, интеллигентское движение разночинцев и кающихся дворян было разгромлено: не имевшее экономических корней, оно неизменно должно было этим кончиться. Рабочее движение было еще молодо и неоформлено, как молод и распылен был рабочий класс России. Победоносцевская клика провела' реакционное земское полоягение 1890 г., предоставившее еще больше влияния крупно-цензовым элементам в самоуправлении. Тем самым ухудшались условия развертывания систематической земской сан. деятельности и в первую очередь проведения оздоровительных мероприятий. Однако с начала 90-х гг. происходит тот промышленный подъем России, к-рый безостановочно развивался до первой трети первого десятилетия XX в. и в связи с к-рым 90-е гг. имеют много самых ярких примеров организованного выступления рабочего класса. Благодаря этому, хотя и по крохам, но завоевывалось дальнейшее фабричное 3., развивалось врачебно-сан. дело в городах. С другой стороны обострившийся кризис сельского хозяйства вызывал разорение крестьянства, непрерывные волнения его. Отчасти под влиянием этого, а гл. обр. потому, что покровительство правительства растущей в своих требованиях промышленной буржуазии задевало интересы помещиков,90-е гг. были годами своеобразного помещичьего либерализма. В силу этого 90-е гг. проходят под знаком развертывания земской врачебной деятельности: создается Пироговская комиссия по распространению гиг. знаний, растет число земских сан. бюро, сан. врачей, хроник, производится много сан.-статистических исследований, оживленно работают Пироговские съезды. Народнически настроенные земские врачи стремятся в сельской врачебной деятельности выполнить идеалы просветителей народа, выполнить гордую миссию— «видоизменить мировоззрение народа». Эта деятельность неизбежно сочетается с пониманием необходимости свержения самодержавия. Кульминационным пунктом является знаменитый холерный Пироговский Съезд 1905 г. с политическими резолюциями, требованиями Учредительного собрания, политических свобод и всеобщего, равного и тайного избирательного права. Составляя общую часть движения радикальной интеллигенции, земские врачи, так же как и все земское движение, пережили свой апогей с революцией 1905 г. Политическая классовая близорукость лишила земских врачей возможности понимать значение рабочего движения, роль рабочего класса в деле общественного развития и в частности в деле 3. В своей непрерывной, зачастую безрезультатной и связанной с огромной тратой сил борьбе за то или иное мед. начинание земский врач проникался невольно психологией единственного «печальника» и «предстателя» за народ, присвоил себе никем не выданный мандат представителя этого «бедного, страдающего народа». В самом понимании задач организации 3. они также не разгадали истинных путей его. Исторические условия земской деятельности возложили на сан. бюро поневоле функции не только сан. дела, но и организаторов вообще мед. дела, своего рода неофициального члена управы. Отсюда наравне с теорией взаимного противоположения и дуализма сан. и леч. организации явилась еще и теория гегемонии первой. Впрочем в последние годы перед империалистской войной начались и расхождения во взглядах на роль сан. организации—известные споры о санитарно-общественном и санитарно-тех-ническом направлениях. Реакция после 1905 г., произведя во-первых опустошение в рядах земских деятелей (ссылки, лишение мест), а во-вторых передав земское хозяйство в руки уже неприкрытых «зубров»,пришедших на смену либеральничающим дворянам конца 90-х гг., сломила и земскую медицину. Поступательное движение ее хотя и не прекратилось (расходы за десятилетие даже удвоились с 24,6 до 48,3 млн.), но темп значительно снизился по сравнению с предыдущим десятилетием как в отношении прироста земских участков, б-ц, так и притока земских врачей. Капиталистическое развитие приводило к возникновению других факторов. Вместе с ростом промышленности становился многочисленнее рабочий класс, европейская техника приводила к большей концентрации рабочих на одном предприятии; рост рабочего класса привел к развитию рабочего движения, которое в связи с влиянием на него российской социал-демократии и особенно большевистского крыла рано освободилось от узких экономических требований и приняло глубокий политический характер. Забастовки и волнения начала 900-х гг. помимо экономич. требований к хозяевам носят и явственно антиправительственный характер. Неудачная Русско-японская война, крестьянские волнения и рабочие забастовки, закончившиеся событиями 9 января 1905 г., заставляют правительство объявить грядущие реформы в виде законосовещательной Думы. Вместе с тем в числе прочих начинаний намечается пересмотр законов о положении рабочих. В результате возникает последовательная серия сенаторских комиссий, начиная с комиссии Шидловского и вплоть до конца дней III Государственной думы. Одним из основных вопросов этих комиссий был вопрос об обеспечении мед. помощью рабочих, стоявшей на чрезвычайно низкой ступени, и о выдаче пособий заболевшим рабочим.—Если первые комиссии под впечатлением революции пытались возложить возможно больше ответственности на предпринимателей в смысле финансирования, размеров и длительности пособий по временной нетрудоспособности, то дело резко изменилось с эпохой Столыпинской реакции. Поднявшие голову промышленники, создавшие к этому времени крупные объединения, как «Продуголь», «Продамет», усилившие свое влияние на правительство через ряд банков, решительно отказывались от обязательств содержать мед. учреждения, а только соглашались на очень незначительное участие в страховых взносах, с сохранением однако большого влияния в управлении больничными кассами (см.)- Ленские события заставили правительство ускорить проведение через III Думу закона 1912 года о социальном страховании (см.). Этот закон не удовлетворил фабрикантов, а для рабочих он явился даже шагом назад по сравнению с устаревшим законом 26/VIII 1866 г. Только охрана до- и послеродового периода у работниц явилась нек-рым достижением нового закона. Зато промышленники были освобождены от .обязанности обеспечивать рабочим возможность коечного лечения. Обязательство для промышленника обеспечения рабочих первоначальной и амбулаторной помощью могло свестись к фикции в силу того, что изданные правила нормировали характер и размер этой помощи в самых неопределенных выражениях. Земства же не могли организовывать мед. помощь рабочим, т. к. не получали никаких средств для этого; существовавшая сеть была недостаточна даже для помощи сельскому населению, а по своему местоположению, размерам и квалификации совершенно не соответствовала потребностям рабочих.Боль-ничные кассы, созданные новым законом, были финансово ослаблены перенесением на них значительной доли денежных повинностей промышленника. С другой стороны приурочение их к отдельным предприятиям, усиливающее зависимость их от предпринимателя, состав общих собраний и особенно правлений касс, в к-рых было отведено слишком много мест представителям предпринимателей, административной опеке,—не дали больничным кассам возможности организовать врачебную помощь, сведя их деятельность в этом направлении к жалкому крохоборчеству. Т. о. максимальные требования революционной соц.-демократии в области охраны здоровья, к-рые сводились в то время лишь к обеспечению бесплатной и квалифицированной помощью рабочих и страхованию материнства, оставались недосягаемым идеалом и после закона 1912 г. Он только создал в лице больничных касс первоначальную школу классового самосознания, школу организации рабочего класса. Так и смотрели на это большевики, стремясь в страхкассах найти легальные опорные пункты своей работы по дальнейшей консолидации рабочего движения и подготовке 'пролетариата к его революционным задачам. Правительство в это же время занималось воскрешением изъятого из-под спуда проекта комиссии Боткина об организации Главного управления по делам здравия. Непрекращающиеся эпидемии, из которых холера стала эндемичной для Петербурга, голодовки, огромная детская смертность были показателями низкого санитарного уровня страны. Петербургская бюрократия нашла рецепт для улучшения санитарного состояния России в создании нового министерства. Проект последнего был поручен комиссии проф. Рейна, заслугой которого является лишь довольно углубленная разработка, вернее-i— собрание почти исчерпывающих материалов по всем вопросам организации медицинской помощи. В целом ряде подкомиссий были разработаны нормы больничной и амбулаторной помощи, районы деятельности врачей, намечена организация охраны материнства и младенчества и даже санитарного просвещения. Проект комиссии Рейна выделял заведывание 3. в отдельное ведомство, предусматривал отпуск специальных кредитов на борьбу с заразными б-нями и на общесанитарные мероприятия, но не доводил до конца объединение заведывания всем мед. делом. По чисто тактическим соображениям проект сохранял существующие мед. организации других министерств, ограничившись лишь приданием Главному управлению гос. 3. общих директивных функций по 3. Для установления связи с соответствующими правительственными и общественными организациями был учрежден Главный санитарный совет. Эти меры явились отражением политики царского правительства, к-рое под влиянием интересов крупной финансово-промышленной буржуазии вошло в фарватер влияния будущей Антанты, начало сближаться с Англией и усердно подготовляться к войне с Германией (Гучковская комиссия обороны в III Думе). В такой обстановке диктовалась необходимость сгладить темную славу эпидемического очага Европы и обратить внимание на поднятие физических сил будущего пушечного мяса. С другой стороны реакция надеялась созданием властного правительственного надзора и регламентацией из центра форм и способов подачи мед. помощи стеснить окончательно и свести к минимуму те левые тенденции земской и городской медицины, к-рые продолжали еще теплиться. Неудивительно поэтому, что проект врач.-санит. реформы комиссии Рейна встретил еще больший отпор со стороны земских врачей, чем в свое время проект Боткина. XII Пироговский съезд (1913) высказался против учреждения министерства народного здравия и другого подобного бюрократического центрального органа, полагая, что «такое учреждение нецелесообразно, вредно и не вызывается интересами народного здравоохранения». В своей резолюции съезд указывал следующее: «Реформа врач.-сан. строя, проектированная комиссией Рейна, предполагающая вмешательство местных органов правительственного врач.-сан. надзора в деятельность местных самоуправлений в области общественного здравоохранения, регламентацию из центра форм и способов оказания мед. помощи, налагающая на местное самоуправление целый ряд обязательных расходов без указания источников их удовлетворения и в то же время оставляющая без изменения строй местных самоуправлений, не только не обеспечивает успеха здравоохранения, но явится серьезным тормозом на путях его развития. Для правильного беспрепятственного развития врач.-сан. дела съезд считает необходимым проведение строго демократических реформ в организации законодательных учреждений и органов самоуправления» . Проект Рейна о создании министерства здравия был утвержден во время войны (3/IX 1916 г.) в порядке ст. 87 Основного закона, т. е. путем утверждения его верховной властью с последующим внесением в Гос. думу. Однако Государственная дума отвергла закон. Вызванное войной напряжение внесло значит, ухудшение в организацию мед. помощи и в особенности подорвало земскую медицину. Все шло на обслуживание войны, на многочисленные госпитали и лазареты, сан. поезда, врач.-питательные пункты для обслуживания беженцев, организовывавшиеся Земским и Городским союзами в лице их медико-сан. отделов. Эти последние много поработали и в деле борьбы с эпидемиями организацией ряда дезинфекционных баз, заразных госпиталей и пр. Война парализовала и привела к жалкому уровню по тем же причинам и деятельность городских медико-санитарных учреждений. Замерли не 'успевшие расцвести и общественные организации, возникшие с подъемом рабочего движения по инициативе левых деятелей Пироговского общества на средства либеральной промышленной буржуазии, как Лига борьбы с tbc (см. Туберкулез) и Лига борьбы с детской смертностью (см. Охрана материнства и младенчества). Политически-хозяйственный кризис, развившийся с затягиванием войны, тяжело отражался и на сан. состоянии страны, падала рождаемость, росла смертность. Подрыв условий питания широких масс населения, ухудшение жилищного положения, скопление беженских масс подготавливали благоприятную почву для развития эпидемий. Февральская революция, поставившая во главе правления классы, тесно связанные с буржуазией Антанты, заинтересованные в продолжении войны, ничего не сделала для выхода страны из кризиса, а наоборот—довела его до высших пределов. В явно авантюристической политике «продолжения войны до победного конца» и оттягивания разрешения земельного вопроса Временное правительство кроме ряда деклараций не провело никаких органических мероприятий по улучшению положения широких масс населения. В области организации 3.—при общем сохранении без перемены существовавшего управления—был созван в апреле 1917 г. Центральный врачебно-санитарный совет, в к-ром руководящую роль играли представители земств и земской медицины. Чрезвычайный Пироговский съезд 1917 г. в своей резолюции по вопросу «об основах сан.-врач. строя в освобожденной России» провел свои старые взгляды на организацию 3.—-о сведении к минимуму вмешательства правительственных органов в мед.-сан. дело и передаче его целиком в руки многочисленных местных организаций. «Практическое ведение врач .-сан. дела среди гражданского населения на местах должно быть всецело сосредоточено в руках демократизированных земств, городов и самоуправляющих больничных касс по принадлежности, при чем в целях согласования их действий должен быть образован при Временном правительстве Центральный совет из представителей общественных организаций. Управление же Главного врачебного инспектора, наравне с врач.-санит. органами других ведомств, должно быть только служебным органом образовавшегося уже при Временном правительстве Совета. Ликвидация местных врач.-административных органов старого режима должна быть совершена путем передачи их обязанностей и функций в ведение врач.-сан. организаций земств и городов».— Окрыленный обращением Временного правительства к мнению Пироговского съезда по вопросу о врач.-сан. организации в России съезд потребовал, чтобы на его рассмотрение был передан впоследствии подлежащий разработке центральным врач.-сан. советом план постоянных организаций общественного 3. Не дав никаких четких указаний и установок в области организационных вопросов 3., Пироговский съезд прошел в то же время мимо ряда основных проблем, необходимых предпосылок коренной реформы врач .-санитарного дела, а именно вопросов о земле, охране труда, поднятии питания рабочего класса. По вопросу о войне съезд присоединился к обращению Петроградского совета рабочих и солдатских депутатов к народам всего мира с призывом выступить солидарно на борьбу за мир и братство народов и призвал граждан России, «покуда длится война, к мобилизации всех сил и к максимальному их напряжению для защиты страны и завоеваний революции». И поскольку Временное правительство, рупор этих мелкобуржуазных слоев, не в состоянии было разрешить основных вопросов революции, оно ничего не могло сделать и в области реорганизации дела 3.                    и. Страшун. Земская медицина — врачебно-санитарная организация, содержавшаяся земским самоуправлением— земством и обслуживавшая гл. обр. крестьянское население. Выросшая на основе социально-экономических условий земской эпохи земская медицина отражала в себе все противоречия хозяйственного развития России XIX и начала XX вв.: сочетание прогрессивных растущих капиталистических форм хозяйства с еще довольно живучими и значительными остатками феодально-крепостнического строя, господство групп дворянства во всем гос. аппарате при всё более растущих претензиях развивающейся буржуазии на участие в гос. управлении и при все более и более развивающемся движении рабочего класса и обездоленных масс крестьянства. Особенность организации и развития земской медицины обусловливалась рядом соц.-экономич. факторов: дворянское земство было непосредственно заинтересовано в сохранении налоговой платежеспособности крестьянского хозяйства; помещики, стремившиеся к увеличению экспорта хлеба, и фабриканты, искавшие дешевой рабочей силы, должны были, естественно, позаботиться хотя бы о некотором минимуме мед.-сан. обслуживания крестьянства, обеспечивавшем постоянный приток здоровой рабочей силы. Крестьянство, нищее, некультурное, представлявшее благодарную почву для распространения эпидемий, препятствовавших развитию торговли с Западом, особенно экспорта хлеба, нуждалось в определенной организации мед. помощи общественного характера, тем более, что условия жизни крестьянства меньше всего могли привлекать в деревню частнопрактикующих врачей, которых было вообще очень мало. Да и само дворянство по- 622 ■ лучало известные выгоды от открытия за счет земства вблизи своих дворянских усадеб мед .-сан. учреждений, гарантировавших их в нек-рой мере от опасности распространения эпидемий. Но шаги земства были в области организации медпомощи очень нерешительны, и проводились только те мероприятия, которые вызывались крайней необходимостью и не противоречили его классовым интересам. На строительство земской медицины влияла хозяйственная конъюнктура и общественные настроения, особенно—революционное движение. Начало возникновения земской медицины относится ко времени введения в жизнь «Положения о земских учреждениях», изданного в 1864 г. Согласно этому положению (ст. 2) на земство было возложено «попечение в пределах, законом определенных и преимущественно в хозяйственном отношении, о народном здравии». Но это попечение о народном здравии было отнесено к числу необязательных повинностей земства. Закон обязывал земства только содержать переданные им учреждения бывших приказов общественного призрения и принимать меры к организации оспопрививания. По «Положению о земских учреждениях», изданному в 1890 г. (ст. 2), на земство в области народного 3. возлагалось: «заведывание земскими лечебными и благотворительными заведениями, попечение о призрении бедных, неизлечимых больных и умалишенных, а также сирых и увечных, участие в мероприятиях по охранению народного здравия, развитие средств врачебной помощи населению и изыскание способов по обеспечению местности в санитарном отношении, а также участие в ветеринарно-полицейских мероприятиях». Устав врачебный, изд. в 1905 г. (ст. 641), также относит к предмету ведения земских учреждений «участие в мероприятиях по охранению народного здравия и предупреждению и прекращению заразных и повальных болезней на животных, развитие средств врачебной помощи населению и изыскание способов по обеспечению местности в санитарном отношении» в пределах, указанных положением о земских учреждениях, врач, уставом и другими узаконениями.— Точной регламентации обязанностей земств по оказанию врачебной помощи сельскому населению не существовало. Заслуживает внимания тот- факт, что сенатским разъяснением в 1910 году была установлена необязательность для земств приема заразных б-ных при отсутствии в земской б-це заразного отделения. При оценке работы, проделанной земством в области 3., необходимо учесть социальную структуру земства, его классовый состав. В основе организации земства лежало со-словно-цензовое начало, т. е. принадлежность к определенному сословию и владение б. или м. крупной земельной собственностью или другим имуществом, при чем процесс выборов земских гласных обеспечивал перевес в земских учреждениях дворян, землевладельцев и чиновников (см. табл.). Еще ярче видно преобладание влияния классовых интересов дворянства из состава уездных и губернских земских управ, кото- Соц. состав земских гласных. Гласные Уездных гласных Из них: дворян и чиновников . духовенства ...... разночинцев ...... крестьян........ Губернских гласных Из них: дворян и чиновников . разночинцев ...... крестьян........ По положению 1884 г. По положению 1890 г. число Б.Б9Б 1.862 255 157 % число 42,4 38,4 1.415 3.174 81,9 1.448 11.2 141 29 55,2 13,8 31,0 89,5 8.7! 1,8 Соц. состав земских управ (в %). Сое л о в п я Уездные управы Губернские управы 1886 г. 1903 г. 1886 г. ;i903 г. Дворяне...... Крестьяне..... Разночинцы.... 55,5 30,9 13,6 71,9 18,3 9,8 89,5 1,5 9,0 94,1 2,0 3,9 рые фактически заведывали всем. земским хозяйством, в том числе и мед.-сан. делом. Крестьяне, входившие в состав земских органов самоуправления, по цензу своему относились к верхушечным слоям крестьянства или опекающей крестьянство группе, связанной со всем административно-полицейским аппаратом—волостные старшины, заседатели, судьи, сельские старосты и т. п. Как видно, подавляющее большинство в этих органах составляло дворянство, купцы, чиновники и кулацкие группы крестьян. Следует иметь в виду, что состав земских управ утверждался губернатором. При всем том, опасаясь проявления прогрессивных тенденций в работе земского самоуправления, правительство, сильно ограничившее его права в положении 1864 г., еще более урезало его права в «Положении о земских учреждениях» 1890 г. Административная опека над земством простиралась до того, что даже решения о выдаче заимообразных пособий на борьбу с заразными и повальными б-нями подлежали утверждению министра внутренних дел. По словам Ленина «земство с самого начала было осуждено на то, чтобы быть пятым колесом в телеге русского государственного управления, колесом, допускаемым бюрократией лишь постольку, поскольку ее всевластие не нарушалось, а роль депутатов от населения ограничивалась голой практикой, простым техническим исполнением круга задач, очерченных все тем же чиновничеством. Земства не имели своих исполнительных органов, они должны были действовать через полицию, земства не были связаны друг с другом, земства были сразу поставлены под контроль администрации, и, сделав такую безвредную для себя уступку, правительство на другой же день после введения земства принялось систематически стеснять и ограничивать его», «23 Запретительные циркуляры в различных областях земской работы следовали один за другим—в этом отношении представляют особый интерес законы о фиксации земских смет, ограничительные правила о земском книгоиздательстве, нормальный устав 1901 г. губернских земских врачебно-санитарных съездов, ставивший последние в полную зависимость от губернатора, запрещение междуземских соглашений о совместных ходатайствах, приостановка по высочайшему повелению статистических обследований в 12 губ. (после аграрных волнений в Полтавской и Харьковской губ.), стеснительные правила 1903 года о санитарно-исполнитель-ных комиссиях по борьбе с холерой и чумой, согласно к-рым земство лишалось руководства этим делом. Указанные запреты явились ответом на возникшее т. н. земское движение, в котором приняли участие прогрессивные слои земских деятелей. Развитие земской медико-санит. организации обусловливалось не только степенью мощности земского хозяйства, но в значительной мере зависело от состава земства и отражало в себе колебания в настроениях земцев, в свою очередь являвшихся результатом изменения в экономическо-политических условиях страны. Когда революция 1905 г. потерпела поражение, реакционные элементы земства, особенно под влиянием аграрных волнений того времени, еще более поправели. Ассигнуя значительные суммы на организацию полицейской стражи и ведя активную борьбу с крестьянским движением (напр. Воронежское, Херсонское, Курское, Екатерино-славское земства), целый ряд земств в то же время закрывал книжные склады, ликвидировал агронотиическую и сан. организации и беспощадно увольнял со службы всех заподозренных в политической неблагонадежности. В 1906 г. были уничтожены земские сан. бюро следующими земствами: Псковским, Тверским, Симбирским, Самарским, Вятским, Ярославским. Совсем ликвидировали сан. организации следующие земства: Воронежское, Курское, Тульское, Саратовское (восстановило сан. организацию в 1909 г.), Екатеринославское (восстановило в 1908 г.), Уфимское (восстановило в 1909 г.); Саратовское, Воронежское и Екатеринославское земства уволили всех сан. врачей. Харьковское земство сократило число сан. врачей с 11 до 3; 13 земств постановило упразднить или прекратить ассигнования на санитарную и эпидемическую организацию. Статистика была упразднена в Бессарабском, Вятском, Курском, Новгородском, Саратовском, Самарском, Олонецком земствах; даже Московское земство значительно сократило ассигнования на статистические работы. Земство получило от «приказов» их т. н. «капиталы», около 83Д миллионов рублей, при чем в разных губерниях размеры этих сумм были весьма различны (колебание от 55 тысяч в Уфимской до 503 тысяч рублей в Орловской губ.). Вначале значительное число земств содержало унаследованную от приказов убогую мед. сеть на проценты от полученных от них же капиталов, ничего не добавляя из своего собственного бюджета, но затем, по мере развития работы земства и роста требований и запросов населения в отношении оказания мед. помощи, земства стали выделять нек-рые суммы на нужды 3. Эти суммы в 70-х гг. были б. ч. очень малы (например в 1868 г. ассигновано было всего 1,2 млн. рублей; 58 земств ни копейки не отпустили по бюджету на 3.), и долгое время земства ограничивали свои заботы о народном здравии тем, что доплачивали некоторое вознаграждение уездным правительственным врачам (к-рымиеще даже в 1890 г. состояло, по совместительству на земской службе, около 15% всех земских врачей) за выполнение возложенных на них земством по совместительству добавочных функций по заведыванию городской б-цей и контролю за деятельностью фельдшеров и оспопрививателей, т. н. «волостных оспенников», большая часть к-рых получала вознаграждение за свой труд от самих крестьян. Ряд земств до конца 70-х гг. и даже до начала 80-х гг. не имел собственных врачей. Ряд земств ходатайствовал об установлении специального больничного сбора с пришлых рабочих. Земства, всячески избегая больших трат на 3., старались переложить расходы на мед. помощь на крестьянство: взимали плату за совет и лекарство, вводили особый мед. сбор и т. д. Обращает на себя внимание то обстоятельство, что принцип платности мед. помощи применялся земством до самых последних лет его существования; отмена взимания платы с крестьян за больничное лечение началась лишь со второй половины 80-х гг., при чем освобождались от платы сначала «неимущие», а. затем все больные своего уезда. Суточная плата колебалась от 5 до 40 копеек. В 1904—05 гг. плата взималась гл. обр. в уездных городских б-цах и притом с иноуездных жителей. В губернских земских б-цах плата взималась 6— 12 р. в месяц за б-ного, при чем плату вносили соответствующие уездные земства, которые должны были взыскивать эту сумму с б-ных. Платное коечное лечение было широко распространено в Ярославской, Орловской, Владимирской, Полтавской, Самарской, Черниговской, Уфимской, Псковской губ. В отношении отмены взимания платы за амбулаторную помощь земства проявили меньше уступчивости. Уже с конца 70-х гг. и особенно 80-х гг. земства стали широко практиковать взимание платы за «советы», «лекарства», «рецепты», «посуду» и т. д. В 1890 году в 99 земствах существовала в разных формах плата за амбулаторное лечение, в 1898 г. она оставалась еще в 69 земствах, при чем она взыскивалась в размере 5— 10 коп. за совет и лекарства. Некоторые земства ввели специальные сборы на мед. помощь. Освобождение от платы обусловливалось до 1876 г. представлением полицейских удостоверений о бедности, а потом специального разрешения управы в каждом отдельном случае. Когда в последние годы врачам было уже предоставлено право освобождать от платы по своему усмотрению, то это право все же ограничивалось разными условиями, например чтобы число бесплатных рецептов не было больше 10% всего количества выданных рецептов. 62.J В течение многих лет земства приглашали на службу в интересах экономии фельдшеров, к-рым предоставлено было право самостоятельного лечения больных. Фельдшера размещались в разных пунктах уезда; изредка эти фельдшерские пункты посещались для контроля их деятельности разъездными земскими врачами, которых было очень мало. Земские деятели держались в первые десятилетия существования земства того взгляда, что у «простого народа» бывают б. ч. «простые» б-ни, что фельдшер якобы ближе к населению, т. е. что «доктор—барский лекарь, а фельдшер—мужицкий лекарь». Даже более прогрессивное Московское губ. земство держалось в начале своей деятельности того мнения, что «вообще крестьяне любят лечиться у себя дома и что надо только предоставить врачу для приема чистую избу, устроенную самым простым образом, т. к. крестьяне предпочитают всегда жить в простой избе и оставаться в своей одежде, избегают благоустроенных комнат, снабженных удобствами..., и устройство настоящей больницы повлечет лишь лишние расходы, между тем почти никто в нее охотно не пойдет».—Насколько был развит фельдшеризм в земстве, видно из того, что в 34 земских губерниях еще в 1910 г. было 2.620 самостоятельных фельдшерских пунктов. Развитие фельдшеризма было тесно связано с т. н. «разъездной системой» мед. помощи. Суть ее заключалась в том, что земскому врачу, жившему в городе или в уезде при амбулатории, вменялось в обязанность в определенные сроки объезжать все селения соответствующего района для оказания врачебной помощи населению или посещать фельдшерские пункты для той же цели. Т. к. врачам приходилось также посещать селения, пораженные какой-либо эпидемической болезнью, выезжать по приглашению заболевших жителей и по требованию судебно-следственных властей, то все время у них уходило б. ч. без пользы на разъезды, особенно в виду больших радиусов обслуживаемых территорий. Вследствие постоянных разъездов врачей б-ным трудно было их застать дома и даже узнать, где их найти. Земские деятели долго не считались с мнением врачей и врачебных съездов о нецелесообразности разъездной системы, считая, что врачи якобы желают избавиться от тягостных разъездов и стремятся к «более удобной и покойной жизни» (постановление Харьковского земского съезда 1881 г.); разъездная система казалась земцам наиболее рациональной по своей дешевизне, наиболее якобы соответствовавшей сан. задачам,—ознакомлению с бытом населения (одно ознакомление, понятно, не требовало от земства больших затрат),—стоявшим перед земской медициной, и отвечала по их мнению идее т. н. земской уравнительности, т. е. равномерного обслуживания плательщиков земских сборов. Врачебные съезды в 70-х и 80-х гг. требовали отмены разъездной системы; врачебная комиссия Полтавского земства еще в 1867—70 гг. в своем, ставшем историческим, проекте организации участковой медицины высказалась за стационарную систему. Следует иметь в виду, что толь- ко с 80-х гг. передовые земства приступили к постройке сельских лечебниц и приемных покоев и работа земства в этой области развернулась лишь в 90-х годах. После долгой и упорной многолетней борьбы разъездная система стала с 80-х гг. постепенно вытесняться т. н. «стационарной системой» мед. помощи, при к-рой уезд делился на определенное число мед. участков, обслуживаемых врачами, живущими в определенном месте, б.ч. при участковой б-це.При больнице обычно устраивалась амбулатория для приходящих б-ных, родильное отделение, иногда и специальные заразные бараки. Участковому врачу, оказывавшему амбулаторную и больничную помощь на месте, вменялось в обязанность выезжать в села лишь в случаях необходимости оказания экстренной помощи при появлении эпид. заболеваний. В целом ряде земских губерний существовала т. н. «смешанная система» оказания мед. помощи, т. е. уезды были разделены на мед. участки с б-цами и амбулаториями в центре и с фельдшерскими пунктами на периферии, к-рые врач обязан был посещать в определенные сроки для приема б-ных и контроля за деятельностью этих пунктов, или же в одних частях уезда применялась стационарная система, в других—только разъездная. К 1890 г. исключительно разъездная система оставалась только в 50 земских уездах, в 46—была только стационарная и в 258 земских уездах—смешанная, а в 1900 г. исключительно разъездная система сохранилась-только в двух уездах, стационарная—в 138, а смешанная—в 219 уездах. Согласно закону, земства имели право сами решать вопрос об отнесении тех или иных расходов за счет губернского или уездного земства. Губ. земства содержали губ. больницы, психиатрические лечебницы, фельдшерские школы и школы повивальных бабок и несли частично расходы по борьбе с эпидемиями и ассигновывали некоторые суммы на устройство съездов земских врачей. Уездные же земства покрывали расходы по содержанию сети лечебных учреждений в сельских местностях и в уездных городах, а также в значительной части несли расходы по борьбе с эпидемиями. Что же касается оспопрививания, то в одних губерниях оно находилось в ведении губ. земств, в других—в ведении уездных земств. Губернские или уездные земства почти до конца 80-х гг. работали независимо одни от других, и лишь в нек-рых губерниях установилось между ними теснс»е сотрудничество в работе. Интересный пример в этом отношении дало Херсонское губ. земство, к-рое уже с 1874 года стало выдавать субсидии уездным земствам в размере 7з их расходов на мед. помощь. В большинстве же губерний более тесная связь между губ. и уездным земством в деле медико-санитарного обслуживания населения начала устанавливаться с начала 90-х годов. В 1868 г. земства тратили на мед. помощь 8,3% своего бюджета, на народное образование—5,1%; в 1871 г. соответствующие цифры составляли 13,2% и 7,7%; в 1880 году— 17,9% и 14,3%; в 1890 г.—21,2% и 15,3%. В 1901 г. на медицинские нужды больший- ство губ. и уездных земств тратило около 74 — Vs бюджета. Свыше г/з бюджета тратило 5 земств: Пензенское (40%), Полтавское (33,4%), Тамбовское (37%), Тверское (35%) и Смоленское (34%). Меньше всего расходовали губернские земства Вятское (10%), Саратовское (14%) и Харьковское (13%). В 1910 г. было израсходовано на земскую медицину около 28,1 % всего бюджета (48,3 млн. рублей), на народное образование—24,9%. В 1912 году расход на земскую медицину составлял по сметам 34 земских губерний 26,2% всего земского бюджета (57,7 млн. рублей), а на народное образование—30,2% всех земских ассигнований (около 66,5 млн. руб.), т. е. впервые за все время существования земской медицины расходы на нее были меньше расходов на народное образование. Все земские расходы в 1912 г. в 34 земских губерниях составляли 2 руб. 52 коп. надушу населения, а в 6 новых западных земских губерниях—1 руб. 60 коп., при чем из этой суммы в первых губерниях приходилось на душу на 3. только 66 коп., в последних— 38 коп.; соответственные цифры на общественное призрение составляли 4 коп. и 3,5 коп.; на народное образование—76 коп. и 38 коп., на ветеринарию—7 коп. и 3,6 копейки. Рост земских смет (в тысячах рублей) за последние два десятилетия существования земства виден из следующей таблицы. Рост земских смет (в тысячах рублей) с т в о в а н и Статьи расхода Уездные земства Губернск. земства На содержание врачей . . . » » проч. пер- 17,2 17.4 20,6 14.5 0,7 13,0 1,9 0,9 13,8 8,2 3,1 7,9 0,1 28,3 31,2 2,8 0,1 4,6 13,7 Медикаменты ........ Уездные б-цы........ Губернск. »........ Сельские лечебницы .... Амбулаторные пункты . . . Эпидемические нужды . . . Итого. . . . 100,0 100,0 Земством было Принято от приказов общественного призрения 351 леч. заведение: 32 губ. б-цы (с 5.150 койками) и 319 уездных (6.431 койка), в к-рых была 11.581 штатная койка, в том числе 10.414 соматических и 1.167 коек для душевнобольных. Все эти леч. заведения находились в очень плачевном состоянии в отношении устройства, оборудования и содержания, не отвечая самым элементарным требованиям санитарии и гигиены. Кроме того на сельской территории в 34 земских губерниях находились 791 фельдшерский пункт и 84 приемных покоя с 269 кроватями, небольшое число повивальных бабок и довольно значительное число за последние два десятилетия суще-н земства. Сметы Вся смета....... Из нее: Мед. часть......... Процент ко всей смете Общественное призрение. Процент ко всей смете Народное образование . . Процент ко всей смете Ветеринарную часть . . . Процент ко всей смете 1895 г. 1906 г. 1,5 9.327 14,2 1.091 1,7 1,8 16.544 18,7 2.011 2,2 35.856 28,9 6.280 5.1 25.314 20,4 2.980 2,4 37,7 48.103,2 28,1 3.479,7 1,9 42.882,4 24,9 4.652,1 1911 г.' 34 земства 6 НОВ. зап. стар. губ. земств 191.707,1 29.990,4 57.704,8 7.072,5 2», 2 3.205,3 653,8 1,8 1,7 2,2 7.051,6 27,3 23,8 5.389,4 6.238,2 2,8 2,8 2,3 Мед. бюджет земств рос быстрее, чем общий бюджет. В 1877 г. большинство уездов тратило на мед. нужды ок. 20% сметы, в 1890 г. 25—30%, в 1901 г. 25—3373%;что касается губ. земств, то они в 1877 г. тратили на 3. 5% своего бюджета, в 1901 году 25—33%. Рост расходов на душу населения был следующий: в 1871 г.—4,5 коп., в 1880 г.—• 12,6 коп., в 1890 г;—20,4 коп., в 1900 г.—37,9 копейки, в 1904 г.—56 коп., в 1912 г.— 66 коп. Расходы уездных и губ. земств на разные нужды 3. в 1901 г. (в процентах ко всей смете 3.) приведены в табл. на ст. 628. Заслуживает внимания в этой таблице, что содержание губ. б-ц поглощало 28% губ. сметы, расходы на медикаменты—х/5 уездной сметы, а эпидемич. мероприятия только 0,9%.—Оклады земских врачей, составлявшие 1.200—1.500р. в год, были установлены еще в 70—80-х гг. и с тех пор почти совсем не повышались.—Вследствие недостаточности ассигнований земств на 3. темп роста земской участковой сети был мал и далеко не соответствовал растущим потребностям. оспопрививателей из крестьян. В 1870 г. было во всех земских губерниях всего 530 врачебных участков, с 70 участковыми сельскими лечебницами, при чем обслуживалось только 7% всего пространства земских губерний—в районе десятиверстных расстояний от лечебниц. В 1910 г. во всех земских б-цах 34 земских губерний было 42.500 соматических коек и в шести зап. земских губерниях—5.860 соматич. коек (в 313 б-цах). Вплоть до 1910 г. число самостоятельных фельдшерских пунктов резко преобладало над числом врачебных участков, и при общем росте сети наблюдались все время значительный процент амбулаторных участков, большой средний радиус врачебных участков, крайне недостаточное число коек на больничных участках и незначительное число врачей. Рост числа врачей был сильно связан во многих губерниях с появлением эпидемий, побуждавших земства увеличивать врачебные кадры, к-рые затем обычно сохранялись как постоянные. Как шел рост сети врачебных участков и земских участко- вых лечебниц с 1870 г. до 1910 г. видно из следующей таблицы (данные разработаны для Дрезденской гиг. выставки). Врачебная сеть ] "•оды isso Число врач, участ- ия них: Амбулаторных . . (25%) (27%) (30%) (29%) (24%) Больничных в сель- ских местностях (13%) (40%) (47%) (54%) (64%) Больничных в уезд- ных городах . . . 32Б Средний радиус в верстах ...... S9 Население на 1 врач. участок в тысячах Число селений в сре- днем врач, участке Среднее число кро- ватей на 1 врачебн. 14,4 14,8 14,4 13,2 13,7 Число коек на ю.ооо жителей...... 2,5 3,4 4,0 4,8 Число самостоятельн. фельдш. пунктов . Отнош. числа фельд- шерских nVHKTOB к врачебным.... 2,5 2,6 1,75 Число врачей на службе у уездных Из них в сельских местностях .... Что же касается размеров земских больниц, то сельская б-ца в среднем имела 13 коек, уездная б-ца—45 коек, а губ. б-ца—190 коек. В характере обслуживания разных земских губ. были большие колебания, напр. Московская губ.имела сетьврачебных участков с радиусом 8,9 верст, с 14 тыс. жителей на участке, а в Вологодской губернии соответств. цифры составляли—43,2 и 25,4, в Пермской—28,4 и 30,8, в Уфимской— 26,3 и 52,4, в Вятской—25,3 и 52,3 и т. д. Какую роль играли земские б-цы в 34 земских губерниях, видно из следующей таблицы, данные к-рой относятся к 1907 г. Больницы Коли» бОЛ1 абс. 2.034 14S гество Зниц Количество коек Земств .......... о/ /о абс. % 45,9! 58.160 Я.З! 20.743 49,7 17,7 10,5 7,4 1,3 3,4 3,1 6,8 Фабрик и заводов . . . Частные и благотворит. Железнодорожные . . . Учебных заведений . . . Тюрем.......... 1.054! 23,9 4421 10,0 176; 3,9 23б! 5.3 2371 5,4 102! 2,3 i 12.262 8.776 1.554 3.922 3.704 7.985 Итого..... При рассмотрении этой таблицы следует учесть, что */5 всех коек городских самоуправлений находилось в Москве и Петербурге; следовательно если откинуть это и почти такое же количество в некоторых крупных городах, то станет ясно, почему городское население в земских губерниях преимущественно обслуживалось земскими больницами. Для сравнения интересно отметить, что в 1910 г. в шести новых западных земских губерниях было 395 врачебных участков, из них 313 больничных; всего во всех земских б-цах этих губерний было 5.860 коек, самостоятельных фельдшерских пунктов было 558. Во всей б. Российской империи числилось в 1910 г. 3.800 врачебных участков и 4.600 самостоятельных фельдшерских пунктов. На долю всех земских губерний приходилось около 90% всех врачебных участков и свыше 80% больничных коек, имевшихся в Европейской России и на Кавказе. Следующая таблица дает возможность сравнить" степень обеспечения земских губерний с не-земскими в 1910 году. Районы 34 земских губернии . 6 полуземских губ. . Область войска донск. Кавказ........ Астрахань, Оренбург и Архангельск . . Число Число населе- врач. ния на частиов 1 врач. участок 28.000 42.000 62.000 73.000 Площадь среднего врач. уч. в кв.верстах * 725 2.970 2.800 * За вычетом незаселенного пространства. В 1910 г. фактически обслуживалось участковой сетью не более 30% пространства земских губерний, а на заселенные, но необ-служенные в мед.-сан. отношении пространства падало 48% всей площади земских губерний (земское самоуправление было введено на территории, равной 55% всей территории Европейской России с населением, составлявшим 3/4 всего населения Европ. России и Кавказа). Организуя мед. помощь, земства в течение многих лет не имели никакого плана. Лишь в конце 80-х гг. начались отдельные разрозненные попытки разработки плана участковой сети, а к концу 90-х гг. некоторые земства имели уже план развертывания врачебных участков, который постепенно осуществлялся.—Губ. земства в начале своей деятельности стремились улучшить и расширить губ. больницы, полученные от приказов общественного призрения, тратили на их содержание значительные суммы, думая этим путем сделать мед. помощь более доступной крестьянству. Однако вскоре бблыная часть губ. земств, под напором общественного подъема 90-х гг. и врачебных съездов, доказывавших, что губ. б-цы обслуживают преимущественно городское население губ. города и что основной задачей в деле приближения мед. помощи к крестьянству является насаждение сети участковых лечебниц, стала уже с 90-х гг. сокращать ассигнования на содержание губ. больниц. Губ. б-цы еще в 1901 г. поглощали более 27% всех земских расходов на больничн. дело (кроме психиатр. б-ц).На сельские б-цы приходилось всего ок. 37% всех указанных расходов и 36% на содержание б-ц в уездных городах. В 1910 г. на губ. зем. б-цы было израсходовано около З.бООтыс. руб. В 900-х гг. большинство земств стало на путь децентрализации мед. помощи, сокращая число штатных кроватей в губ. б-цах. В среднем в 1913 г. на 1 губ. земскую б-цу было 202 штатных койки, а фактически занятых—224. Губ. земства, получившие от приказов общественного призрения также и дома для душевнобольных с 1.167 койками, б. ч. в виде отделений при б-цах, с 90-х гг. начинают одновременно с сокращением губ. соматических больниц расширять и улучшать психиатрическую помощь. Губ. земства провели большую работу по организации психиатрической помощи: стали приглашать специалистов-психиатров (в 1897 г. было 90 земских врачей-психиатров, в 1913 г. уже 216), улучшать постановку дела в психиатрических отделениях, к-рые с 80-х гг. сделались во многих городах самостоятельными психиатрическими учреждениями. Штаты психиатрических б-ц были весьма недостаточны; еще в 1913 г. на одного врача приходилось 120 душевнобольных, и почти повсюду наблюдалось огромное переполнение, при чем земства в 1896 г., по расчетам В. И. Яковен-ко, призревали и лечили только около 7% душевнобольных. В 1913 г. земства призревали менее 15% душевнобольных, тогда как нуждалось в призрении не менее 45% душевнобольных. Число психиатрических земских коек выросло с 1.167 в 1866 г. до 19.164 в 1904 г. и 23.500 b 45 земских психиатрических б-цах в 1910 г. Земства построили много новых психиатрических б-ц и колоний, в ряде случаев при помощи правительственных субсидий, к-рых дано было земствам до середины 90-х гг. около 172 млн. руб. Размер этой субсидии согласно положению Комитета министров 1879 г. мог составить сумму не свыше 50% местных земских затрат. Следует отметить, что еще к середине 90-х гг. в большей части земств взималась плата за содержание б-ных в психиатрических б-цах в среднем около 6 р.50к. в месяц; только в 12 губерниях плата не взималась. В 1910 г. губ. земства тратили на психиатрическую помощь 10—20% своего бюджета. Смета земских расходов на содержание психиатрических больниц в 1912 г. превышала 7% млн. руб. По закону 5/X1I 1912 года 73 расходов земств по призрению душевнобольных покрывалась за счет казны. Что же касается семейного призрения душевнобольных, патронажа, то еще в 1872 году Рязанское губ. земство предложило родственникам брать неопасных б-ных на содержание за особую плату от земства, но патронаж здесь не развился. В 90-х гг.патро-был введен в Курской, Московской, Смоленской, Екатеринославской губерниях, где за содержание б-ного земства платили крестьянам от 2 до 5 р. в месяц. Ряд губ. земств выдавал пособия уездным на устройство заразных бараков, дезинфекционных камер и на дополнительное оборудование врачебных участков в виде покрытия части расходов, выдачи беспроцентных долгосрочных ссуд. Ссуды выдавались в некоторых местах (напр. в Московском земстве) и на постройку новых земских лечебниц и на расширение и переустройство существующих. Многие губ. земства (Курское, Петербургское, Воронежское, Харьковское, Самарское, Костромское, Калужское, Нижегородское, Тульское и др.) занимались организацией т. н. межуездных врачебных участков для обслуживания тех пограничных районов, в состав к-рых входят части разных уездов, не могущие пользоваться доступной врач, помощью со стороны существовавшей или проектируемой сети уездных участковых леч. учреждений за их отдаленностью. Таких межуездных участков в 1913 г. было в 15 губ.—64 (2,2% всего числа земских участков) с 50 б-цами, с 840 койками (4% всего числа кроватей в сельских лечебницах 34 земских губерний), 78 врачами и 180 фельдшерами (в том числе 14 межуездных участков Московской губ. с 460 койками) . Только в 4 губерниях эти участки находились в ведении соответств. уездных земств. По мере роста участковой медико-сан. сети и уменьшения ее радиуса нек-рые прежние межуездные участки попадали уже в уездную сеть и, естественно, отходили к соответствующему уезду. Расходы по содержанию межуездных участков в одних губерниях покрывались губ. земствами, в других—относились за счет уездов, пользовавшихся этими участками. Вначале земствам запрещалось продавать медикаменты даже по пониженным ценам; в 1872 году земствам было позволено отпускать лекарства бесплатно только бедным по представлении полицейского свидетельства о бедности, а в 1876 году—по удостоверению земского врача о бедности. Земствам предоставлено было право открывать аптеки лишь на общих основаниях, и лишь там, где нет частных аптек, они имели право обслуживать население лекарственной помощью. Всего земства имели в 1905 г. 159 уездных аптек с правом вольной продажи и 1 губернскую; 18 аптек из указанного числа находилось в селах и посадах. Распределение аптек совершенно не соответствовало действительной потребности. Значительная часть этих аптек открыта была в 80—90-х гг. Целый ряд врачебных съездов отрицательно относился к открытию аптек с вольной продажей лекарств, т. к. эти аптеки преследовали цель извлечения прибыли и вели к развитию самолечения через отпуск лекарств в порядке ручной продажи. Некоторые земства практиковали оптовую покупку медикаментов. Губернские земства сосредоточили у себя все дело бесплатного снабжения уездов леч. и предохранительными сыворотками, при чем нек-рые земства учредили собственные бактериологические ин-ты (Саратовское, Самарское, Екатеринославское, Смоленское, Тульское, Черниговское, Херсонское, Уфимское, Пермское). Целый ряд губ. земств содержал специальные оспопрививательные ин-ты или оспенные телятники; последние имелись в 1913 г. уже в 14 губ. земствах. Долгое время земство не принимало на себя расходов по оспопрививанию; оно только доставляло детрит, оспопрививатели же, вначале малограмотные «оспенники», должны были получать содержание от крестьянских обществ. С течением времени, со второй половины 80-х гг. и особенно с 90-х гг., земства начинают за свой счет проводить оспопрививание, привлекая к этому делу фельдше- «33 ров, учителей, акушерок, студентов-медиков. В 1900-х гг. оспопрививание находилось уже преимущественно в руках мед. персонала, при чем участковые врачи осуществляли контроль над ним. Губ. земства сосредоточили у себя снабжение уездов детритом.— Акушерская помощь чрезвычайно слабо развивалась земствами. При сельских участковых б-цах родильные отделения или палаты встречались очень редко вплоть до 900-х гг. Земство обычно устраивало по деревням акушерские пункты (в 1898 г.—402). С середины 90-х гг. земства стали приглашать на службу фельдшериц-акушерок. В общем никакой системы в развитии акушерской помощи у земств за небольшим исключением (Вологодское, Новгородское, Харьковское) не существовало. Случайно возникали и закрывались акушерские пункты, не велась подготовка персонала (только 5 земств имели повивальные школы всего на 240 учениц), не расширялась по известному плану стационарная акушерская помощь.—Впервые по инициативе Пермского съезда врачей в 1896 году было открыто Пермским губ. земством несколько летних яслей, к-рые затем были переданы уездным земствам. Полтавское земство с 1897 г. по 1902 г. увеличило число яслей с 8 до 200. В 1904 г. 14 губ. земств имели 375 яслей, больше всего их было в Полтавской, Воронежской, Курской губ., в остальных 11 губерниях их было очень мало. Ясли в большинстве случаев содержались не за счет общих земских средств, а из сумм капитала обязательного страхования, т. е. за счет крестьянских средств. Губ. земства обычно покрывали 5/а расходов уездных земств на ясли или ассигновывали такие же суммы, как и уездные земства; ассигнования эти б. ч. носили случайный характер. Во многих губерниях число яслей после 1905 года значительно сократилось. В 1910 г. ясли устраивались в 16 губ. и в 1913 г. только 9 губ. земств отпускали средства на содержание яслей. Сан. описание школ и обследование здоровья и физ. развития учащихся велось в ряде губерний. Губ. земства несли расходы и по содержанию фельдшерских школ, к-рые были переданы ряду земств еще в 1867 г. палатами гос. имуществ и б-цами приказов общественного призрения. Сначала был открыт целый ряд новых фельдшерских школ, но в 80-х гг. многие земства стали закрывать свои школы, стремясь к сокращению своих расходов. В 1905 г. земства содержали 22 фельдшерских школы с 2.600 учащимися и 5 школ для повивальных бабок с 240 учащимися; в 1910 г. 23 губ. земства содержало фельдшерские и фельдшерско-акушерские школы с 3.261 учащимся.—В организации земской медицины большую роль сыграли губ. земские врачебные съезды. Первый такой съезд был созван в Тверской губ. в 1871 г.; в среднем ежегодно происходило 9—10 губ. съездов врачей. Созывались и специальные съезды по отдельным вопросам борьбы с холерой, дифтерией и т. п. и областные съезды [напр. Самарский (1908)—по борьбе с холерой, Харьковский (1911), Киевский (1913)—по борьбе с эпидемиями и Екатеринославский (1911)—по борьбе с холерой]. Особенно боль- шую роль в организации земской медицины сыграли т. н. Пироговские съезды врачей, на к-рых часто ставились основные вопросы охраны народного здравия и закладывались основы сан. направления в медицине. Первый такой съезд был в 1885 г. Земство уделяло сан. организации очень мало внимания; оно даже мало пользовалось предоставленным ему правом издавать обязательные сан. правила. Согласно ст. 108 Положения о земских учреждениях 1890 г. губ. земское собрание имело право составлять обязательные для населения постановления «о порядке содержания в чистоте площадей, улиц, дорог, сточных труб, прудов, колодцев, канав, естественных протоков, мостов, о чистоте дворов, об устройстве и порядке содержания в санит. отношении боен, фабричных, заводских и др. промышленных заведений, о мерах к соблюдению чистоты в помещениях для продажи съестных припасов и к обеспечению безвредности оных, о мерах предосторожности против порчи воды, о мерах предупреждения и прекращения заразных, повальных и местных болезней, о мерах по ветеринарной части на основании правил, изложенных в уставе врачебном». Большинство земств, представляя гл. обр. интересы имущих и привилегированных слоев населения, резко отрицательно относилось к вопросу об издании обязательных сан. постановлений, и такие постановления насчитывались лишь единицами. Вдобавок эти постановления должны были утверждаться губернатором. В особенно тяжелом положении находилось дело сан. надзора за фабрично-заводскими предприятиями и с.-х. работами; защищая свои узко классовые интересы, земцы всячески противодействовали осуществлению промы-шленно-санитарного надзора и организации лечебно-продовольственных пунктов для рабочих. В деле борьбы с эпидемиями также не существовало определенной системы и плана участия губ. и уездных земств в проведении противоэпидемических мероприятий; роль губ. земств в этом отношении сводилась лишь к отпуску субсидий уездным земствам при сильном развитии эпидемий. По данным Жбанкова, до 1898 года 11 губ. земств принимали участие лишь в борьбе с холерой, 8 губ. земств участвовали в борьбе с эпидемиями лишь в экстренных случаях при недостатке местных сил и средств путем командирования временных эпид. отрядов. Лишь Московское, Новгородское, Самарское и отчасти Псковское земства развили большую и постоянную организацию по борьбе с эпидемиями. К 1910 г. такая организация полностью отсутствовала в 13 губерниях, 14 губ. земств имело утвержденное положение об их участии в борьбе с эпидемиями и по 18 губерниям были сведения о специальных ассигнованиях на борьбу с эпидемиями. В большинстве земских губерний общесан. организации вели борьбу с эпидемиями. В 1901 г. губ. земства ассигновали на борьбу с эпидемиями 4,6% своей сметы по здравоохранению, а уездные земства только 0,9%. Что же касается руководящих санитарных органов, то они развивались весьма медленно, при огромных препятствиях не только со стороны администрации, но и со стороны самого земства. В истории развития земской санитарии можно отметить 3 периода. Первый период— до конца 90-х гг.—характеризуется лишь разрозненными сан. мероприятиями случайного характера: кое-где приглашался один сан. работник или учреждался «санитарный стол» без определенных функций; каких-либо программ сан. деятельности не существовало. Приглашенные на службу сан. врачи зачастую вскоре увольнялись, а сан. органы в ряде мест были ликвидированы вскоре после их возникновения. Второй период развития земской санитарии отличался уже большей планомерностью в развертывании земской сан. организации—учреждались санитарные, медикостатистические бюро, б. ч. по инициативе земских врачебных съездов и зачастую при упорном сопротивлении земств, которые впоследствии неоднократно прекращали деятельность указанных бюро. Первое сан. бюро было организовано Московским земством в 1875 г., второе—Петербургским в 1878 г. Земские сан. бюро занимались изучением мед .-сан. состояния губерний, разработкой плана нормальной сети врачебных участков, проведением противоэпидемических и санит. мероприятий губ. земств и изданием соответствующих «санитарных обзоров» или «врачебных хроник». По мере развития земской деятельности некоторые земства уже в 1900—04 гг. стали создавать целую сан. организацию: установили должности уездных и губ. сан. врачей, создавали губ. и уездные сан. советы, а местами (в Тульской, Курской, Костромской и др. губ.) и участковые сан. попечительства. Годами развертывания более планомерной сан. организации начинается уже третий период развития земской санитарии. Полная сан. организация мыслилась земскими врач, кругами в след. виде: в губ.. центре—губ. сан. советы или заменяющие их коллегиальные совещательные врачебно-сан. органы при губ. земской управе как постоянно действующие учреждения, руководящие и объединяющие работу врачебно-сан. советов уездных земств; сан. бюро при губ. земской управе как рабочий орган губ. земства, занимающийся организацией меди-ко-сан. дела и осуществляющий постоянное руководство всей сан. организацией; целый штат специальных сан. врачей губ. земства в уездах и наконец периодические губ. съезды земских врачей и представителей земств для разрешения основных вопросов организации 3. Сан. органы явились органи^ заторами земской леч. медицины, т. к. вся сан. работа на селе могла развертываться лишь на базе участковой сети, а непосредственные руководители врачебных участков б. ч. не занимались сан. и профилактической работой. Лишь в очень немногих земских губерниях земские участки обращали внимание на сан. состояние своего участка и санитарнопрофилактические мероприятия, вели борьбу с социальными болезнями, занимались организацией охраны материнства, младенчества и детства и санитарнопросветительной работой (подробно— см. Врачебный участок).                 I По данным Жбанкова сан. организация с сан. врачами существовала в 1908—09 гг. только в 12губ. земствах,а из уездных земств сан. врачей за счет средств уездного земства имело только 3 уезда—Коцровский и Шуйский уезды Владимирской губернии и Курский уезд. Санит. бюро имелись только в 20 губерниях (в 11 губерниях они были ранее закрыты). В 1913 году б. или м. полная развернутая сан. организация в указанном выше виде имелась лишь в 18 из 34 старых земских губерний и в 3 из 6 новых западных земских губерний. Губ. сан. совет или заменяющее его врачебное совещание при губернской управе существовало в 28 земских губерниях. Санитарные бюро имелись при 31 губернской управе. Сан. врачей в уездах имело только 21 губ. земство (всего 210 врачей). Постоянных эпидемических врачей имело только 20 губерний; 24 губернских санитарных бюро издавали периодические врачебно-санитарные хроники или обзоры; только в 4 губерниях существовали гидротехнические бюро как часть санитарного отдела губ. управы. Целый ряд бюро разрабатывал данные по естественному движению населения за отдельные периоды и по общей заболеваемости. В тех земствах, где установлена была карточная система регистрации, целые уезды и сан. советы отказывались ее вести или вели с очень большим запозданием. Данные о заразной заболеваемости разрабатывались почти везде. В общем сан. статистика встречала со стороны земства б. ч. отрицательное, в лучшем случае скептическое к себе отношение. Работа бюро встречала к себе резко враждебное отношение со стороны земства в 20 губерниях (Жбанков), где вся деятельность т. н. «третьего элемента» бралась под подозрение как политически неблагонадежная. На сан. мероприятия земства отпускали нищенские ассигнования. По вычислениям Жбанкова 30 губ. земств ассигновали в 1910 г. на сан. часть (включая борьбу с эпидемиями, созыв съездов, организацию яслей и лечебно-продовольственных пунктов, сан.-просвет, работу, содержание сан. организации) всего 2,9% всей мед. сметы. Неудивительно после всего этого, что практическая сан.-профилактическая работа была невелика. Напр. в 1910 г.только 7 земских сан. бюро занималось вопросами водоснабжения в деревне (Московское, Смоленское, Петербургское, Уфимское, Симбирское, Костромское и Вологодское); земства почти совсем не обращали внимания на задачи сельского благоустройства, на вопросы улучшения сельских жилищ и т. п. Очень слабо обстояло дело с распространением сан.-гиг. знаний среди населения, несмотря на большие усилия Пироговской комиссии по распространению гиг. знаний. В первые 30 лет существования земства сан.-просвет. работа сводилась к эпизодическим сан. беседам врачей в амбулаториях и б-цах. Администрация чинила большие препятствия в, деле сан. просвещения—ни одна лекция и беседа не могла быть организована без разрешения полиции, к-рой должен был представляться конспект лекции. В работе земства также не могло проявиться самодеятельности населения. Только в 3 губерниях (Вологодской, Костромской и Тульской) существовали (Жбанков) в 1910 г. постоянные санитарные попечительства, в которые помимо врачей входили представители местного населения, т. н. сан. попечители. Попечительства возникали во время эпидемий и по окончании их закрывались самими земствами или администрацией. Губ. земское собрание в Тульской губернии закрыло губ. сан. бюро за содействие последнего организации попечительств; даже в Московской губернии попечительства по ликвидации эпидемий прекращали свою деятельность. Однако земская медицина представляла особый огромный шаг вперед по сравнению с мед .-сан. организацией приказов общественного призрения (см. Врачебный участок). Земская медицина при всех своих недочетах оставила глубокий след в истории развития 3., положив начало новым формам организации охраны здоровья сельского населения и развитию основных принципов ее: бесплатности и общедоступности мед. помощи. Война 1914 г. отразилась самым плачевным образом на деятельности и организации земской медицины. Специальная анкета Пироговского об-ва врачей по 187 уездам 40 земских губерний выявила значительный разрушительный процесс в участковой земской медицине. Около 28% всех мед. участков «пустовало», т. е. лишилось врачей (443 участка из 1.605 участков), в 72 уездах число «пустовавших» участков составляло от 1js до х/2 и даже % всех участков и выше. В громадном большинстве земских уездов, почти в 90% всех уездов, по к-рым получены были анкетные данные, были врачебные участки, б. или м. долго остававшиеся без врачей, и только лишь в 26 уездах не было пустовавших участков. В числе этих уездов были наиболее мощные губернии и уезды с очень малым числом участков. Число коек для удовлетворения потребностей местного населения уменьшилось на 16% по сравнению с предшествовавшим годом, многие больничные участки превратились в амбулаторные и даже совсем закрылись. Во многих местах одному врачу приходилось заведывать многими участками. 40,5 % всех врачей оставило участки в связи с обстоятельствами военного времени, и лишь половина выбывших была впоследствии замещена. Громадная часть участков перешла в ведение фельдшеров. Не приходится и говорить о том, что новое больничное строительство и развертывание новых участков совершенно прекратилось. Куркин, разобрав соответствующие анкетные материалы, приходит к выводу, что уже после первого года ведения войны «участковая земская мед. организация может быть признана с полным правом находящейся в состоянии глубокого и тяжелого расстройства». Славский по материалам анкеты Всероссийского земского союза за 1915 г., разработанным по 228 уездам 42 губерний, подтверждает в общем выводы Куркина. Оставило службу в уездах 55% врачей, и к сентябрю 1915 г. нехватило 26,6% штатного числа врачей. Часть земств потеряла весь свой старый персонал, больше 50% земств потеряло больше половины врачебного со- става, 33% земств потеряло более 60% врачебного состава и 22% земств более 70% состава. В следующие годы войны продолжалось разрушение участковой мед .-сан. организации, к-рая в сельских местностях находилась в самом тяжелом состоянии. В наследство от земства советская медицина получила крайне слабую сан. организацию и весьма недостаточную сеть лечебных и сан. учреждений, находившуюся почти в состоянии полного упадка. Городская медицина означает систему дореволюционного мед.-сан. обслуживания городов, организованного бывшими городскими самоуправлениями в лице городских дум, в противоположность системе т. н. земской медицины, организованной земскими самоуправлениями. Городская медицина в настоящем ее понимании стала развиваться с 80-х гг., при чем в большой мере был использован опыт земской медицины. Согласно «Городовому положению» (изд. 1892 г.) и дополнениям к нему от 1906 г., к предметам ведения городского общественного самоуправления в области 3. относилось: устройство леч. заведений и заведывание ими на одинаковых с земскими учреждениями основаниях, участие в мероприятиях по охранению народного здравия и предупреждению и прекращению заразных и повальных б-ней на животных, развитие средств врачебной помощи городскому населению и изыскание способов к улучшению местных условий в сан. отно- • шении (ст. 642 Устава врачебного, изд. 1905 г.). Городской думе предоставлено было право издавать обязательные сан. постановления «о мерах против порчи воды и о прекращении и предупреждении заразных и повальных б-ней, о сан. условиях, подлежащих соблюдению в помещениях для продажи съестных припасов и напитков для обеспечения их безвредности, и об устройстве и порядке содержания в сан. отношении фабричных и ремесленных заведений, в пределах, предоставленных по сему предмету вообще городским самоуправлениям прав, ночлежных приютов, бань и боен, очистке дворов, устройстве и чистке помойных ям и отхожих мест» (ст. ст. 2 и 108). Закон не устанавливал определенной ответственности за неисполнение этих постановлений, и вдобавок право издавать сан. постановления было весьма ограничено общим правовым положением городских самоуправлений, весьма стесненных в своей деятельности постоянным административным вмешательством полицейских властей . Губернатор зачастую попросту не утверждал тех сан. постановлении, к-рые казались ему превышающими пределы предоставленных городскому самоуправлению прав или не отвечающими букве закона или намерениям правительственной власти. В законе же точной формулировки прав и обязанностей городских самоуправлений в области 3. не заключалось. К тому же следует учесть, что согласно закону в состав городской думы входили в подавляющем большинстве представители цензовых слоев населения—купцы, домовладельцы, фабриканты, к-рые естественно интересы охраны здоровья трудящихся города мало принимали во внимание. Городские думы, представляя собой часть общего государственно-бюрократического аппарата, действовали обычно методами последнего, хотя иногда столкновение интересов дворянских элементов и разных групп крепнувшей буржуазии, входившей в состав дум, побуждало последние привлекать на свою сторону и часть интеллигенции и создавать различные врачебноколлеги-альные вспомогательные органы, что не меняло по существу характера всей системы мед. обслуживания. Еще в 1903 году б. или м. разветвленная врачебно-санитарная организация в городах встречалась в виде редкого исключения. Структура городской медико-сан. организации, начавшей развиваться лишь в последнее десятилетие до войны, была весьма разнообразна. Обычно она возглавлялась городской управой или одним из членов управы; во многих городах при управе функционировал врачебно-санитарный совет или сан. комиссия как совещательный орган, состоявший из гласных и врачей, при чем зачастую врачи пользовались только совещательным голосом; в большинстве городов никаких инструкций, определявших состав и функции, права и обязанности этих коллегиальных органов, не существовало. В крупных городах функционировали еще врачебные совещания или комиссии, состоявшие из городских врачей и имевшие своей задачей предварительную разработку вопросов сан. совета. В 39 городах существовали сан. или сан.-статистические бюро, в задачи к-рых входили подготовка докладов для совета, секретарство в последнем, руководство совещаниями, проведение в жизнь решений сан. совета и т. д. В остальных городах эти функции нес один из сан. врачей. В столицах структура сан. организации была иная. В Москве во главе сан. организации стояла Комиссия общественного здравия из 15 гласных, подготовлявшая соответствующие доклады для думы. При городской управе состоял совещательный орган,—врачебный совет из врачей, представителей врачебных корпораций, под председательством члена управы, и еще 9 комиссий—санитарная, больничная, школьная, психиатрическая и т. д. В Петербурге существовали две исполнительные комиссии—больничная и санитарная; последняя возглавлялась членом думы и состояла из 11 окружных сан. попечителей, врачи же участвовали в ней с совещательным голосом. Представители корпораций врачей—санитарных, думских и т. д.— входили в состав врачебных советов, существовавших при каждой из указанных комиссий. Во время эпидемий в ряде городов избирались т. н. сан. попечительства, к-рые имели наблюдение за сан. состоянием города, за выполнением обязательных сан. постановлений. Такие попечительства существовали в виде постоянного органа в 40 городах, как временный орган в 76 городах, но на самом деле они проявляли весьма слабую деятельность. Из сведений по 258 городам видно, что около 3/4 этих городов к 1903 г. не имели никаких леч. учреждений в ведении городских общественных» управлений, в большинстве же остальных городов последние имели только приемные покои, амбулатории с общим приемом; сан. организация в городах встречалась в виде редкого исключения, да и то лишь в виде одного-двух сан. врачей. Неимущие б-ные в городах, где не было леч. учреждений у городских общественных самоуправлений, обслуживались земскими б-цами или б-цами приказов общественного призрения за определенную плату, к-рая иногда покрывалась городом; плата составляла 7 р. 20 к. в месяц в больнице приказов общественного призрения, в остальных обычно 9 р.; иногородние платили значительно больше. Наряду с распыленностью бросалась в глаза крайняя недостаточность городской медико-санитарной сети в довоенные годы. Леч. помощь. Согласно имеющимся сведениям о состоянии гор. медицины по 224 городам за 1912—14 гг., разработанным Жбанковым, в 35% указанных городов (среди них—Орел, Калуга, Могилев, Кременчуг, Житомир и т. д.) городские самоуправления не приступали к организации мед. помощи, в 77 городах не было даже городских врачей по леч. части, а в 107 городах не было самостоятельных амбулаторий, и в 53 небольших городах оказывалась только амбулаторная помощь. Только 117 городов имели самостоятельные амбулатории, да и то время приема ограничено было в большинстве городов Р/а—3 часами, а в значительном числе средних (50—100 тысяч населения) и мелких-городов амбулаторный прием производился земскими, городовыми, правительственными врачами, состоявшими по совместительству на службе у городского самоуправления, или даже сан. врачами; население 143 городов пользовалось койками леч. учреждений земства и др. ведомств. В 73 городах имелись только зачатки городской врачебной помощи, в том числе во многих больших городах (напр. в Минске, Витебске, Перми, Симферополе, Пензе, Владимире, Рязани, Чернигове, Иваново-Вознесенеке, Херсоне, Тамбове, Архангельске и т. д.).—За исключением сравнительно хорошо обеспеченных койками некоторых больших городов—Петербурга, Москвы, Екатеринодара, Одессы, Ростова-на-Дону,Екатеринбурга (1 койка на 140—200 человек)—; общая обеспеченность койками была очень мала и колебалась от 300—400 (Харьков, Н.-Новгород, Николаев) до 4.000—5.600 человек на 1 койку (Пенза, Ставрополь, Симферополь). В 124 городах совсем не было заразных бараков или б-ц, специальных отделений для заразных б-ных. В 160 городах совсем не было родовспомогательных учреждений, родильных палат, а в остальных 64 городах было от 4 до 40 коек родильных, за исключением Москвы (565 коек), Петербурга (465), Киева (80), Одессы (50). Даже в Петербурге в 1912 г. было принято в б-цах только 39% всех родов. Акушерская помощь на дому почти совсем не оказывалась. Еще хуже обстояло дело с организацией помощи на дому: среди указанных 224 городов она значилась организованной лишь в 34; характерно, что она отсутствовала даже в таких. крупных городах, как Москва, Ростов-на-Дону, Саратов. Помощь на дому оказывалась думскими врачами (напр. в Петербурге), б. ч. «41 так называемыми врачами для бедных (например Одесса), а в ряде городов—городовыми и даже сан. врачами (например Владикавказ) в чрезвычайно ограниченных размерах, да и то лишь беднейшему населению и при тяжелых заболеваниях. В городах на территории, соответствующей РСФСР, было в 1913 г. 16 пунктов помощи на дому. Здесь же необходимо отметить, что организация помощи на дому возникала не как органическая часть мед,-сан. организации в процессе роста последней, а б. ч. при эпидемических вспышках, под давлением обстоятельств, в виде института временных врачей помощи на дому. Так, в Ленинграде эпидемия дифтерии в 1881 г. и эпидемия скарлатины в 1882 г. заставили организовать врач, помощь на дому.—Скорая помощь была организована лишь в 13 городах, а в городах на территории РСФСР—только в 4; ночные дежурства врачей—в 20 городах. За оказание коечной и амбулаторной помощи взималась во многих городах плата от 40 коп. до 1 руб. за койку в день (напр. в Саратове, Челябинске, Екатеринбурге и т. д., в Кутаисе даже 3 р.) и 5—30 к. за амбулаторное посещение (Ростов-на-Дону, Тифлис, Новороссийск). Для покрытия части расходов городских самоуправлений на больничную помощь в городах был установлен т. и. больничный сбор (по закону 1890 г,), взимавшийся б. ч. с малоимущих слоев населения. В Москве напр. этот сбор взимался в размере 1 р. 25 коп. в год со всех без различия пола и звания лиц, занимавшихся в черте города каким-либо ремеслом, работой по найму в качестве прислуги, торговлей в разнос, извозным промыслом и т. д. Лица, не уплатившие больничного сбора, не пользовались бесплатным лечением в больницах за исключением инфекционных и вен. больных. Какую роль играл больничный сбор в общем доходном бюджете городов и общем расходе на содержание больниц по Москве, видно из следующей таблицы (в руб.). Городской бюджет 1809 г. 1910 Г. Сумма больничного сбора . Расход на содержание б-ц . Процентное отношение . . . 10,2 9,0 Сумма доходов общегород- ского бюджета...... Процентное отношение боль- ничного сбора к город- 2,2 2,0 Взиманиеплаты было особенно распространено в городах не-земских губерний.—В отношении постановки аптечного дела городское самоуправление сделало очень мало. Только 33 города имели в 1913 г. свои аптеки с правами вольной продажи, при чем в ряде городов, где не было никакой врачебно-сани-тарной организации, аптеки были учреждены с исключительной целью получения прибыли (Изюм, Касимов). Даже крупные города, как Иркутск, Казань, Тифлис, преследуя туже цель, сдали свои аптеки в аренду. Лишь в отдельных городах (Хвалынск, Но-возыбков) городские аптеки отпускали лекарства беднейшему населению со скидкой. Санитарная организация в город а х. Из указанных городов 138 не име- ли никакой сан. организации, в 41 городе были лишь первичные зачатки организации и лишь в 45 городах существовала б. или м. разветвленная сан. организация; в 121 городе совсем не было сан. врачей. Городские думы обращали мало внимания на санитарное дело и зачастую приглашали на санитарную службу врачей по совместительству, за добавочное небольшое вознаграждение. Борьба с эпидемиями велась весьма недостаточно, что объяснялось в значительной мере общей слабостью мед.-сан. организации, и направлена была главным образом на прекращение уже возникших эпидемий, а не на проведение предупредительно-оздоровительных мероприятий. Однообразная карточная регистрация общей заболеваемости в городских амбулаториях и б-цах велась только в 33 городах, в остальных—по-разному, при чем только в 15 городах велась сан. органами или статистическим бюро правильная разработка данных о заболеваемости. Регистрация заразных б-ных велась только в 122 городах, и лишь в 47 городах разрабатывались данные о заразных б-нях. Данные о движении населения собирались и разрабатывались только по 30 городам. Лаборатории имелись только в 49 городах, при чем целый ряд лабораторий не имел специального персонала. Дезинфекционные камеры имелись только в 54 городах. Дело оспопрививания поставлено было в большинстве городов неудовлетворительно. Санитарный надзор за фабрично - заводскими предприятиями санитарными организациями почти совсем не осуществлялся, и только в редких случаях производились сан. описания фабрик и заводов; отсутствовали также и другие сан. систематические исследования и описания сан. состояния городов; встречались лишь сан. описания отдельных объектов, производившиеся от случая к случаю. Школьно-санитарный надзор и школьные врачи отмечены только в 49 городах, да и то в ряде городов школьные врачи, работая б. ч. по совместительству, имели в своем ведении значительное число школ и оказывали только леч. помощь школьникам. Систематического санитарно-пищевого надзора, связанного со всей мед.-сан. организацией городского самоуправления, почти нигде не было. Характер но, что даже в Москве пищевая санитария находилась в ведении 10 т. н. базарных врачей, к-рые подчинялись отделению городской управы, ведавшему «торговой полицией». Эти базарные врачи осуществляли функции наблюдения за качеством пищевых продуктов в местах их изготовления и продажи и за сан. состоянием соответствующих помещений. Они не были связаны с городской сан. станцией. В Петербурге существовал для этой же цели институт тор-гово-санит. врачей, также оторванный от городской сан.-гиг.лаборатории. Также плохо обстояло дело с жилищно-санитарным надзором, который осуществлялся общими сан. врачами и притом в весьма скудных размерах. В Петербурге и Москве были специальные сан. врачи по надзору за ночлежными домами.—Почти никакой работы по охране материнства и младенчества в городах не велось, если не считать судествовав- ших кое-где воспитательных домов (см.), являвшихся своего рода «фабриками ангелов», и единичных яслей и молочных кухонь—«капли молока». Громадное большинство городов, за исключением столичных и нек-рых наиболее крупных городов, расходовало весьма незначительные суммы на дело здравоохранения, и городское население пользовалось преимущественно губернскими и уездными земскими б-цами и амбулаториями. В годы, предшествовавшие империалистской войне, разного рода эпидемии, сильно захватившие города, с одной стороны, и рост и индустриализация городских центров с другой—привели к усилению внимания к вопросам, связанным с улучшением крайне неблагополучного сан. состояния городов и с организацией мед.-сан. обслуживания городского населения. Однако в виду отсутствия определенного законодательного акта об обязанности городов обеспечить население врачебной помощью и малой заинтересованности «отцов города» в проведении широких сан. мероприятий,—развитие мед .-сан. организации в городах шло весьма медленно, и значительное бремя в отношении обслуживания городского населения ложилось попрежнему на земский бюджет. Большинство городских самоуправлений считало, что горожане как земские плательщики налогов имеют право лечиться в земских леч. учреждениях, к-рым лишь в отдельных городах давались городским самоуправлением субсидии; постоянных соглашений между земствами и городами в области организации мед.-сан. помощи и участия в расходах как системы не было. Заключались лишь частные соглашения по отдельным вопросам, чаще всего по организации совместной борьбы с эпидемиями. Между земствами и городами часто возникали конфликты на почве разной трактовки их обязанностей в отношении оказания мед. помощи городским жителям; взаимное представительство городских сан. организаций в земских врачебных советах и съездах и наоборот—мало способствовало установлению правильных взаимоотношений.—Все расходы городского самоуправления в 1913 г. на 1 жителя были очень малы: 75% всех городов тратило менее 10 рублей, 61,2% больших городов имело расход от 6 до 15 рублей, 78% средних городов (от 50.000 до 100.000 населения) и 81 % более мелких городов тратили 1—10 рублей на жителя. Из этих расходов на здравоохранение приходилась б. ч. очень малая сумма, что вытекало из невнимательного отношения городских дум к задачам охраны народного здравия. 38 городов тратило на здравоохранение V2—5% всех городских расходов, в 44 городах 6—10%, в 40 городах 11—15%, в 37 городах 16—20%, в остальных 32% и выше. Расходы на сан. мероприятия в городах составляли ничтожные суммы: 72 города расходовало 7б—10 коп. на 1 жителя, 93 города от 20 коп. до 1 рубля, 32 города от 1 руб. до 2 рублей, и только 5 городов от 2 руб. до 4 р. 53 к.; в общем 157 городов тратило на сан. часть от 1 до 10 копеек на жителя, а 35 городов—от 20 до 40 копеек (Москва и Петербург по 35 копеек). На леч. помощь свыше Уз указанных городов (74) тратила 1—10 коп. на одного жителя, г[3 городов— от 20 до 50 коп., 31 город—от 60 коп. до 1 руб. и только 23 города 1—5 руб. (Москва—4 руб. 65 коп.,Петербург—3 р.88 коп.). В общем на леч. дело города из всей своей общей сметы в 214.256.000 руб. ассигновали 11%, при чем в больших • городах (свыше 100.000 населения)—12,8% городского бюджета, в средних (50.000—100.000 населения)—6 %, в малых—4,2 %. Очень мало внимания уделялось сан. делу. Ассигнования на санитарную часть были в 10 раз меньше, чем на лечебное дело,—1,2% бюджета городов, при чем в больших городах этот расход составлял 1,1% всего городского бюджета, в малых также 1,1%, в средних— 1,4%. Расходы же городов на общие сан. мероприятия составляли 8,5% гор. бюджета, при чем в больших городах—9%, в средних—7,5%, в малых—6,4%. Приходится при этом особо подчеркнуть, что заботы го-родск. самоуправлений об улучшении сан. состояния городов при проведении сан. мероприятий простирались гл. обр. на центр города, на кварталы, заселенные состоятельными слоями населения, окраины же в сан. отношении были совершенно обездолены—-оставались незамощенными, без поливки, освещения, не присоединялись к водопроводной и канализационной сетям и лишь во время эпидемий становились по понятным причинам предметом забот гласных думы. Материалы и экспонаты, выставленные по отделу «городская медицина» на Всероссийской гигиенической выставке в 1913 г., также показали крайнюю недостаточность мед.-сан. организации в городах. Интересна представленная там иллюстрация сравнительных расходов на 3. и народное образование в 1912 году. Удельный вес расходов в городском бюджете. На медиц., На На Города и их бюд- ветер. народ- и сан. при- ное жеты меро- зрение образо- прия- вание тия j 4,3% 8,7% 5 городов с бюджетом свы- 5,1% 10,5% 9 гор.— 1—2 млн. руб. . j 13,6% 3,4% 12,7% 20 » V«—1 » » . . 1 7,6% 3,7% 12.5% 28 » 300.000—500.000 р. j 7,2% 2,6% 12,4% 25 » 200.000—300.000 » 1 4.5% 3.8% 12,8% 51 » 100.000—200.000 » 6,3% 3,3% 18,1% 94 » 50.000—100.000» . .! 4,8% 3,2% 19,9% В общую картину недостаточности врачеб-но-санитарной сети, находившейся в ведении городского самоуправления, мало изменения вносила весьма скудная сеть фабричных медико-санитарных учреждений или возникших незадолго до войны учреждений больничных касс. Империалистская война внесла сильное расстройство в городскую врач.-санитарную организацию: много городских врачей было мобилизовано на военную службу; огромная часть городских врачебных учреждений была занята под военные госпитали и лазареты. Мед.-сан. нужды гражданского населения были почти цели- ком принесены в жертву интересам обслуживания раненых—-жертв империалистской войны. Всероссийский союз городов одной из своих основных задач ставил приспособление городской мед.-санкт. сети к обслуживанию военно-санитарных нужд. К началу революции в результате империалистской войны городское население еще хуже было обеспечено мед. помощью, чем до войны. (О дальнейшем развитии мед .-сан. обслуживания городов при советской власти—СМ. СССР.)                              Д. Горфин. Фабрично - заводская медицина — особая форма организации медицинской помощи фабрично - заводским и горнопромышленным рабочим и частью членам их семей. Эта оригинальная, существовавшая только в России организация, к-рая была обязательна для владельцев частных предприятий и в виде стационарных и амбулат. учреждений устраивалась и содержалась целиком на частные средства,—обязана была обслуживать бесплатной медиц. помощью довольно большую группу рабочего населения, которая подвергается усиленной заболеваемости и травматизму и отличается от окружающего населения большей активностью вообще и большей потребностью в мед. помощи. Фабрично-заводская медицина вылилась в России в самостоятельную организацию в шестидесятых годах XIX века, когда капитализм в России достиг уже известного развития и фабрично-заводская промышленность охватывала не менее 1 млн. рабочих. Когда в 1865 г. в центральной, наиболее промышленной части России появились холерные заболевания, то правительство, опасаясь, что промышленные центры могут стать очагами и рассадниками холерных заболеваний, в августе 1866 г. (по ходатайству московского губернатора) издало распоряжение об организации больничного лечения для фабричных рабочих. Согласно этому положению Комитета министров, фабрики и заводы, имеющие 1.000 рабочих, должны были устроить больничное помещение на 10 кроватей; свыше 1.000 рабочих— на 15 кроватей и более, менее 1.000 рабочих—на 5 кроватей и более по расчету одна кровать на 100 рабочих. Самое положение являлось только временным, не содержало точных сан. технических норм стационарной помощи, указаний относительно качества и количества обслуживающего персонала, об амбулаторном лечении рабочих, о лечении на дому, а также относительно лечения членов семьи. Другим законодательным актом, на котором строилась фабрично-заводская медицина, являлась ст. 107 Устава о промышленности, согласно к-рой воспрещалось взимать с рабочих плату за врачебную помощь, понимая под последней, согласно последующим разъяснениям, не только фармацевтическое лечение, но и диетическую и гиг. обстановку б-ного, уход за ним и т. п. Но и эти немногие законоположения в угоду предпринимателям не были объединены в какое-нибудь стройное законодательство о фабрично-заводской медицине, а, наоборот, циркулярными противоречивыми разъяснениями и постановлениями всячески ограни- I чивались: так, хотя в 1867 году Государственный совет нашел, что положение 26 августа 1866 г., изданное в виде временной меры, может иметь силу неограниченно долгое время, однако впоследствии правительственными распоряжениями об установлении больничного городского сбора семи крупнейших промышленных городов (Москва, Петербург, Одесса, Иваново-Вознесенск, Лодзь, Харьков и Варшава) было изъято из действия этого закона, а госпитальная помощь фабрично-заводским рабочим в этих городах должна была доставляться городскими управлениями (за счет больничного сбора, оплачиваемого самими рабочими), и фабрики должны были иметь только небольшие приемные покои для оказания амбулаторной помощи; кроме того в 1886 г. законом было разрешено всем фабрикантам увольнять рабочих, заболевших заразной б-нью(не обеспечивая их никаким лечением), а в 1908 г. Сенат по поводу жалобы одного тверского фабриканта разъяснил, что весь «закон» 1866 г. как «временный» должен считаться утратившим силу с введением Земского и Городского положений, согласно к-рым право издания постановлений по охранению народного здравия предоставлено земствам и городам. Фактически же в первые годы своего существования некоторые земства, воспользовавшись правом надзора за исполнением закона 1866 года, издали ряд постановлений по урегулированию врачебной помощи на фабриках и их сан. состояния, но в 1886 г. это право надзора у земств было отнято, и издание обязательных постановлений по охране жизни и здоровья рабочих на фабриках было предоставлено главному и губернским «присутствиям по фабричным и горнозаводским делам», в составе которых кроме чиновников было достаточное количество представителей капитала и деятельность которых согласно официальным правительственным данным клонилась главным образом «к облегчению владельцев фабрик». Вследствие всех этих обстоятельств фабрично-заводская медицина фактически часто являлась фиктивной: на фабриках имелись помещения с вывесками «бдльница», в к-рых стояли кровати, но б-ные не принимались; несколькими б-цами «заведывал» изредка приезжавший уездный врач, а постоянная работа в них проводилась фельдшерами. Все эти недостатки фабричной медицины впервые были вскрыты воочию санитарным обследованием фабрик и заводов Московской губ., которое было проведено в 1884—86 гг. Эрисманом, Погожевым и Дементьевым и на основании этих обследований Эрисманом были выработаны и представлены IX Съезду врачей Моск. губернии в 1887 г. первые предложения о реорганизации фабрично-заводской медицины в Московском уезде, которые затем были распространены на всю Московск. губернию. Эти предложения сводились к переложению натуральной повинности фабрикантов и заводчиков на денежную и к.передаче самой медиц. организации земским учреждениям. Предложения были приняты Моск. губ. земским собранием и под давлением последнего,, а гл. обр. •21 в связи с усилившимся рабочим движением и холерной эпидемией 1892—93 годов, в Моск. губернии вместо фельдшерской медицины под прикрытием уездных врачей стали возникать, правильно организованные фабричные лечебницы с постоянно живущим при них врачом, и многие фабриканты стали входить в соглашения с земством по устройству врачебной помощи, при чем эти земско-фабричные врачи состояли на службе земства и вследствие этого выходили из-под прямой зависимости от владельцев предприятия. Удачный опыт Моск. губернии, о к-ром докладывалось на Пироговских съездах, и, главное, рост рабочего движения в ряде промышленных губерний, при чем в требованиях стачечников не раз выдвигались требования об улучшении мед. помощи, привели к распространению этого опыта и на другие места, и фабрично-заводская медицина в 90-х гг. XIX в. стала медленно развиваться. По данным отчета Министерства финансов в 1898 г. крупные фабрики и заводы имели более или менее устроенную врачебную помощь, а именно: из 3.488 промышленных предприятй с 1.017*309 рабочими— 1.028 предприятий с 579.000 рабочих давали полную врачебную помощь (стационарную и амбулаторную), а на остальных предприятиях оказывалась только амбулаторная помощь. При этом следует отметить, что чем крупнее промышленное заведение, тем сравнительно лучше была организована мед. помощь: из 194 фабрик, имевших по 1.000 и более рабочих, врачебная помощь оказывалась на 185 (94,5%), на к-рых работали 400.836 рабочих (94,7%); из 1.812 фабрик с числом рабочих от 101 до 500 человек мед. помощь оказывалась на 1.282 (70,8%), на которых работало 320.475 рабочих (77,2%), а из 8.778 фабрик с числом рабочих до 15 человек мед. помощь оказывалась только в 1,7% фабрик с 2,8% всего числа рабочих на них. Неудовлетворительность постановки фабрично-заводской медицины и стремление земств расширить сферу своего влияния побуждали многие земские управления ставить вопрос о передаче фабрично-заводской медицины земским и городским управлениям. Так, еще в 1904 г. IX Пироговский съезд принял следующее постановление: «Вопрос об обеспечении рабочих врачебной помощью можетбыть правильно разрешен в России только путем передачи фабричной и горнозаводской медицины земским и городским общественным учреждениям при условии переложения натуральной повинности владельцев промышленных заведений на денежную со включением выполнения этой повинности на органы земских и городских самоуправлений. Установление нормы передачи должно быть возложено на земские и городские общественные учреждения». Но это единогласное решение врачебного съезда, ставшее символом веры для многих общественных врачей на целое десятилетие, встретило серьезную общественную и жизненную критику в период революции 1905 года со стороны рабочих организаций и группы врачей, идейно и практически примкнувших к рабочему движе- нию. Среди различных требований, выдвинутых рабочими в 1905 г. во время стачек, разлившихся по всей стране, было не мало требований об улучшении и реорганизации врачебной помощи, и, что особенно важно, эти требования, вырабатывались не отдельными фабриками или заводами, а целыми группами фабрик или районами, например представителями всех петербургских фабрик по обработке волокнистых веществ, Иваново-Вознесенским фабричным объединением и всеми фабриками городов Шуи и Царицына. В 1905 г. в России возникли явочным порядком профессиональные союзы, и хотя главное внимание их естественно было сосредоточено на боевых задачах организации широких рабочих масс, однако центральные бюро московских и петербургских профсоюзов разработали принципы организации мед. помощи своим членам на основах взаимопомощи, а профсоюз металлистов в Петербурге успел создать при содействии врачей добровольную страховую мед. организацию в составе 30 с лишним врачей, к-рая довольно успешно работала до 1909 г. включительно. Наибольшего успеха достигла организация мед. помощи при профсоюзах в г. Екатеринославе, где под руководством Винокурова профсоюзам удалось заставить хозяев вносить дополнительные средства на лечение рабочих и взять в свои руки крупную б-цу с большим количеством врачей и объединить мед. помощь 3.000 рабочим из 59 промышленных предприятий. Под влиянием роста рабочего движения вопросы организации фабрично-заводской медицины привлекли к себе большее внимание, и после 1905 г. образовался ряд обществ фабричных врачей (в Москве, Баку, Екатеринославе, Лодзи и Кадиевке), к-рые поставили себе целью сплотить разрозненные силы фабричных врачей, оказывать им взаимную поддержку и путем объединенной работы влиять на улучшение положения врачебного дела на фабриках и заводах. Особенно много в этом направлении сделало Московское общество фабричных врачей, к-рому удалось созвать в 1909 г. и в 1911 г. 2 всероссийских съезда фабричных врачей и представителей фабрично-заводской промышленности. На первом съезде принимали активное участие представители рабочих, избранные в различных районах России, и эта рабочая группа, объединенная между собой и руководимая партийными организациями РСДРП, сыграла большую роль в формулировке новых способов разрешения кризиса в фабрично-заводской медицине. Для представителей рабочего движения не было никакого сомнения, что фабрично-заводская медицина в России была «не более, как суррогатом страхования, и что введение истинного социального страхования рано или поздно было неизбежно», и потому они наметили путь к реорганизации фабричной медицины в соответствии с этой исторической перспективой. Лозунг передачи фабричной медицины в руки самих рабочих в лице самоуправляющихся больничных касс впервые был выдвинут в мед. печати Вигдорчиком в 1907 г. и вызвал оживлен- «49 ную и резкую полемику со стороны земских врачей, стоявших на точке зрения IX Пироговского съезда. Лозунг этот в течение ближайших лет вошел в программу борющихся рабочих масс, и, отраясая его, рабочая группа на I Всероссийском съезде фабричных врачей внесла и провела следующую резолюцию: «Признавая: 1) что лечение рабочих должно происходить полностью за счет предпринимателей; 2) что ныне существующим законодательством обязанность эта уже возложена на них, но ими фактически не выполняется; 3) отвергая одинаково как оставление врачебного дела в заве-дывании предпринимателей, так и передачу его органам местного самоуправления, съезд находит единственно целесообразным и соответствующим интересам рабочего класса передачу всего врачебного дела для всех отраслей наемного труда в руки самоуправляющихся рабочих больничных касс». XІI Пироговскому съезду в 1913 г., уже после опубликования закона о страховании рабочих на случай б-ни, были представлены по вопросу о судьбах фабричной медицины 2 доклада представителями обоих течений, в к-рых были приведены сведения о состоянии фабрично-заводской медицины в J 907 г. по официальным данным Министерства торговли и промышленности. Из 14.297 фабрик и заводов (подчиненных фабричной инспекции) с 1.818.629 рабочими имели врачебную помощь 5.439 фабрик с 1.528.600 рабочих, т. е. 38,2 процента всех фабрик с 84 процентами рабочих. Однако более детальное рассмотрение показывает, что действительное положение дел гораздо хуже. По тем же данным в 1908 году из общего числа 5.439 заведений с 1.528.600 рабочих, имевших организацию врачебной помощи, имело отдельные или совместные амбулатории и б-цы только 964 заведения с 798.279 рабочими, или 17,7% заведений с 52,2% рабочих; 3.529 заведений с 584.744 рабочими, или 60% всех заведений с 38,2% рабочих имело одни амбулатории совсем без б-ц или с приемными покоями вместо них; 675 фабрик с 43.766 рабочими, или 12,4% заведений с 2,8% рабочих имело безусловно неудовлетворительную организацию помощи (случайные посещения врачом или фельдшером), и остальные 541 фабрика с 101.911 рабочими, или 10% всех заведений с 6,6% рабочих состояло в соглашениях с земствами, городами и другими учреждениями и частными лицами. А т. к. удовлетворительной можно считать только такую организацию, к-рая обеспечивает рабочему кроме амбулаторной и коечную помощь, то на основании приведенных данных можно было бы сказать, что только '/в всех фабрик и около половины всех рабочих имели удовлетворительную организацию помощи.— По данным комиссии III Государственной думы видно, что в 1912 г. 19% постоянных городских рабочих и 28% временных рабочих не пользовалось от предприятий никакой врачебной помощью. Приведенные цифры объективным статистическим языком говорили, что за 42 года своего существования фабрично-заводская медицина очень мало дала в смысле обеспе- чения всех рабочих мед. помощью. Наряду с этим нельзя было не отметить, что из крупных фабрик с числом рабочих более 1.000 почти 70% имело б-цы, а из мелких с числом рабочих от 50 до 100 человек—б-цы имело только 6%. Точно так же в докладах отмечалось, что наиболее полные и целесообразные постановления по охране здоровья и жизни рабочих имелись в тех губерниях, где рабочее движение достигло наибольшего развития. Из всех этих данных Вигдорчик делал естественный вывод, что «развитие фабрично-заводской медицины в России определялось не законодательными нормами, не просвещенными заботами правительства,а ростом потребностей и требований рабочих масс». Пироговский съезд после горячих прений, единогласно осудив закон 1912 года о страховании рабочих как явно составленный в интересах фабрикантов, признал, что «в интересах дальнейшего прогресса фабричной медицины необходимо предоставление больничным кассам широкой самодеятельности рабочих. Вопрос о формах фабричномедицинской организации, наиболее подходящей к особенностям отдельных предприятий или отдельных местностей, должен решаться самими больничными кассами, поскольку они при настоящих политических условиях явятся выразителями организованного мнения рабочих. Так как новый закон, вменяя предпринимателям в обязанность организовать коечную помощь рабочим, фактически заставляет рабочего искать этой помощи по преимуществу в земских и городских лечебницах, то врачебно-санитарные организации должны уделить серьезное внимание вопросам организации врачебной помощи для рабочих и выяснить, считаясь с мнением больничных ка,сс, условия организации такой помощи и способов ее осуществления. Общественные врачи должны войти в ближайшее соприкосновение с больничными кассами и помочь рабочим своими специальными знаниями и своим организационным опытом». Фактически с началом организации больничных касс часть учреждений фабрично-заводской медицины постепенно стала переходить в кассовую, или страховую медицину, а окончательно фабрично-заводская медицина слилась с последней уже после Октябрьской революции на основании декрета Совнаркома от 16 ноября 1917 года, который передал безвозмездно во владение больничных касс все фабрично-заводские леч. заведения со всем их движимым и недвижимым имуществом. С ликвидацией самих больничных касс в конце 1918 г. и с укреплением новосозданных гос. органов 3. последним было передано сперва лечение членов семейств застрахованных, а затем декретом СНК от 18/П 1919 года все медицинские учреждения больничных касс были переданы органам здравоохранения, и кассовая медицина целиком слилась с советской МеДИЦИНОЙ.                                 М. Рафес. IV. Советская медицина. Октябрьская революция, отдав власть в руки трудящихся, создала новую форму государства—диктатуру. пролетариата. «РАНЕНИЕ                                                                  652 В нем исчезла необходимость противопоставления правительств, органов местным самоуправлениям. Пролетариат у власти должен был с первых же шагов столкнуться непосредственно и с вопросами оздоровления страны, преодоления того тяжелого положения, которое больнее всего отражалось на трудящихся. И если в условиях революционной борьбы с царизмом соц.-демократия требовала в области 3. только «надзора органов местного самоуправления, с участием выборных от рабочих, за санитарным состоянием жилых помещений, отводимых рабочим предпринимателями; учреждения правильно организованного сан. надзора во всех предприятиях, употребляющих наемный труд, при полной независимости всей врач .-сан. организации от предпринимателей; бесплатной мед. помощи для рабочих за счет предпринимателей, с сохранением содержания во время б-ни», то коммунистич. партия—руководитель и творец Октябрьской революции—в своей программе «полагает в основу своей деятельности в области охраны народного здоровья прежде всего проведение широких оздоровительных и сан. мер, имеющих целью предупреждение развития заболеваний. В соответствии с этим ближайшими задачами партии являются: 1. Решительное проведение сан. мероприятий в интересах трудящихся, как-то: а) оздоровление населенных мест, б) постановка общественного питания на научно-гигиенических началах, в) организация мер, предупреждающих развитие и распространение заразных б-ней, г) создание сан. законодательства. 2. Борьба с соц. б-нями (tbc, вене-ризм, алкоголизм и т. д.). 3. Обеспечение общедоступной бесплатной и квалифицированной лечебной и лекарственной помощью». Рядом с этим широкое законодательство об охране труда, соц. страховании, практич. планомерная деятельность в области жилищного вопроса, продовольственная политика в интересах пролетарских масс—-составляют тот комплексмероприятий, к-рый содействует сохранению здоровья трудящихся и обусловливает повышение жизненного уровня их. В условиях диктатуры пролетариата естественно система 3. ставит своей задачей преимущественное обслуживание, и в наиболее развернутом виде, рабочего класса—основного носителя революции и социалистического строительства. Здоровье пролетариата является одним из важнейших ресурсов страны, крупным фактором поднятия производительности труда. Воспроизводство рабочей силы является одной из важнейших функций советского государства, при чем конкретные исторические условия требуют сочетанной работы как в направлении оказания медицинской помощи заболевшему, так и последовательного проведения мероприятий врачебно-соц. характера, обеспечивающих здоровье трудящихся. Эти новые задачи вызвали к жизни и новые формы организации здравоохранения. Первым зародышем, первой ячейкой новой врач .-сан. «организации явился врач.-сан. отдел Военно-революционного комитета при Петроградском совете рабочих и солдатских депутатов, возникший при первых выстре- лах 25 октября 1917 г. На долю этого отдела выпала и коренная ломка всего бюрократического мед. аппарата, и текущая деловая работа, и подготовка дальнейших преобразований в области построения советской системы охраны здоровья трудящихся. В трех народных комиссариатах—Государственного призрения, Внутренних дел и Путей сообщения—были созданы врачебные коллегии, взявшие на себя руководство в этих учреждениях мед. частью. С самого же начала деятельности стало расти и крепнуть убеждение в необходимости согласовать и объединить усилия.по охране здоровья. Первым объединенным шагом этих коллегий было совместное обращение «О борьбе с заболеваемостью, смертностью и антисанитарными условиями жизни широких масс населения», подписанное в числе других Винокуровым, Барсуковым и Вегером. В этом обращении прежде всего указывалось, что «война, экономический развал и вызванные ими недоедание и истощение ставят перед рабочим и крестьянским правительством вопрос о борьбе в гос. масштабе с заболеваемостью, смертностью и антисанитарными условиями жизни широких масс населения». Выполнить эти огромные задачи возможно лишь путем привлечения к работе самых широких слоев населения. «С этой целью должны быть использованы мед .-сан. организации общественных самоуправлений. Эти организации, в настоящей своей структуре, хотя и являются выборными органами земских и городских самоуправлений, однако широкие слои местного населения, рабочие и крестьянские организации недостаточно в них представлены. Необходима полная демократизация этих мед.-сан. организаций с широким представительством от местного населения. Необходим съезд представителей мед. персонала, стоящих на советской позиции, для окончательной разработки стоящих на очереди медицинских вопросов». Обращение это появилось в обстановке саботажа и даже забастовок части врачей в нек-рых городах. Пироговское общество стало в явно враждебную советской власти позицию, призвав врачей «проявить противодействие разрушающим страну силам..., резко и определенно отмежеваться от врачей, действующих в лагере насильников». Совещание (ноябрь 1917 года), созванное Центр, врач.-санит. советом (см. выше), хотя и отметило, что забастовка лечебных учреждений как метод политической борьбы не может быть допустима, однако признало «возможность фактического прекращения работы, когда моральные или технические условия делают невозможным продолжение работы». Совещание отказалось работать с советской властью. Революция в деле 3. прошла мимо этих врачебных групп, ставших по ту сторону баррикады, и нашла другие творческие силы. Инициатива построения новой системы охраны здоровья трудящихся поднималась со стороны низовых советов. Повсюду шла ломка старого, передача дела народного здравия из узких корпоративных организаций «с участием трудящихся» в руки организаций самого трудящегося населения, в руки советов рабочих, солдатских и крестьянских депутатов. На периферии еще резче была видна необходимость объединения сил и средств разрозненных до того времени мед .-сан. организаций, здесь еще яснее подсказывалось требование создания единого органа. В этом отношении из многочисленных документов бурного 1917 г. особенно характерно обращение Исполнительного комитета Совдепа Вост. Сибири во все местные совдепы об основных началах организации врач.-сан. дела: «Советская власть нравственно и юридически ответственна за постановку дела лечения граждан Республики, почему необходимо обратить на это особенное внимание и переустроить все медико-сан. дело, изъяв его из рук, враждебных интересам трудящихся масс, слив в единую стройную организацию—медицину военную, жел.-дорожную, сельскую, городскую и т. д.». Наряду с этими объединительными тенденциями на местах и созданием единых медико-сан. органов при совдепах, в центре еще далеко не было ясно, какой будет новая система охраны здоровья, и все шаги по преобразованию мед. управления правительство признавало временными «впредь до образования всей организации мед. дела Российской республики». Но уже в феврале 1918 г. для объединения деятельности медиц. коллегий при различных комиссариатах был образован под председательством Винокурова Совет врач, коллегий — «высший мед. орган рабочего и крестьянского правительства». Совет состоял из представителей коллегий и отдельных управлений, а также из персонально привлекавшихся лиц. Он являлся самостоятельным органом, имевшим законодательную инициативу и право защищать свои предположения и интересы врач.-сан. дела в Совете народных комиссаров, так как через своего представителя входил в состав СНК с совещательным голосом по вопросам врачебно-сан. дела. Он однако представлял еще чисто механическое, случайное сцепление мед. коллегий различных комиссариатов. Между тем подымавшиеся перед ним вопросы устройства военно-сан. дела, борьбы с tbc, венерич. болезнями, организации психиатрической помощи, учреждения компетентного Ученого мед. совета, а особенно борьба с эпидемиями толкали к дальнейшему расширению компетенции этого органа. В среде Совета врачебных коллегий, в работе которого по переезде в Москву приняли участие и Н. А. Семашко и 3. П. Соловьев, впервые с полной ясностью назрела мысль об учреждении отдельного наркомата здравоохранения. Свое оформление она получила в постановлении I Съезда медико-санитарных отделов совдепов (Москва, 15—18 июня 1918 г.) по докладам Соловьева и Первухина: «О задачах и организации Народного комиссариата здравоохранения». «Исходя из положенного в основу строения советской республики единства государственной власти, следует признать необходимым создание единого центрального органа— комиссариата здравоохранения, ведающего всем медико-санитарным делом». На этом же съезде в докладе Семашко были выявлены основные задачи медицины в условиях совет- ского строя и благодаря условиям советского строя. «Только советская власть, неуклонно проводящая начала коммунизма, не останавливающаяся перед уничтожением частной собственности и соц.-экон. неравенства, дает твердое основание для правильной постановки борьбы как с соц. б-нями, так и с антисанитарными жилищными условиями». В постановлении по этому же докладу были сформулированы те принципы, к-рые являлись «основами советской медицины». Оно намечало, что «во-первых насущной организационной задачей советской медицины на местах является устранение прежних междуведомственных рамок и объединение ее; во-вторых лечебная медицина должна быть построена на последовательном проведении принципов а) общедоступности и б) бесплатности; в-третьих немедленно нужно озаботиться повышением качества мед. помощи (специальные приемы, амбулатории и лечебницы); в-четвертых необходимо немедленно развить самую широкую сан .-просвет, деятельность среди населения (беседы, лекции, выставки и т. д.); в-пятых формы участия населения в мед .-сан. деятельности и формы самодеятельности его должны быть радикально изменены: необходимо самое широкое активное участие в этой деятельности организованных рабочих и деревенской бедноты». На V Всероссийском съезде советов в принятой им в заседании от 10 июля 1918 г. конституции впервые было провозглашено образование волей рабочих и крестьян Народного комиссариата здравоохранения(раздел III А, гл. VIII, п. 44-т), который явился первым в мире министерством здравоохранения. 11 июля 1918 г. состоялось постановление Совнаркома об организации НКЗдра-ва, при чем наркомом был назначен Семашко, а заместителем его—Соловьев. Членами коллегии первого состава были Дауге, Голубков, Бонч-Бруевич и Первухин. Постановлением Совнаркома от 18 июля 1918 года были определены функции и компетенции комиссариата в соответствии с постановлениями I Съезда медико-санитарных отделов. Согласно этому декрету: «Народный комиссариат здравоохранения является центральным мед. органом, руководящим всем медико-сан. делом РСФСР. На Наркомздрав возлагается: а) разработка и подготовка законодательных норм в области мед.-сан. дела; б) наблюдение и контроль за применением этих норм и принятие мер к неуклонному их выполнению; в) издание общеобязательных для всех учреждений и граждан РСФСР распоряжений и постановлении в области мед.-сан. дела; г) содействие всем учреждениям Республики в осуществлении мед.-сан. задач; д) организация и заведывание центральными мед.-сан. учреждениями научного и практического характера; е) финансовый контроль и финансовое содействие в области мед.-сан. деятельности центральных и местных мед.-сан. учреждений; ж) объединение и согласование медико-санитарной деятельности местных советов рабочих и крестьянских депутатов». Одним из первых постановлений НКЗдр. было учреждение при нем на правах совещательного органа Ученого медицинского боо совета. На Ученый медицинский совет была возложена разработка и рассмотрение научно-практических и учебных вопросов в области медицины и санитарии и заключения по этим вопросам. Первоначально намечавшаяся структура НКЗдрава из 6 отделов— 1) военно-санитарного, 2) гражданской медицины (земской и городской), 3) страховой медицины, 4) школьно-санитарной, 5) путей сообщения [с подотделами: а) железнодорожным, б) водных путей] и 6) ветеринарного—свидетельствовала еще, о механическом объединении под одной крышей медико-санитарных отделов из соответствующих комиссариатов. Однако эта структура чрезвычайно быстро изменилась, приняв фнкц. характер, а ветеринарный отдел не был вовсе организован.—-В течение 1918—19 гг. происходило вливание в НКЗдрав еще остававшихся вне его отраслей мед.-сан. дела. В феврале 1919 г. были переданы НКЗдр. учреждения больничных касс, осенью 1919 года перешел из Наркомсобеса Отдел охраны материнства и младенчества. Т. о. сорганизовался мощный центральный организм, охвативший все стороны врач .-сан. дела. Дальнейшие изменения структуры НКЗдр. происходили как в связи с развитием новых сторон деятельности, так и по мере изменения функций в соответствии с реорганизацией управления на местах (районирование, создание краевых, областных здравотделов). (Структура НКЗдрава согласно последнему положению о нем и местных органов 3.— см. СССР.)—-Уже в первом постановлении СНК от 11 июля 1918 г. об организации НКЗдр. имеется целый ряд пунктов, поручающих НКЗдраву принять ряд экстренных мер для борьбы с холерой. Первый период деятельности НКЗдрава, охватывающий приблизительно пятилетие (1918—23), характеризуется преимущественно борьбой с эпидемиями и напряженной деятельностью по обеспечению медико-сан. обслуживания Красной армии. Восстание чехо-словаков, интервенция Антанты, создавшая внутренний фронт Колчака, Деникина, Юденича, блокада определили эту задачу НКЗдрава. К этому периоду относится ряд энергичных мер по обеспечению снабжения частей Красной армии мед. персоналом, созданию госпиталей и сан. поездов, снабжение медикаментами, бельем. Деятельность эта могла оказаться успешной лишь благодаря объединению в одном органе всего руководства делом 3. и маневрированию средствами. В области борьбы с эпидемиями (1918—22), а затем голодом 1921 г. и его последствиями, наравне с колоссальным развертыванием эпидемич. коек, изоляционно - пропускных пунктов, дезинфекционных установок, чрезвычайно большое развитие получило сан. просвещение, развившее большую издательскую деятельность как в центре, так и на местах. В этот же период было положено начало сан. и эпид. законодательству, одними из первых актов которого были жилищно-санитарный закон (декрет СНК от 1919 г.), законы об обязательном оспопрививании (1918,1924), о борьбе с сыпным тифом (1919), с малярией (1922). При НКЗдр. весь этот период энергично работала Центральная эпидемическая комиссия; была создана специальная малярийная комиссия, развернувшая огромную работу по изучению малярии, по привлечению хоз. органов (как Цуторф) и профсоюзов, в первую очередь горняков, к борьбе с малярией. Вопросам борьбы с эпидемиями были посвящены съезды бактериологов, эпидемиологов. В 1922 году СНК РСФСР был принят декрет «О санитарных. органах Республики». Впервые за все время существования в России каких бы то ни было государственных забот о здоровьи населения был установлен гос. характер деятельности и построения сан. органов, определены их права, задачи и обязанности. На основе его быстро расширились местные сан. органы. Несмотря на отвлечение всех сил и средств на борьбу с эпидемиями, было положено начало и соц.-профилактическим мероприятиям, как охрана материнства и младенчества, охрана здоровья детей, борьба с tbc. В связи с окружающей обстановкой, продовольственным кризисом, ухудшением жилищного положения, из учреждений охраны материнства и младенчества особенное развитие получили закрытые учреждения (дома матери и ребенка, дома младенца); из учреждений по борьбе с tbc главы, обр. строились санатории, а в области охраны здоровья детей особенное внимание было уделено организации питания детского населения (декреты 1918 года). Из соц.-гиг. законодательства особое значение приобретает декрет НКЗдр. и НКЮ о легализации аборта и декрет СНК 1922 года о периодическом осмотре рабочих-подростков. Декрет Совнаркома (1918) о национализации аптек явился основным поворотным пунктом в деле организации аптечного дела, изгнав из него навсегда элементы торгашества, шарлатанства и спекулирования на здоровьи широких масс населения. Виднейшей стороной деятельности Нар-комздрава за этот период по своему влиянию на современное и последующее развитие дела 3. является создание целого комплекса научных институтов; в условиях крайнего хозяйственного кризиса, напряженнейшего материального положения НКЗдр. развил сеть научных учреждений с особой полнотой, притом учредил ин-ты не только с практическими целями производства вакцин и сывороток, не только с учебными целями подготовки и усовершенствования специалистов по разным отраслям медицины, но и учреждения с научно-исследовательскими целями для научной разработки проблем 3. в широком смысле. Сюда прежде всего относится Гос. научный ин-т здравоохранения (ГИНЗ), в состав к-рого входят: а) Институт протозойных заболеваний и хемотерапии (Тропический ин-т) с энтомологическим отделением, б) Сан.-гиг. ин-т, в) Ин-т контроля сывороток и вакцин, г) Ин-т физиологии питания,д) Микробиологический ин-т, е) Институт экспериментальной биологии, ж) Институт биологической химии, з) Ин-т физиологической химии, и) Рентгеновский ин-т.— В области изучения соц.-профилактич. вопросов были созданы в период 1918—23 гг.: 1) Гос. ин-т социальной гигиены с популярной выставкой по охране здоровья, 2) Гос. венерологический ин-т, 3) Гос.туб.институт, 4) Гос. ин-т физкультуры. Кроме того в ведение НКЗдр. перешли: Гос. ин-т экспериментальной медицины (Ленинград), гос. физико-терапевтические ин-ты в Ленинграде и им. Сеченова в Севастополе, два ин-та для усовершенствования врачей в Ленинграде и Казани, Гос. травматологический ин-т. Создан одновременно целый ряд бактериологических ин-тов, из к-рых особое значение в деле борьбы с чумой приобрел Краевой гос. ин-т микробиологии и эпидемиологии в Саратове. Вместе с тем НКЗдр. организовал целый ряд опытно-показательных учреждений в области борьбы с tbc, охраны материнства и младенчества, охраны здоровья детей. Необходимость строить новое дело на пустом месте, недостаток средств и сил и вместе с тем общие условия советского строительства периода военного коммунизма привели к сильно централизованной деятельности НКЗдр. Он представлял собой аппарат не только общего руководства и контроля, но и непосредственного управления, при чем с мая 1919 г. по май 1922 г. все содержание лечебной медицины находилось на общегосударственном бюджете. Второй период деятельности советской медицины, оканчивающийся приблизительно в 1927 г., совпадает с периодом восстановления хозяйства страны, расширением прав и деятельности местных органов. Он может быть охарактеризован в первую очередь мощным развертыванием профилактических учреждений. В области охраны материнства и младенчества растут открытые учреждения (ясли) и получают особое развитие летние сельские ясли. В области борьбы с tbc и вен. б-нями наблюдается прямо гигантский скачок в сети диспансеров. Санит.-просвет. работа получает крепкую опору как в виде вновь возникающих домов сан.просвещения, постоянных и передвижных выставок, так и в силу развития мед. издательства, выпуска в большом числе наглядных пособий. В деле обслуживания мед. помощью застрахованных особенно растет сектор специальных видов помощи (физиотерапии, рентгена, зубоврач. помощи). Бурно растет из года в год курортное дело, восстанавливая весь полученный национализированный фонд и начав новое строительство. Особенно пострадавшая за период империалистской и гражданской войн сельская врачебная сеть начинает быстро восстанавливаться в силу целого ряда специальных постановлений правительства, съездов советов и улучшения источников финансирования (субвенции, доход от аптекоуправлений). Вместе с построением заново медико-сан. учреждений в национальных областях и республиках, начинается изучение физ. развития отдельных народностей и в частности народов Севера. Сан. законодательство обогащается рядом постановлений по охране пищевых продуктов (1922,1927), законом о гидротехнических мероприятиях (1923), положением об охранной сан. зоне для водопроводов (1925). Развитие индустриализации страны привлекает особое внимание НКЗдр. на изучение проф. б-ней и отравлений. Издаются правила об обязательных осмотрах рабочих вред- ных профессий (1925) и создается Центральный ин-т по изучению проф. б-ней. К этому же периоду относится начало реформы медицинского образования (см.) под влиянием требований советской медицины и новых задач врача. В учебный план мед. вузов включается ряд профилактических дисциплин, как социальная гигиена, гигиена труда, гигиена воспитания. Районирование страны, расширение административно-хозяйственных прав советов (краевых, окружных, районных) предопределяют и те изменения в деятельности НКЗдр., к-рые характеризуют начавшийся с 1928 г. третий период его деятельности. Освобождение от задач непосредственного управления выдвигает на первое место задачи НКЗдр. как планирующего органа, обеспечивающего общее руководство и контроль за деятельностью низовых органов. В связи с этим особое значение приобретает научно-компетентная разработка вопросов планирования, организации и изучения деятельности отдельных звеньев медико-санитарной сети. Таким путем приближается к НКЗдр. и получает новый характер деятельность научно-исследовательских ин-тов. С другой стороны, начавшийся реконструктивный период советского хозяйства, строительство новых заводов, жилищ, совхозов, колхозов, развитие кооперации, общественного питания ставят по новому взаимоотношения НКЗдр. с другими органами. Начавшееся уже в конце второго периода новое больничн. строительство, строительство других леч.-профилактических учреждений выдвигает в связи с путями обслуживания мед. помощью трудящихся вопрос о новых типах организаций медико-санитарных учреждений и характера их деятельности. (Характеристика принципов работы, типа учреждений и сети их—см. Амбулатория, Больница, Венерические болезни, Диспансеризация, Курорты, Лечебная помощь, Охрана здоровья детей, Охрана материнства и младенчества, Профессиональные заболевания, Санитарное просвещение, и др.—Организация и история 3. в союзных республиках—см. СССР.)            и. Страшун. Лит.: Варадинов И., История Министерства внутренних дел, СПБ, 1858,- Записка (первая и вторая) об общих основаниях устройства врачебной помощи в России, изд. Междуведомственной комиссией («Комиссией Рейна») по пересмотру врачебно-санитарного законодательства, СПБ, 1913 (см. также другие материалы этой комиссии, СПБ, 1912—16); К а м п а н е л л а Т., Государство солнца, П., 1918; Колосов Г., Организация и состояние врачебного делав царствование Александра I, СПБ, 191-5; Куприянов А., История медицины в царствование Петра Великого, СПБ, 1872; Любим ен ко И., Врачебное и лекарственное дело в Московском государстве, Рус. историч. жури., 1917, кн. 3—4; Максимов Е., Приказы общественного призрения в их прошлом и настоящем, СПБ, 1901; М а р к с К., Капитал, т. I, Ы.—Л., 1929; Мейер- ШтейнегТ. и 3 у д г о ф К., История медицины, Москва, 1925; М е н ь е Л., История медицины, с прилож. очерка истории рус. медицины, М.—Л., 1926; Моисеев А., Медицинский совет Министерства внутренних дел, СПБ, 1913; Мороховец Л., История и соотношение медицинских знаний, М., 1903; Никитин Н., Краткий обзор состояния медицины в России в царствование императрицы Екатерины II, СПБ, 1855; Новомбергский Н., Материалы по истории медицины в России, т. I—IV, Томск, 1907; о н ж е, Врачебное строение в до-петровской Руси, Изв. Имп. Томск, ун-та, 1909, кн.*31; Отчеты о состоянии народного здравия и организации врачебной помощи в России за 1896—1912 гг., изд. Управления гл. врач, инспектора Мин. вн. дел, СПБ—П., 1902—16 (данные eeo за предыдущие годы публиковались в Отчетах медицинского департамента и в Вестнике общественной гигиены, суд. и цракт. мед.); Пажитнов Капвложение рабочего класса в России, П.,1923;Рихтер В., История медицины в России, т. I—IV, М., 1814—23; Скориченко Г., Доисторическая медицина, СПБ, 1896; он же, Гигиена в доисторические времена, СПБ, 1896; Скороходов Л., Краткий очерк истории русской медицины, Л., 1926; Соколовский М., Характер и значение деятельности аптекарского приказа, СПБ, 1904; Спенсер Г., Основания этики, СПБ, 1899; Труды Кафедры истории и энциклопедии медицины Имп. моек, ун-та, т. I—II, М., 1906—07; Чистович Я., Очерки из истории медицинских учреждений XVIII столетия, СПБ, 1870; Энгельс Ф., Положение рабочего класса в Англии в 1844 г., М.—Л., 1929; Garrison F., Introduction to the history of medicine, Philadelphia— London, 1922 (литература); Newsholme A., Health problems in organized society, L., 1927; он же, The story ol modern preventive medicine, Baltimore, 1929; R a p m u n d O., Das Sffentliche Gesundheitswe-sen, Lpz., 1901 (лит.); R о e s I e 33., Die Organisation des Gesundheitswesens in verschiedenen Landern, Arch. f. soz. Hyg., B. XV, 1923; Singer, A short history of medicine, Oxford, 1928. Земская, городская и фабричная медицина.— АбрамовЯ., Что сделало земство и что оно делает, СПБ, 1889; Веселовский В., История земства за 40 лет, т. I—II, СПБ, 1909 (лит.); Жбан-ков Д., Земско-медицинский сборник, вып. 1—7, М., 1890—99 (лит.); о н же, О деятельности санитарного бюро и общественно-санитарных учреждений в земской России, М., 1910; он же, Сборник по городскому врачебно-санитарному делу в России, М., 1915; Игумнов С Крепостное право и общественная медицина, Харьк. мед. шурн., т. XI, J6 4, 1911; Капустин М., Главные основания проекта сельской земской больницы, СПБ, 1874; он же, Основные вопросы земской медицины, СПБ, 1889; опте, Очерки земской медицины, СПБ, 1899;Куркин П., Са-нитарно-статистические таблицы, вып. 1—2, М., 1925— 1926; Лебедев В., Территория и. население врачебных участков Московской губернии, М., 1904; Л е-н и н В., Гонители земства и каннибалы либерализма (Сочинения, т. IV, М.—Л., 1927); Материалы по истории медицины в России, в. 1—4, СПБ, 1881—85; Моллееон И., Земская медицина, Казань, 1871; М ы ш М., Положение о земских учреждениях 12 июня 1890 г., СПБ, 1910; Осипов Е., Попов И. и К у р к и н П., Русская земская медицина, М., 1899; Пироговский съезд по борьбе с холерой, в. 1—2, М., 1905; Справочник по общественно-санитарным и бытовым вопросам, М., 1910; Труды II—XII съездов русских врачей в память Н. И. Пирогова, М., 1886—1913 (секция общественной медицины); Труды внеочередного Пироговского съезда по врачебно-санитарным вопросам в связи с условиями настоящего времени, М., 1917; Труды Чрезвычайного Пироговского съезда, М., 1918; Труды I и II всероссийских съездов фабричных врачей и представителей фабрично-заводской промышленности, М., 1910—11; Фрейберг Н., Врачебно-санитарное законодательство в России, СПБ, 1913; Френкель 3., Очерки земского вра-чебно-санитарного дела, СПБ, 1913; Чертов А., Городская медицина в России, М., 1903; Ш и нг а-р е в А., Вымирающая деревня: село Ново-Животин-ное и дер. Моховатка в санитарном отношении, Саратов, 1901; М с С о m b s С, City health administration, New York, 1927. Советская медицина.—В иленский М., Здравоохранение в Казакстане, Кзыл-Орда, 1928; Год работы Народного комиссариата здравоохранения, М., 1919; Д е м б о Г., Санитарно-лечебное дело в Туркреспублике и план его развития, Ташкент, 1924; Десять лет Октября и советская медицина, под ред. II. Семашко, М., 1927; Десять лет советской медицины, диаграммы, М., 1928; Деятельность Областного отдела здравоохранения Марийской автономной области с 1/Х 1924 г. по 1/Х 1925 г., Казань, 1927; 36ip-ник медично-санитарного законодавства УРСР 1926— 1928, Шд ред. Д.Ефимова, Харгав, 1929; Здравоохранение на Сев. Кавказе, Ростов н/Д., 1925; Лечебное дело в РСФСР, М., 1924; Отчеты Наркомздрава VIII и XII всероссийским съездам советов, М., 1920 и 1925; Пятилетний план народно-хозяйственного строительства СССР, т. 11,4.2, 2-е изд., стр.238—241, М., 1929; Пять лет советской медицины 1918—1923, М., 1923; Сборник действующего законодательства по здравоохранению, под ред. К. Коновалова, т. I, M., 1929 (т. II—IV, печ.); Сборник действующего законодательства по медико-санитарному и аптечному делу в УССР, Харьков, 1927; Сборник к 10-летию советской медицивы 1918—1928 гг. в Ульяновской губернии, Ульяновск ,1928;Сельская медицина в Донском округе, Ростов н/Д., 1925; Серебренников В., Здра- воохранение на Урале, Свердловск, 1929; Статистические материалы по состоянию народного здравия и организации медицинской помощи в СССР за 1913— 1923 и 1924—1925 гг., М., 1926—27; Статистический обзор состояния здравоохранения и заболеваемости заразными болезнями в РСФСР в 1926 г., М., 1928; Труды VI Всероссийского съезда здравотделов, М., 1928; Труды Всесоюзного съезда участковых врачей, М., 1926; Фрейберг Н.,Сборник законов и распоряжений правительства Российской республики по врачебно-санитарному делу с 7/XI 1917 по 1/IX 1919, М., 1922; о н ж е, Сборник законов и распоряжений правительства РСФСР по врачебно-санитарному делу с 1/IX 1919 по 1/1 1925, М., 1925. Периодические издания.—Бюллетень Народного комиссариата здравоохранения, М., 1922—27; Бюллетень Народнього KOMicapiHTy охорониздоров'яУРСР, XapKiB, с 1927; Вестник Народного комиссариата здравоохранения ССР Грузии, Тифлис, 1922—25; Вестник общественной гигиены, судебной и практической медицины, СПБ, 1865—1917 (до 1882 г. под назв. «Архив» и «Сборник», см. лит. к ст. Гигиена, т. VI, ст. 756); Вопросы здравоохранения, М., с 1928; Журнал Пироговского об-ва врачей, М., 1895—1908; Журнал Русского об-ва охранения народного здравия, СПБ, 1891—1912; Земская медицина, М., 1885—88; Земский врач, Чернигов, 1888—94; Земский работник, М., 1917—18; Земское дело, СПБ, 1909—17; Известия Народного комиссариата здравоохранения, Москва, 1918—24; Общественный врач,М., 1909—1922. Библиографические сочинения.—Ж банков Д., Библиографический указатель по земской медицинской литературе, М., 1890; он же, Библиографический указатель по общественной медицинской литературе за 1890—1905гг.,М., 1907; он ж е, Материалы к истории русской медицинской прессы в 1792—1924 гг., Врач, дело, 1928, 1 янв., 23—24 (перечень рус. мед. журналов); Клирикова О., Библиографический указатель по общественной медицине за 1914 г., М., 1915 (тоже, Обществ, врач, 1915, № 4—5); Российский Д., Библиографический указатель русской литературы по истории медицины с 1789 г. до 1928 г., Москва, 1928. См. также лит. к статьям Медицина и Гигиена. Здравоохранение за границей—см. отдельные страны.

большая медицинская энциклопедия Смотрите также:

  • ЗЕВОТА, особое дыхательное движение, к-poe состоит в глубокой инспирации при открытом рте, зеве и голосовой щели. Вдыхание сопровождается при этом характерным звуком,производимым вибрацией голосовых связок. 3.—явление физиологическое, но может иметь ...
  • ЗЕЙДЛИЦКИЙ ПОРОШОК, Pulvis aero-phorus laxans, слабительный шипучий порошок (был официнален по Ф III, ФУ1, но в ФУП не внесен). На один прием берут: Сегнетовой соли 7,5, двууглекислой соды 2,5 и винной ...
  • ЗЕЛЕНЕВ, Иван Федорович (1861—1918), крупный русский сифилидолог, и дерматолог, воспитанник Воен.-мед. академии, ученик Полотебнова и Стуковенкова. В 1892 г. защитил классическую диссертацию «К вопросу о сифилитической и ртутной хлоране-мии» (Киев, ...
  • ЗЕЛЕНИН, Владимир Филиппович (род. в 1881 г.), видный клиницист-терапевт, директор Медико-биологич. научно-исследовательского ин-та Главнауки и Госпитальной терап. клиники 2 Моск. гос. ун-та. Окончил Моск. ун-т в 1907 г. В 1911 ...
  • ЗЕМЛЯНКА, простейший вид временного жилого помещения, вырытого в земле или углубленного в нее, с крышей, покрытой земляной насыпью. В зависимости от назначения и строительного материала 3. бывают различных типов: зимние,летние, ...