Большая Медицинская Энциклопедия

Неврозы


НЕВРОЗЫ. Термин Н. впервые был введен в медицину в 1776 г. шотландцем Кел-леном (Cullen), применявшим его к большинству невропатологических симптомов, в том числе и к заболеваниям органического характера, для понимания к-рых в то время еще не было ни анат. ни пат.-физиол. знаний. Введение Келленом понятия «невроз» было значительным шагом вперед по сравнению с медициной 17 и 18 веков, когда, повторяя Гиппократа, большинство нервных заболеваний называли «парами» (affections vapo-reuses) и связывали их с влиянием испарений основных жидкостей тела—крови, желчи, семени, слизи и т. п.—на психику. Кел-лен впервые и определенно отнес эти заболевания к нервной системе. Но огромное большинство этих Н. не приурочивалось к какому-либо определенному отделу нервной системы. В первой половине 19 в. главной причиной Н. или нервности считали раздражение спинного мозга (irritatiospinalis), вызываемое то его анемией то гиперемией или вообще неизвестными ещё изменениями в спинном мозгу. Гриффин (Griffin) в 1834 г. даже с точностью локализировал в спинном мозгу и головные боли, и звон в ушах (шейная часть), и боли в конечностях и внутренностях (грудная часть), и половые Н. (поясничная часть). В течение всей первой половины 19 века группа Н. продолжала оставаться как бы мешком, куда бросали все случаи, которые не поддавались определенному объяснению. Мориц Ромберг (М. Romberg; 1840—46) называл напр. Н. все заболевания периферических нервов, Сандрас (Sandras) в 1851 году в своем руководстве среди Н. перечисляет рвоту, диплопию, амауроз, глухоту, судороги, контрактуры, истерию, эклям-псию, столбняк, водобоязнь, сомнамбулизм, летаргию, каталепсию, нек-рые лихорадки, хорею и даже какой-то общий паралич, похожий на паралич Бейля, но без бреда. Во второй половине 19 в. в эпоху целлю-лярной патологии предпринимались многочисленные попытки установить точную основу для нервных б-ней: успехи анат. изучения нервной системы в это время позволили постепенно выделить ряд нервных заболеваний с определенным анат. субстратом, однако случаи, где эта основа оставалась неизвестной, были еще довольно многочисленны и все они относились к группе Н. В эту эпоху появился термин «функциональный» в смысле «с неизвестной пат.-анат. основой». Для Н. мало-по-малу выработано было такое определение (Hack-Tuke; 1892): «неврозы— это фнкц. расстройство нервной системы, к-рое, насколько нам известно в наст, время, не находится в связи с какими-либо постоянными органическими изменениями». Приведенное определение продержалось долгое время, и еще в 1907 году Реймон (Raymond) определял Н. таким образом: «именем Н. согласились обозначать некоторые страдания нервной системы без органических поражений, открываемых современными методами исследования». «Это б-ни скорее с неизвестными изменениями, чем вовсе без изменений»—спешит при этом оговориться Реймон. Вполне естественно, что при таком понимании Н. их число все время менялось в зависимости от успехов пат. анатомии: часть б-ней выпадала из группы Н.,т. к. открывалась их анат. основа, а одновременно в группу неврозов включались вновь открытые, но еще не понятые в своей этиологии б-ни: Брошен (Brochin) напр. в 1878 г. прибавил к неврозамПаркинсоновский паралич, Грассе (Grasset) в 1894 г.—б-нь Базедова, а столбняк напр. был исключен в виду открытия палочки Николайера, грудная жаба в большинстве своих случаев превратилась в б-нь венечных артерий и т. п. Еще в 1874 г. в Цимсеновском руководстве, где отдел нервных болезней был написан Эрбом (Erb). 520 страниц посвящены одним лишь неврозам периферических нервов и всего 33 страницы анатомическим локализованным нервным заболеваниям. Особенно яркую критику концепции Н. как неимегощих анат. основы нервных заболеваний мы находим у Аксенфельда и Юша-ра (Axenfeld, Huchard; 1883). Эти авторы указали, что отношение б-ни к нервной си- стеме и отсутствие известных нам анат. поражений—чрезвычайно неопределенные признаки: «Нервная система вмешивается во все функции как висцеральные, так двигательные и чувствительные, и когда говорят, что имеется нервное страдание, но не указывают точно, какое именно, то этим не выражается ничего. Что касается отсутствия органических изменений, то этот признак имел бы смысл, если бы можно было считать его абсолютным и окончательным. Но в сущности все допускали, что органические изменения при Н. имеются, но они пока неизвестны. Устанавливать единство группы, основываясь только на незнании анат. изменений, значит допускать, что в действительности никакого единства в этой группировке нет, что это только амальгама фактов, сход-ных между собой лишь в одном отношении, а именно, что природа их нам неизвестна. В результате получается так. обр. незнание, возведенное в степень нозологической единицы». Но следует здесь же отметить, что к группе Н. причислялись заболевания не только на основании отрицательного признака, т. е. отсутствия органич. субстрата; сюда относили и такие состояния, которые обладали и положительными чертами. Этим положительным признаком было то, что в Н. всегда имеется смешение телесных и псих. расстройств, смешение, которое трудно разделить; из б-ней, выступающих на первый план психич. явлениями, к Н. причисляли истерию, ипохондрию и депрессию. С конца 60-х гг. 19 в. в связи с успехами экспериментальной психологии, с изучением гипнотизма, а также и с прогрессом психиатрии многие исследователи стали особенно-подчеркивать именно эту чисто психич. характеристику Н. Псих, обусловленность Н. впервые подчеркнул Брике (Briquet; 1859), затем эти идеи были восприняты и широко использованы в учении об истерии Шарко (Charcot) и его школой, Мебиусом (его учение об идеогении), Вестфалем и др. Берн-гейм (Bernheim) и его ученики, злоупотребляя термином «внушение», учили, что «Н. характеризуются прежде всего душевным расстройством и особенно расстройством внушаемости». Бернгейм, как и Шарко, подчеркивая внутреннюю связь, существующую между внушаемостью и аффектом, отводили большую роль в происхождении Н. и особенно истерии также и аффективным или эмоциональным потрясениям. Наконец Дюбуа (Dubois) в 1904 году особенно резко подчеркнул участие психики в Н., указав, что «неврозы характеризуются одним капитальным фактом: вмешательством психики,. умственного представления во все их симптомы». На основании этого Дюбуа предложил заменить термин Н. термином «психоневрозы». При этом понятие «функциональный» приобрело не только отрицательное (в смысле отсутствия анат. изменений), но и более широкое положительное значение: в этом понятии в противовес грубо морфологическому выдвигалось динамическое понимание болезненных явлений, наблюдаемых при неррозе. Понимание Н. как нарушения динамики соотношения высших и низших функций организма дал Пьер Жане (P. Ja- net). «В каждой функции,—говорил он,— имеется часть, особенно высоко стоящая и состоящая в приспособлении человека к частному обстоятельству данного момента (fonction du reel), когда нам нужно употребить известную простую функцию в соответствии со всей совокупностью внешних и внутренних условий, в к-рые мы поставлены в данный момент. Напр. функция питания должна совершаться в присутствии большого числа лиц, с обязательством разговора, в известном костюме и т. д. Обычно физиологи и невропатологи изучают простую часть функций и расстройства простых функций: больной не ходит потому, что он сломал ногу, потому, что у него разрушены двигательные нервные волокна, не питается потому, что у него рак желудка, и т. п. Но б-нь может поразить высшие части функции, напр. б-ной не может есть в обществе. Как-раз высшая часть функции — приспособление к данным сложным обстоятельствам— и поражается при Н.». Понимание Н., развернутое Жане, далеко недостаточно. Оставаясь в плоскости психологизма, отрывая явления от их биол. базы, не связывая их социальной историчностью, Жане обрек свои соображения на отвлеченность и искусственность. Почти одновременно с Жане (в 1893 г.) возникло и другое, весьма широко распространившееся затем учение о психич. происхождении Н.—учение Фрейда (S. Freud) (см. Психоанализ). Фрейд также в происхождении Н. большое значение придает низшим психич. функциям — подсознательному («оно»). Учение Фрейда не только дает общее представление о механизмах Н., но и стремится объяснить причины возникновения тех, а не других симптомов Н. у данного б-ного, связывая их с особенностями его переживаний, изучая динамцку превращения одних переживаний в другие («комплексные представления»). В нашей психике и в нормальном состоянии хранятся,по Фрейду, неосознаваемые нами обрывки испытанных нами переживаний, особенно связанных с более или менее сильными эмоциями. Всякое влечение, желание, сопровождающееся эмоцией, должно проявиться в виде той или иной внешней реакции, должно быть «от-реагировано». Если исполнение желания оказывается неприемлемым с точки зрения социальной и моральной установки личности («сверх я»), то оно вытесняется из сознания («цензура»), но в подсознательном остаются следы аффекта, к-рые, свя запнись затем с каким-либо случайным представлением, проявляются в виде символических снов, символических действий (см. Замещение), а в случае очень сильной эмоции и в виде Н. Система взглядов Фрейда на Н. еще более углубляет ошибки Жане, вырастая из общего с последним корня. Это углубление ошибок состоит прежде всего в том, что психоанализ придает решающее значение «подсознательному» и «бессознательному», противопоставляя их принципиально «созна-_ тельному». Отсюда ясна та апелляция к стихийности, «океанизму», которая пронизывает все учение Фрейда, отбрасывая тем самым' нас далеко назад. Отсюда же ясна реакционность этих понятий, реакционность,. заключающаяся в атомизировании психики, выбрасывании из нее ведущего начала — социально-классового. Клапаред, Крепелин также считают, что резкое проявление при Н. аффективности движений, к-рые вообще, по Дарвину, служат модифицированным первобытным средством защиты, является результатом невозможности найти выход из сложного положения путем рассуждения, т. е. при помощи высших механизмов. В таком случае для защиты выступают механизмы филогенетически более древние. Отсюда при неврозах напр. рвота как проявление чувства отвращения, истерический мутизм или дрожание как проявление страха и т. д. Таким же образом истолковывает истерические механизмы в новейшее время и Кречмер. К этой же точке-зрения приближается и учение Павлова в части понимания невротических симптомов как возникших в результате конфликта между процессами торможения и возбуждения в коре головного мозга.—Империалистская война особенно ярко доказала патогенное значение аффекта страха в происхождении Н., выявила способность этих аффектов вызывать и чисто соматические расстройства— сосудодвигательные, трофические -— и т. о. ярко подтвердила выдающуюся роль псих, моментов в происхождении Н. Война же и последующие резкие классовые сдвиги с особенной убедительностью обнаружили и наклонность нек-рых людей при известных. условиях из короткого физиол. аффективного эпизода создавать хрон. тенденциозный или целевой Н. (Tendenzneurose, Zweekneu-rose). В тех случаях, когда жизнь становилась непосильной в данных условиях, возникало под влиянием резкого аффекта проявление низших, древних защитных механизмов (дрожание, припадки, затемнение сознания). Под влиянием «нозофилии» (Воп-hoefrer, Sokolowsky), «желания б-ни», эти механизмы постепенно подчинялись воле и появлялись всякий раз, когда пациенту нужно было быть больным, чтобы обеспечить-себе покой, добиться ренты и т. п.; происходило то, что Кречмер назвал «овладением истерическими механизмами» (см. Травматические неврозы). Так. обр. к Н. (гл. обр.. к истерии) стали относить все психогенные реакции, и самое понятие Н., или правильнее психоневроза (особенно в представлении Фрейда), крайне расширилось. А некоторые, как Адлер, Вейцзеккер (A. Adler, Weizsacker), стали определять неврозы «как биологическое выявление социальной несостоятельности личности» (см. ниже). Потребовалось отграничение неврозов, с одной стороны, от обычных психо - биологических реакций, т. е. от тех сопровождающих псих, переживания телесных явлений, которые наблюдаются при каждом эмоциональн. движении, а с другой—от психогенных психозов (см. Психогении), так как выяснилось, что-так наз. большие психозы (схизофрения, маниакально-депрессивный, паранойя) и связанные с ними пат. характеры (схизоидный, параноидный и т. п.) и психопатии склонны также давать психогенные вспышки в связи с тяжелой жизненной ситуацией, между тем; совершенно нецелесообразно называть неврозами такие психогенные состояния, как реактивная депрессия, параноидные развития характера и т. п. Поэтому ряд авторов <К. Schneider, К. Blum) стал предлагать сохранить название психоневрозов (истерии) только для тех психогенных реакций, к-рые разыгрываются в узко телесной области и по -силе своей далеко превосходят нормальные психо-биол. реакции. Т. о. снова в качестве характерной особенности Н. выдвигалась смесь психич. и телесных явлений, элементы участия соматич. функций. Рейхардт (Rei-«hardt) предлагает отличать психические моменты, происходящие на основе вегетативных функций, от высших психических, связанных с корковыми механизмами, и к Н. {или точнее (см. ниже) к невропатиям] относить только первые, а вторые к психопатиям. Поэтому вполне понятно, что наряду с успехами психологических теорий происхождения Н. продолжались все время поиски и тех телесных симптомов, которые бы характеризовали Н. Успех описанной Бир-дом (Beard) неврастении (см.) в значительной мере зависел именно от того, что Бир-дом резко подчеркивалась соматическая точка зрения: соматическое истощение нервной «истемы. Это подчеркивание соматических пат. элементов в неврастении было также и причиной, почему в широкой массе больных мало кто хотел быть истериком и невротиком в смысле Жане, Кречмера, Фрейда и все согласны были сделаться неврастениками. «При неврастении,—как правильно определил К. Монаков (К. Monakow),-—■ субъективные жалобы объяснялись объективными телесными изменениями, и т. о. неврастеник ускользал от всяких моральных оценок; это и давало несомненное существенное облегчение для многих больных». Облегчение не только для б-ных, прибавим мы, но и для многих врачей, т. к. тем самым врач вырывался из области сложных и непривычных ему психологических концепций к своему, обычному наивно материалистическому объяснению. Неврастения забрала в себя одно время почти все, что до тех пор понималось под названием функциональных неврозов: в нее включались не только почти все неврозы, но и большинство легких форм маниакально - депрессивного психоза, схизофрении, психопатий. Истерия удерживалась лишь благодаря блестящим ■ее психологическим толкованиям школой Шарко, ее слишком причудливым внешним, нередко чисто соматическим проявлениям. Но и здесь появилась истероневрастения, а в 1902 г. Нисль (Nissl) поставил вопрос ребром: «Если пат. анатомия Н., хотя она окончательно нам и неизвестна, все же существует, а иначе,—говорил Нисль,—и быть не может, то нелепо ломать себе голову над психологической трактовкой и истерии». Успех изучения анатомии и физиологии вегетативной нервн. системы в конце 19 в. и начале 20 в., изучения эндокринной системы, их связь со всей низшей психич. жизнью, жизнью эмоции, выделение Жираром (Gi-rard), О. Розенбахом вагус-неврозов, изучение Ленгли,'Эпингером - Гессом (Eppinger-Hess) ваготонических, симпатикотониче- ских симптомов и учение Кеннона о значении адреналина в происхождении эмоций, открытие и изучение субкортикальных центров, регулирующих деятельность вегетативной системы, обмена веществ, изучение физ.-хим. условий работы клеток в нормальном и пат. состоянии, учение об электролитах— все это.подкрепляло соматическое течение в учении о Н. (см. Вегетативные неврозы). Был выделен ряд Н., целиком зависящих от особенностей вегетативной нервной системы,—ангионеврозы, ангиотрофоне-врозы (см.); наконец в связи с учением о вегетативной нервной системе широко был поставлен вопрос о Н. отдельных органов (см. Желудок, Кишечник, Сердце — их неврозы, Вегетативные неврозы). Однако соматическое течение в учении о Н., устанавливая б. или м. определенную морфол. их основу, приводило тем самым и к отрицанию самого понятия Н. как функционального, не имеющего органической основы страдания, связанного с психическими переживаниями. Поэтому возник вопрос о том, что необходимо или вовсе уничтожить понятие «неврозы» или не причислять к ним вегетативные расстройства и т. н. неврозы органов. «О том, как трудно определить, что такое Н. органов,—говорит напр. венский профессор Хвостек (Chvostek) в 1927 г.,—свидетельствует отсутствие до сего времени единодушного решения даже относительно того, существуют ли вообще неврозы органов. Каждый понимает сущность Н. органов по-своему, и в разное время под этим именем понимается нечто различное. Основное здесь видят в расстройстве функции без анат. изменений, объясняя ее физ.-хим. процессами. Однако разделением анатомического и неанатомического дело не исчерпывается, т. к. возможны и тяжелые токсические расстройства без анат. основы (Redlich) и расстройство функции может вести к «фиксированной манифестации», а под неврозом можно понимать только нечто преходящее, связанное с переживаниями, способное к обратному восстановлению». Успехи клин, медицины также вели ко все большему ограничению понятия «неврозов органов», наприм. масса диспептических расстройств в форме vomi-tus nervosus, eructatio nervosa, выяснились в исследованиях Бергмана (Bergmann) и его школы как скрытые холециститы; опоясывающие боли в левом подреберьи с обширной иррадиацией, трактовавшиеся прежде как невротические, оказались по исследованию Кача (Katseh) в большинстве случаев панкреатитами; четверть всех случаев, трактовавшихся как Н. желудка, оказалась по наблюдениям Бенша (Bansch) язвами желудка или холециститами; неврозы сердца оказываются во многих случаях капельным сердцем (cor pendulum Wenkebach'a); понятие об эссенциальной гипертонии также вывело многие сердечно-сосудистые заболевания из группы неврозов. Что касается случаев невроза органов, к-рые тесно связаны с расстройством вегетативной нервной системы, то в виду того, что здесь пат .-анат. субстрат или установлен или по крайней мере с большой степенью вероятности может быть предполо- 4вв жен, то правильнее в таких случаях говорить, как предлагают Леньель-Лавастин (Laignel-Lavastine) и В. К. Хорошко, о «симпатозах» или, как предлагает Редлих, о «невропатиях». «Даже и фнкц. нарушения, вызываемые поражениями нервных сплетений или ганглиозных аппаратов, теряют свою конкретность, как только мы подводим их под понятие Н.», говорит Бергман. Словом мы должны стремиться отыскать генез нервных сдвигов и говорить не о неврозах, а о биохимических, аллергических, эндокринных, вегетативных их основаниях и воздерживаться от причисления к неврозам строго локализованных нарушений функций органов, будь они даже характера физико-химического. «Причина неясности вопроса о неврозах органов»,—говорит Бергман,—«в односторонности этиологического врачебного мышления. Неврозы являются не столько особенностями нервной системы, сколько частичными проявлениями особого строения клеток, особой конституции». «Неврозов органов нет», еще более категорически заявляет Хвостек, а Редлих предлагает даже отказаться от универсального термина «невроз» и расчленить его по генезу (см. ниже). Поэтому-то в конце-концов и к Н. органов начинают все больше относить только б-ни чисто психогенного происхождения. Лишь психич. податливость симптомов дает относительное основание для диагноза Н. органов. Поэтому Крель (Krehl) напр. прямо заявляет: «Говоря о Н. сердца, мы думаем лишь о болезнях, обусловленных только „нервностью", притом скоропреходящих, неопасных; такая „нервность" идентична с психическим». Но если при Н. дело идет всегда о психогенном их происхождении, то необходимо иметь в виду заявление Бумке, в к-ром он по поводу психогенных пат. реакций и психоневрозов заявил в своем докладе на Кас--сельском съезде немецких невропатологов в 1925 г.: «Психоневрозов нет уже давно. Они слились с психопатиями и реактивными психозами... „Нервные" и истерические предрасположения нельзя трактовать отлично от паранойных или маниакально-депрессивных конституций...» Термин «психоневроз» сохраняется только вследствие боязни широкой публики перед названием «душевная болезнь». «Между тем психиатрия теперь, как заявляет Рейхардт, вовсе не учение о ^помешательстве" (Jrrenheilkunde), а учение о всех пат. реакциях человеческой психики (Seelenheilkunde), и давно уже вышла из башен сумасшедших домов в повседневную жизнь». Все психогенные б-ни в таком случае, хотя бы они и выражались соматическими симптомами, относятся к области психопатий в широком понимании этого слова. «Вообще, как говорит О. Шварц (О. Schwarz), прежняя альтернатива, что симптом может быть или психическим или соматическим находит теперь свое диалектическое разрешение в единстве, и целостность личности в том, что психическое не есть противоположное или даже параллельное телесному, а конститутивный момент высшей целостной структуры». Нельзя выделять в особую группу психопатологические яв- ления на том лишь основании, что их выявление протекает в области соматических явлений. Стремление же отнести к Н. все психогении, все явления, тесно связанные с реакцией на окружающую жизнь, также неправильно, т. к. несомненно, как указано уже и выше, возможно психогенное реактивное возникновение и вспышек больших психозов, с одной стороны, а с другой—и все вообще содержание психозов всегда тесно зависит от соц. моментов и переживаний. Психоанализ вскрывает динамику превращения переживаний и при схизофрении, и механизмы Жане и Фрейда действуют также и при психозах. Таково положение учения о Н. к настоящ. моменту. Маятник научного понимания Н. хотя все еще колеблется от психологического понимания к анатомическому, но амплитуда понятия Н. становится такой широкой, что уже по одному этому самое понятие требует расчленения. От спайки в брюшной полости, дающей ближайший или отдаленный висцеро-висцеральный рефлекс, и до идеогении, которая"играет роль в механизме комплексных вытеснений,—такова методологическая неполноценность этой категории. Если проблема Н. еще и ставится до сих пор для ревизии на съездах, то прав во всяком случае Редлих, который заявил на Кассельском съезде немецких невропатологов и психиатров в 1925 году (с ним согласилось и большинство присутствовавших, и в том числе Allers, Bleuler, Jung, Kahn, Kretschmer, Liepmann, Moriakow, Prinz-horn, Schilder, Waizsacker), что при упоминании о Н. никто уже не говорит о б-нях, а лишь о типах реакции. Указав, что для Н. с вегетативной основой правильнее употреблять термин«невропатии»,Редлих предлагает след. классификацию тех симптомокомплек-сов, к-рые раньше относились к Н.: I. Невропатии органического происхождения, где имеются своеобразные врожденные механизмы (bereitliegende Mechanismen); эти невропатии обычно разделяются на генуин-ные и симптоматические: epilepsia, мигрень, меньеровское головокружение. II. Вегетативные вазо- и трофоневропатии (вегетозы Леньель-Лавастина). III. Эндокрищшатии. IV. Психогении (психопатии). V. Невропатии, связанные с интоксикацией и истощением (neurasthenia). Рейхардт дает приблизительно такое же деление, причем он под невропатиями понимает такого рода невропатические конституции, которые выражаются аутохтонно или реактивно возникающими симптомами со стороны вегетативной нервной системы вне области психической жизни. «Тесная связь вегетативной нервной системы с психикой, resp. эмоциональной жизнью,—говорит Рейхардт,—несомненна, но несомненно невропатии и психопатии могут возникать и отдельно; существует целый ряд невропатов, остающихся психически вполне устойчивыми». Невропатические реакции—это реакции без психогенного влияния, напр. вазомоторные реакции на алкоголь или термические влияния, экстрасистола от переполнения желудка и т. п. Однако следует говорить не о невропатической конституции, а о невропатиче- ских конституциях с различными видами повышенной возбудимости в вегетативной области. К невропатиям Рейхардт причисляет а) то, что называлось неврозами органов: пат. склонность к рвотам, запорам и т. п.; б) вазомоторную неустойчивость (наклонность к реактивной или аутохтоннои изменчивости пульса, кровяного давления, реактивной экстрасистоле, усилению дермографизма, уртикариям, цианозу конечностей и т. п.); в) склонность к головокружениям, мигрени, расстройству сна; г) склонность к дрожанию и клонус-явлениям (хотя большинство тиков чисто органического происхождения); д) склонность к вегетативно-трофическим реакциям [колебание веса, неправильные секреторные явления (потливость), чувствительность к холоду и жаре, трофоневротические отеки]; е) склонность к идиосинкразиям в вегетативной области (реактивные обмороки, pavor nocturnus); ж) невропатические явления в области половых функций: ejaculatio praecox, учащение поллюций и т. п. К невропатиям Рейхардт относит и вегетативные реакции, возникающие на почве массовых, захватывающих весь организм эмоциональных раздражений (реакция шока: длительные изменения пульса, дрожание, расстройство сна, ступор от шока и т. п.). Все реакции с участием псих. моментов Рейхардт относит к психопатиям в широком смысле слова (психогении и психопатии). Т. о. следует признать, что термин «неврозы» должен быть в наст, время уничтожен. Само собой разумеется при этом, что, относя большую"часть бывших Н. к психогениям и психопатиям, мы должны быть далеки от метафизического понимания психогенного. Этим самым однако никоим образом не снимается проблема психофизического единства. Более того, она ставится только сейчас на рельсы подлинно научного разрешения, причем развитие личности понимается исторически как проблема «раздвоения единого» (см. Характер, Психика, Психогении). Лит.: Бумке О. и ШильдерП., Современное учение о неврозах, Одесса, 1928; Жане П., Неврозы, СПБ, 1903 (последнее французское издание—Р., 1909); Weber L., Neurosen (Diagnosti-schen u. theiapeutischen Irrttimer, herausgegeben v. J. SQhwalbe, Lpz., 1923). См. также соответствующие главы основных руководств, указанных в литературе к ст. Невропатология.                      Т. Юдин.

большая медицинская энциклопедия Смотрите также:

  • НЕВРОЛИЗ, neurolysis (от греч. neuron—■ нерв и lysis—освобождение), освобождение нерва от сдавливающей его рубцовой ткани. Введен в хир. практику почти одновременно с резекцией нерва и его швом. В наст, время ...
  • НЕВРОЛОГИЯ, сумма дисциплин, обнимающих учение как о здоровой, так и о больной нервной системе. Сюда входят т.о.описательная анатомия, сравнительная анатомия, эмбриология, гистология (включая учение о проводящих путях) нервной системы, химия ...
  • НЕВРОМА (neuroma), «опухоль из нервной ткани», собирательное обозначение для различных разрастаний, так или иначе связанных с элементами нервной системы, но по своему существу и по строению являющихся далеко не однозначащими. Вирхов ...
  • НЕВРОНАЛ (Neuronal) диэтилбромацета-мид, молекулярный вес 194, с2н5х /вг О.г'З./ 4CONH2 (содержит 41% Вг). Белый кристаллический порошок, плавящийся при 66—67°, камфорного запаха, острого, горького, холодящего вкуса; трудно растворяется в холодной воде ...
  • НЕВРОННАЯ ТЕОРИЯ. Неврономпринято называть нервную клетку со всеми ее отростками—дендритами и невритом (см. Нервные клетки), включая сюда и окончания этих отростков (двигательные и чувствительные нервные окончания). Под невронной теорией разумеется учение ...