Большая Медицинская Энциклопедия

Импульсивное Помешательство


ИМПУЛЬСИВНОЕ ПОМЕШАТЕЛЬСТВО, название, даваемое иногда тем развивающимся унек-рых психопатических личностей состояниям, на почве к-рых ими от времени до времени совершаются неожиданные и чаще всего противоречащие нормам закона или правилам общежития действия (см. Импульсивные действия). Действия эти имеют в основе неудержимое стремление к удовлетворению той или иной патологич. склонности и представляют т. о. проявление слепой и нерассуждающей силы влечений, а не основанной на обсуждении мотивов воли. Как говорит Крепелин (Kraepelin), больной просто чувствует себя вынужденным совершить определенный поступок: на него как бы находит что-то, заставляющее его действовать во что бы то ни стало, хотя бы и против убеждения. Поэтому соответствующий поступок приобретает характер непосредственности, непродуманности, бесцельности, даже бессмысленности. Однако в противоположность с одной стороны импульсивным поступкам схизофреников, а с другой—различ- ного рода навязчивым актам и опасениям, действия такого б-ного ему самому не кажутся неестественными и непонятными, наоборот, они выражают его затаенные желания. В том, что он делает, для него есть нечто заманчивое и соблазнительное, хотя часто и отвергаемое его сознательной волей. Следуя своим побуждениям, б-ной обыкновенно испытывает непосредственное ощущение глубокого удовлетворения. Препятствия только усиливают его влечение, неудачи же его огорчают. Иногда перед выполнением предосудительных или опасных поступков в б-ном начинается внутренняя борьба с моральными запретами и доводами рассудка, но нередко даже отвратительнейшие поступки осуществляются со спокойной уверенностью и без всякого колебания. Наиболее известные виды И. п. следующие. 1. Импульсивное поджигательство (пиромания). В этих случаях дело обыкновенно идет об инфантильных, физически и психически недоразвитых неполноценных субъектах, чаще всего—девушках в возрасте полового созревания, иногда к тому же в момент совершения преступления менструировавших. В простейшей форме стремление к поджогам вытекает у них из присущей и нормальным людям, особенно детям и подросткам, любви к зрелищу загорания и распространения огня. В пат. случаях удовольствие, доставляемое этим зрелищем, оказывается настолько сильным, что желание его видеть возрастает до степени неодолимой страсти. Если дело идет-о личности незрелой, с недостаточным интелек-том или со слабо развитыми задержками, то имеются налицо все данные для того, чтобы при благоприятных условиях эта страсть перешла в соответствующий поступок. При повторении прибавляется влияние привычки и интереса, вызываемого зрелищем тревоги и суеты, а также чувства затаенного удовольствия от сознания своей силы. В более зрелом возрасте страсть к поджогам чаще всего ослабевает и исчезает. 2. Более сложную группу образуют случаи, в к-рых поджог представляет проявление разрушительных тенденций, импульсивным взрывом разряжающих чрезмерное аффективное напряжение. Классическими примерами являются описанные Ясперсом и Кречмером (Jaspers, Kretschmer) преступления (поджог +детоубийство) примитивных крестьянских девушек-подростков, впервые поступивших в прислуги (няньки) и очутившихся в чуждой им среде. Непривычные условия работы, одиночество и тоска по родине создавали в этих случаях страстную потребность во что бы то ни стало вырваться из невыносимого положения, в результате чего невольно встававшая в сознании мысль об уничтожении связывавших будущую преступницу чужих детей и чужого дома делалась особенно манящей и завлекательной. Само преступление совершалось почти автоматическим актом, едва доходя до сознания(Креч-мер говорит о физиол. аналогии с механизмом короткого, замыкания электрического тока). Конечно сочетание детоубийства с поджогом совершенно не обязательно: нередко дело ограничивалось одним детоубийством. Описаны также случаи всяких других агрессивных и разрушительных актов, в основе к-рых лежал тот же механизм непосредственного—без обсуждения и оценки—перехода овладевшего сознанием аффективно окрашенного представления в импульсивное действие. 3.  Крепелин относит к одной группе с вышеописанными также и случаи совершенно сознательного, хладнокровного и хорошо обдуманного многократного тайного убийства детей лицами, уходу которых они поручены. По существу однако это—преступления совсем другого рода, стоящие гораздо ближе к описываемым ниже случаям тайных отравлений, вместе с к-рыми они уже несколько выходят за рамки И. п. в том узком смысле, как оно определено выше. Жестокость и ненужность этих преступлений невольно возбуждает мысль об их сексуальной (садистической) подкладке. 4. Отравительницы. Тайное подмешивание яда—орудие слабых, и в нем часто можно подметить действие Адлеровского механизма гиперкомпенсации (см. Адлера учение). Заманчивость этого деяния в том, что здесь можно незаметно, самой оставаясь в тени, добиваться потрясающих результатов, в буквальном смысле приобретая господство над жизнью и смертью близких людей. Яд подмешивается отравительницами своим жертвам в совместной дружеской трапезе, подсыпается в сласти играющим детям и т. д. Наиболее ярким примером людей этого типа была жившая в начале 19 века Анна Маргарита Цванцигер—тщеславная и жаждавшая внимания уродливая женщина с безобразным лицом; глубокое недовольство своей судьбой и зависть к другим людям усилили до крайности и без того присущие ей жестокость, злобность и презрение к людям. Под маской униженного смирения и услужливости она втиралась в экономки к богатым и знатным людям, всякий раз надеясь осуществить свою мечту о блестящем браке. Не поддававшихся ее чарам мужчин, их невест, наконец вообще всех, кто ей мешал, она устраняла при помощи яда, иной раз расчётливо давая его маленькими дозами, чтобы вызвать медленное хроническое отравление. 5.  Импульсивное воровство (клептомания) обнимает разнообразные формы наиболее частого из видов И. п. Самые простые случаи и здесь, как при поджигательстве, трудно отличимы от обычного воровства, вызванного жадностью и стремлением к присвоению. Таковы напр. кражи с прилавков и выставок магазинов, совершаемые лицами, материально обеспеченными, преимущественно женщинами, не находящими в себе сил противостоять соблазну присвоения заманчиво разложенных вещей: их охватывает чувство такой жадности и такое состояние страстного возбуждения, что они совершенно забывают в общем не чуждые им моральные принципы, возможность разоблачения и вероятные его последствия и без разбора тащат и прячут все, что попадется им под руку. Пойманные, они заявляют, что сами не могут объяснить, как это с ними случилось, что ими как-будто ру- ководилакакая-то посторонняя сила,—слова, к-рые далеко не всегда можно целиком принимать на веру. В ряде случаев впрочем несомненная патологичность поведения клептоманов подтверждается не только бессмысленностью их краж, к-рые становятся как бы самоцелью (купленное или полученное в подарок не доставляет такого удовольствия, как украденное), и не только ничем не устранимыми рецидивами, но и глубокой пат. наследственностью, а также тем, что напр. женщины особенно легко поддаются искушению во время критических периодов половой жизни (половое созревание, менструации, беременность). Часто подобные б-ные упорно, но бесплодно борются со своими наклонностями (одна больная, Крепелина, зашивала себе карманы, чтобы некуда было прятать взятое) или возвращают украденные вещи обратно. Однако нередко бывает, что и у них поступки явно патологические чередуются с кражами, носящими ясно выраженный мошеннический характер. Иногда, импульсивное воровство стоит в несомненной связи с одновременно возникающим половым возбуждением. В одних случаях последнее окрашено мазохистическими чертами и вызывается страхом быть уличенным, достигая иной раз степени оргазма именно в момент поимки, в других же зависит от фетишистских тенденций вора. При кражах последнего рода похищаются только определенные предметы: башмаки, чулки, подвязки, носовые платки и т. д. Многие фетишисты из таких украденных вещей в конце-концов составляют целые коллекции. Обыкновенно наклонность таскать и припрятывать чужие вещи появляется у клептоманов еще в детстве, ослабевая у некоторых в более зрелом возрасте. По своему псих, складу одни клептоманы подобно поджигателям отличаются общей незрелостью и умственной недостаточностью, другие же представляют ряд черт, роднящих их с истериками и пат. лгунами .— Кроме указанных выше форм к И. п. причисляются нек-рые случаи писания аноним-s ных писем и доносов, страсть к ненужным покупкам, а также импульсивное бродяжничество (пориомания), патологические случаи карточного и иного азарта, дипсомания, половые извращения и пр. (см. также Половые извращения). Что касается сущности И. п., то в разных случаях оно повидимому разыгрывается на разной почве (у психопатов различных групп) и имеет в основе различные механизмы. Многие современные психиатры, исходя из этого соображения, вообще отказываются от выделения этой группы как отдельного заболевания. По мнению Крепелина все описанные формы объединяются наличием дисгармоничного отношения между различными источниками поведения—влечениями и волей. Эта последняя представляет один из позднейших продуктов филогенетического развития человека, в значительной степени дополняется воспитанием и сводится к умению ограничивать силу примитивных инстинктов. При многих формах псих, недоразвития задерживается как-раз формирование этого высшего псих. слоя, тогда как более примитивные двига- тельные силы организма—не только влечение к пище и размножению, но и стремление к самоутверждению с вытекающими отсюда слепой волей к власти, аффектами зависти, ревности и мести, комбинируясь со склонностью к подражанию, получают даже чрезмерное развитие. Важно подчеркнуть другое замечание Крепелина, что ни пиромания, ни клептомания, ни другие описанные болезненные проявления не представляют каких-то ограниченных заболеваний, совершенно изменяющих каждое какую-нибудь одну ограниченную псих, функцию. «В действительности,—говорит Кр епелин,—мы имеем во всех этих случаях дело с естественными влечениями, только принявшими болезненную форму и распространение вследствие отсутствия тормозящих и преобразующих противосил, приводимых в действие высшими психическими функциями». Извращение влечений, если оно имеется, в значительном числе случаев представляет повидимому следствие пат. привычки, развившейся на основе постепенного накопления соответствующих условных рефлексов (психоаналитики в частности указывают на важную роль фиксировавшихся по той или другой причине в раннем детстве сексуальных ассоциаций). Важно помнить по отношению ко всем видам И. п., что обязательной почвой, на к-рой они только и могут возникать, является то или иное психопатическое предрасположение. И. п. есть одна из форм пат. реакций конституциональных психопатов^ Су д ебно-психиатрическо е зна-чение описанных выше случаев неодинаково. По отношению к ним больше чем к каким-нибудь другим применимо положение, что преступное действие должно оцениваться обязательно в связи со всей личностью преступника. Там, где дело идет о состояниях, действительно исключающих возможность контроля над действиями преступника со стороны его сознания и воли, приходится говорить о невменяемости. В большинстве случаев это связано с необходимостью ставить вопрос о мерах, необходимых для ограждения общества от возможного повторения преступления (принудительное лечение или психиатрическое наблюдение в семье). Однако по отношению к значительному числу импульсивных правонарушителей нельзя исключать вменения. В частности суд. практика показала, что число совершаемых клептоманами краж значительно уменьшается после отказов суда в признании их невменяемыми. Т. н. «короткое замыкание» представляет частный случай пат. аффекта. Лит.: К р е ч м е р Э., Медицинская психология, М.—Л., 1927; К a n n E., Die psychopathischen Per-sunlichkeiten (Hndb. der Geisteskrankheiten, hrsg. v. 0. Bumke, B. V, p. 267, В., 1928); К r-a e p e 1 i n E., Psychlatrie, B. IV, p. 1825,Lpz., 1915. П.Зиновьев.

большая медицинская энциклопедия Смотрите также:

  • ИМПУЛЬСИВНЫЕ ДЕЙСТВИЯ,название, применяемое к различным по своей психопатология. сущности явлениям, имеющим однако между собой то общее, что все они представляют двигательные акты, вытекающие не из рассуждений, а из непосредственных внутренних побуждений ...
  • ИНБРИДИНГ (англ. inbreeding, от in— в, внутри и breed—разводить, по-немецки Inzucht), родственное скрещивание, разведение при помощи родственных скрещиваний, «разведение в себе», «внутрибрачие». И. в широком смысле называется родственное скрещивание вообще; в ...
  • ИНВАГИНАЦИЯ (invaginatio, intussus-ceptio), непроходимость, развившаяся в результате внедрения одной части кишечника в другую. Различают invaginatio ileo-caecalis, (80%) (рис. 1 и 2), enterica (рис. 3) и colica (рис.4). Клинически существуют 2 формы ...
  • ИНВАЗИЯ (от лат. invasio—нападение), заражение организма животными паразитами. Поэтому и инвазионными б-нями называются такие, возбудителями которых являются паразиты животной природы. Понятие И. распространяется и на ложнопаразитов, т. е. на свободноживущих животных, ...
  • ИНВАЛИДНОСТЬ (от лат. invalidus— слабый, немощный), стойкая потеря работоспособности. Эта общая теоретическая формулировка на практике, в страховом законодательстве различных стран подвергается различным видоизменениям. Чаще всего устанавливается определенный размер стойкой неработоспособности, при ...